Позаботься о дочери - Теона Бонк

Да! Пожалуйста! Накидай! Вся надежда на Оса.

— Может, Анна Васильевна? — предлагаю.

— Нет. Она уже в возрасте. Да и опыта с младенцами у нее нет, ты же знаешь, что своих детей у нее нет.

Да знаю я. Поэтому и подкармливала нас по-соседски, особенно когда отцы все деньги пропивали.

— К тому же она нужна нам здесь, — продолжает он.

— Но она же приходит сюда всего пару раз в неделю убираться и готовить!

— Я сказал, нет.

В кабинет заходит Костя.

— Дозвонился? — Оскар обращается к нему.

— Да, — ворчит наш громила.

— Что она сказала?

— По крайней мере, я наконец убедил ее приехать навестить меня.

— Хорошо. Но пока она здесь, она же поможет?

— Думаю, да.

— Кто? О ком вы говорите? — перевожу взгляд с одного на другого. Костя сверлит меня глазами, пока я, затаив дыхание, жду.

— Рита, — наконец медленно произносит он.

— Твоя младшая сестра? Но она же еще девочка.

— Она младше меня на пять лет. Рите уже двадцать один.

— Уже?

— Время идет не только для нас! Она недавно окончила медицинский колледж и работает фельдшером на скорой помощи. Вернее, работала. На прошлой неделе она уволилась.

— Почему?

— Главврач станции скорой помощи приставал к ней.

— Вот урод! Прессануть бы его!

— Рита врезала ему по яйцам. Она умеет справляться с мудаками, — Костя многозначительно приподнимает бровь. — Так что не думай доставать ее, когда она приедет.

— Она приедет? — вспоминаю, когда в последний раз ее видел вообще? Девять лет назад? Ей было двенадцать. Да, это было в тот день, который изменил всю ее жизнь.

— Она не хотела возвращаться в город… после всего. Но пока у нее несколько недель свободных до того, как она найдет новую работу, я уговорил ее приехать и навестить старшего брата. Возможно, она согласится побыть няней для твоей дочери. Но это временно. Несколько недель. Потом тебе нужно будет искать другие варианты.

— Когда она приедет?

— Через два-три дня.

— Как раз когда мы узнаем результат теста на отцовство, — кивает Ос.

— Поскорее бы!

— И учти, она будет здесь только ради малышки, — глаза Кости темнеют. Он почти такой же здоровый, как Шрам. Если захочет, одной левой скрутит меня в бараний рог.

— Эй! Я знаю правила! Сестра друга под запретом! Она семья! Как Саша.

Оскар громко откашливается и бросает на меня гневный взгляд.

— Я просто так сказал. Для примера…

Он смотрит на меня так, будто передумал не надирать мне задницу.

— Ребенок плачет, — Иван заходит в кабинет очень вовремя.

В его руках автолюлька, и он ставит ее на стол.

— Почему она плачет? — смотрю, как она сжимает кулачки и дергает ножками. Волнение закручивается в груди, меня прошибает пот. Спавшие до сих пор инстинкты медленно просыпаются.

— Может, хочет есть? Откуда я знаю.

— Я кормил ее недавно. В больнице. И двух часов не прошло, — убираю длинную прядь с глаза.

Малышка начинает кричать еще сильнее. Ее лицо краснеет.

— Сейчас посмотрим, — Костя лезет в телефон и зачитывает. — Новорожденные едят от восьми до двенадцати раз в сутки. Получается каждые два-три часа.

— Ничего себе!

— Ага, а еще потом столько же раз нужно менять подгузник, — Иван хлопает меня по плечу.

О нет! Запрокинув голову, я сам беззвучно кричу.

4

4

— Эй, ты куда? — восклицает Иван, когда я иду к двери.

— На кухню. Приготовлю смесь.

— Бери ее с собой. Кстати, тебе надо выбрать ей имя.

— Не думаю, что это правильно делать сейчас.

— А как нам тогда про нее говорить? Она? Ребенок?

Вздыхаю, уже который раз за день.

Я не хочу давать ей имя, пока не придут результаты теста. Это очень личное. Не хочу привязываться к ней.

Можно подумать, ты уже не начал?

С рычанием берусь за ручку переноски и выхожу из кабинета.

Удобная все-таки штука.

Но спать в ней она же не сможет? И на моей кровати тоже! Вдруг свалится?

Она еще слишком маленькая, чтобы ползать! Дурак, ты!

А если я ее раздавлю во сне?

Кошмар!

Костя и Оскар идут на кухню за мной. То ли контролируют, то ли им просто любопытно.

— Что ты делаешь? — спрашивает Костя, когда я капаю готовое питание на запястье, как показывала медсестричка.

— Проверяет, не горячо ли! — встревает только что вернувшийся с дела Артем. — Что? Я видел, как Демьян так делал, когда кормил своего сына, — толкает в плечо усмехающегося Костю.

Лица парней становятся серьезными. Демьян был единственным семьянином из нас.

У него остались молодая вдова и маленький сын. Они живут отдельно от нас.

Мы замолкаем, скорбя о друге.

Только малышка продолжает требовательно орать.

С третьей попытки ей удается правильно захватить соску и она жадно пьет.