Я так тебя ждала... - Джоанна Рид

Стараясь не замечать их грубых, вызывающих выпадов и пытаясь защититься, Патрисия постоянно напоминала себе о том, что она выходит замуж за Майкла, а не за его семью, и что, поженившись, они будут жить отдельно в его маленькой уютной квартире, а не в великолепном поместье его родителей.

Но вот появился Джозеф, и… Она и сейчас отчетливо помнит каждый свой шаг, когда спускалась по лестнице, утопая в мягком ворсистом ковре. Внезапно раздался звонок в дверь, и она, не желая видеть никого из незнакомых людей, стремительно бросилась обратно наверх. Громкий окрик Бина остановил ее на полпути.

— Куда ты так спешишь, дорогая? Это, должно быть, Баркер. Подожди, я познакомлю тебя с моим лучшим другом!

Она остановилась. Майкл подошел к входной двери и распахнул ее.

— Джо! Как здорово, что ты пришел, старина! Проходи, проходи. — Жених по-медвежьи заграбастал гостя, похлопывая его по спине. Он всегда был приветливым, гостеприимным и не боялся показывать своего расположения к людям.

Джозеф скривился, словно не одобрял такого поведения друга. На мгновение показалось, что он собирается оттолкнуть его, но затем, взглянув на лестницу и увидев там Патрисию, Джозеф застыл на месте. Он пристально всматривался в нее. Она поймала его взгляд, и ее сердце замерло.

Джозеф не был таким красивым, как Майкл, в классическом понимании слова. Черты его лица были жестче, и Патрисии это показалось потрясающе привлекательным. Светловолосый Майкл походил на скандинавского красавца с обложки журнала, а его друг, смуглый шатен, олицетворял собой мужественность и силу.

Майкл как-то упомянул, что они ровесники, обоим по двадцать пять лет, но Джозеф выглядел старше. В его глазах сквозили мудрость и знание жизни. Взгляд этих больших проницательных карих глаз буквально пригвоздил Патрисию к месту. Казалось, он проник в ее душу, пребывавшую в полном смятении с самого первого мгновения их встречи.

Он смотрел на нее всего несколько секунд, показавшихся ей вечностью. Но и этого было достаточно, чтобы понять, что ее чувство к жениху было попросту иллюзией, самообманом. Сейчас перед ней стоял человек, способный одним взглядом разбудить в ней такие чувства, которых Майкл вряд ли смог бы добиться даже в первую брачную ночь.

Когда Джозеф наконец отвел глаза, Патрисия ухватилась за перила, чтобы не упасть; у нее перехватило дыхание, словно кто-то душил ее. Щеки пылали огнем, ее бросило в жар от стремительно разлившейся по телу крови.

— Патрисия! — позвал Майкл. — Спускайся вниз и познакомься с Джозефом. Да, да, прямо сейчас, — настаивал он, видя, что она в нерешительности замерла на месте. И пояснил молчавшему другу: — Она очень застенчива, моя крошка. Но именно за это я так люблю ее. Больше никаких развязных длинноногих красоток! Теперь я другой.

Как мучительны были последующие дни! Как неловко она себя чувствовала! Майкл стал еще более внимателен и заботлив, и ей трудно было заставить себя разорвать помолвку.

Если бы она могла довериться кому-нибудь! Но, увы, она была одна. Ее старшая сестра вышла замуж за канадца и жила теперь в Торонто. После смерти родителей Патрисия несколько раз навещала ее. Но на свадьбу сестра не могла приехать — всего месяц назад она наконец-то родила прекрасную десятифунтовую девочку. После двух неудачных родов сестра тряслась над малышкой и не решалась ни оставить ее с нянькой, ни взять с собой в путешествие. Патрисии не с кем было поделиться, рассказав о чувствах, которые охватили ее при встрече с Джозефом Баркером.

Лишь со временем она поняла, что за безрассудную страсть всегда надо платить. И тогда она убедила себя в том, что после свадьбы Баркера удастся вычеркнуть из своей жизни, и все сложится по-другому.

Она тщательно избегала его всю неделю, боясь своего неистового влечения, но Джозеф, наоборот, охотился за ней с упрямой настойчивостью. Чтобы обезопасить себя, Патрисия старалась не оставаться с ним наедине, прекрасно сознавая, что когда-нибудь ее тактика не сработает. Что она могла поделать с тайными эротическими фантазиями, навеянными близким присутствием Джозефа?! О! В них Патрисия заходила намного дальше, чем когда думала о своем женихе, намного дальше…

Лишь однажды она позволила себе удовольствие открыто понаблюдать за Джозефом, когда тот увлеченно разговаривал о чем-то с сестрой Майкла. Джозеф неожиданно посмотрел на нее, перехватив ее жадный призывный взгляд. Патрисия мгновенно опустила глаза и покинула комнату, стыдясь своей тайной слабости. Ее мучил один-единственный вопрос: смог ли он разглядеть в ее взоре явное вожделение, разгадав причину ее бегства?

О да, он смог! Она поняла это чуть позже. И не только смог, но уже планировал, как это можно использовать в своих нечистых целях.

— Дорогая, что ты стоишь, как статуя и смотришь на небо? — Оклик Керисдолла вернул Патрисию на землю. — Мы можем опоздать.

На ее лице ничего не отразилось, и лишь сердце отчаянно застучало от нахлынувших воспоминаний. Боже, дай ей силы пережить, выдержать встречу с этим человеком вновь! Одного взгляда на сурово смотрящего на нее жениха было достаточно, чтобы понять, что встречи с Баркером ей не избежать. Выбора не было, если только не жертвовать своими отношениями с Питером.

Патрисия стряхнула наваждение. Ее гордость не могла позволить, чтобы Баркер разрушил ее спокойствие и жизнь во второй раз! Питер достойный человек и у них будет счастливый брак! И если колокола не звонят, когда он целует ее, то, может, это и к лучшему. Да, они звонили, когда ее целовал Джозеф, но это не было и не будет свадебным звоном. Скорее, это стыд и унижение, которые звучали в ней все прошедшие с тех пор годы.

— Иду, — произнесла Патрисия на удивление спокойно. — Я скоро буду готова.

Вот видишь, сказала она себе, входя в спальню, ты справишься. Ты сейчас другая, взрослая, а не юная впечатлительная дурочка. У него на этот раз ничего не получится, потому что ты знаешь, чего хочешь в этой жизни!