Позаботься о дочери - Теона Бонк

— Имя?

— Да. Как ты назовешь свою дочь?

— Пока я не сделаю тест, лучше никаких имен… — бормочу. — Подожди! Как это пару раз в месяц?

— Я уже говорила, у меня работа. Тебе нужно найти няню на постоянную основу.

— Я не хочу отдавать ее в чужие руки. Мало ли что...

— Ну вот! А ты говоришь «тест»! Ты уже волнуешься о ней, как о родной. Кого из наших ты можешь попросить быть ее няней?

— Без понятия.

Мы въезжаем во двор фермы. Яна отстегивает ремень, удерживающий люльку.

Если бы не она, я бы вообще не разобрался, как это крепится к сиденью.

— Тебе лучше взять малышку на руки. На всякий случай, — Яна вешает детскую сумку на плечо.

— Почему мне?

— Вдруг у Оскара возникнет желание оторвать тебе кое-что, — со смешком говорит она. — А так он тебя не тронет.

— Ха-ха, очень смешно, — но сам делаю, как она говорит. Так безопаснее.

Как только мы заходим в дом, вокруг нас вырастает толпа.

— Что это?

— Дочь Мити, — заявляет Яна на всю гостиную.

Оскар протискивается вперед.

— Какого?...

— Это еще не точно, — ворчу негромко.

Яна рассказывает все, что случилось утром, пока я съеживаюсь под пристальным взглядом друга.

— Хорошо что, она не выбросила ребенка на помойку, — из общего гула врезается в меня голос Артема. Мой желудок скручивает. На этот раз не от голода.

Крепче прижимаю младенца к груди в защитном жесте.

Чувствую, что одеяльце, в которое малышка завернута, становится влажным.

— Кажется, ее надо переодеть.

Все делают шаг назад от меня. И Яна тоже.

— Я не умею! — беспомощно смотрю на нее.

— Давайте отнесем ее в твою спальню, — вздыхает она и идет к лестнице на второй этаж. — Разберемся как-нибудь.

Пока Яна возится с пеленками и малюсенькими подгузниками, я стою у кровати и смотрю на крошечный комочек.

Такая маленькая. Беззащитная. И уже брошенная. А сколько же ей недель? Или дней?

— Вы приехали из сервиса сразу сюда? — Оскар отводит меня в сторону. Его тон убийственно серьезен.

— Да. Мы не знали, что еще делать.

— Нужно было отвезти ребенка к педиатру.

— Она выглядит здоровенькой.

— Мы ни хрена в этом не понимаем. Ее нужно показать врачу. Сейчас! Заодно узнаешь про тест. А потом… потом тебя ждет серьезный разговор, Дмитрий.

От его пристального сердитого взгляда у меня сжимается не только желудок. Но и все, что ниже.

Он никогда не называет меня полным именем. Дело дрянь…

3

3

Яна, сжалившись надо мной, едет со мной к педиатру. Но как только передает в опытные руки врача, сразу же испаряется.

— Пупочек аккуратный, чистый, — говорит при осмотре врач. — Глаза ясные, желтушки нет, температура нормальная… сердцебиение сильное.

После приема молоденькая медсестра охотно остается со мной, узнав, что я отец-одиночка. Показывает, как правильно чистить глазки, пеленать, как готовить смесь. Сразу же кормим малышку. В сумке, которую подбросили вместе с ребенком, на удивление было почти все, что необходимо грудничку.

Девушка флиртует открыто и всовывает мне в руки бумажку с номером телефона.

— На случай если останутся еще вопросы, — улыбается.

А это хороший подкат! Просто скажи им, что ты отец-одиночка, и они сами будут сгорать от желания пожалеть тебя и приласкать.

Так, Митя!

Даю себе мысленный подзатыльник!

Сейчас вообще не время для таких мыслей!

Результат твоего подката дрыхнет после выпитой бутылочки на заднем сиденье твоей машины!

Веду машину очень аккуратно. Так страшно впервые остаться с малышкой наедине.

Еще страшнее возвращаться на ферму.

Вынимаю люльку и иду к дому. Оскар выходит навстречу.

— Тш! Она спит! — шепчу, как будто это спасет меня от его гнева.

— Поставь в тенек на террасе. Пусть спит на свежем воздухе, — приказывает Оскар. — Иван! Присмотри! А ты — в мой кабинет, — кивает на дом.

— С малышкой все хорошо. Результат анализа будет готов через три дня, — первым начинаю говорить.

— Ясно, — удовлетворенно кивает, но сам мрачнее тучи.

— Кто будет с ней это время? — морщусь от своего вопроса.

— Ты. Будешь кормить и попу подтирать. А ты думал, отдашь ее на три дня соцслужбам, а потом заберешь как ни в чем не бывало? Теперь это твоя забота. И что-то мне подсказывает, что на ближайшие восемнадцать лет.

Оскар тоже считает, что ребенок мой. Даже без теста!

— Ты хоть понимаешь, как это серьезно? Теперь закончились все твои гулянки. Ты вообще чем думал? Я же предупреждал тебя.

— Мы все те еще кобели, — оправдываюсь. — Ну… кроме тебя теперь, — быстро добавляю.

— Никто из нас не связывается с неопытными.

— Я предохранялся.

— И прошлой ночью тоже?

— Что?

— Яна сказала, что видела, как утром от тебя уходила девушка. Надеюсь, нам не нужно ждать еще одного ребенка спустя девять месяцев!

— Конечно, нет!

— Надрать бы тебе задницу, да как следует, но тогда кто будет нянчиться с твоей дочерью? Скажи ей спасибо,