Дорога к любви - Розамунда Пилчер

— Разумеется.

В дверях они посмотрели друг на друга. Бен удовлетворенно кивнул.

— Отлично, — сказал он. — Жду вас обоих снаружи.

— Ты знала, что он приедет?

Эмма покачала головой.

— Это как-то связано с письмом Кристофера?

Эмма кивнула.

— Отец вернулся из Америки сегодня, чтобы убедиться, что ты в порядке?

Девушка снова кивнула. Ее глаза сияли.

— Он был с Мелиссой в Мексике, однако примчался прямо сюда. Даже Маркус не знает, что он вернулся. Отец не заехал в Лондон, а взял такси прямо из аэропорта до Брукфорда. А по поводу Кристофера он совсем не сердится. Мне же сказал, что если я захочу, то могу поехать с ним в Порт-Керрис.

— Ну, и ты?..

— Ох, Роберт, не могу же я всю жизнь повторять одни и те же ошибки. В этом же заключалась ошибка Эстер. Мы обе хотели привести Бена к нашему идеалу образцового надежного мужа и доброго домашнего папаши. И это было так же реально, как посадить в клетку дикую пантеру. Ведь только представь, как скучно выглядит пантера в клетке! К тому же, Бен больше не моя головная боль, а Мелиссы.

Роберт спросил:

— Итак, каково же теперь твое место в длинном перечне приоритетов отца?

Эмма состроила гримасу:

— К твоему сведению, Бен однажды заметил, что у тебя благородная форма головы, и, если ты отрастишь бороду, он тебя нарисует. А вот если бы я попыталась тебя нарисовать, то сделала бы подпись большими буквами: «Я ЖЕ ВСЕХ ПРЕДУПРЕЖДАЛ».

— Такого я никому в своей жизни не говорил. И совершенно очевидно, что сегодня проделал весь этот путь отнюдь не для того, чтобы произнести что-то подобное.

— Тогда что ты собирался сказать?

— Я приехал сказать, что, знай я, что ты свободна, я был бы здесь несколько недель назад. Что, если мне удастся достать два билета на премьеру Кристофера, то я хотел бы видеть тебя рядом с собой. Что я прошу прощения за то, что накричал на тебя в свой последний приезд сюда.

— Я тоже кричала на тебя.

— Мне непереносимо ссориться с тобой. Но находиться вдали от тебя в некотором смысле в тысячу раз непереносимее, чем ругаться. Я говорил себе, что все в прошлом, забыто. Но никогда ты не покидала моих мыслей. Джейн об этом знала. Сегодня вечером она мне сказала, что знает обо всем.

— Джейн?

— Стыдно, но должен признаться, что ходил с Джейн вокруг да около, чтобы скрыть страшную правду.

— Однако именно из-за Джейн я заставила Кристофера пообещать, что он не будет тебе звонить. Я считала…

— И именно из-за Кристофера я не вернулся в Брукфорд.

— Ты думал, что мы любим друг друга, не так ли?

— Разве у меня не было оснований думать так?

— Но ты же глупец! Кристофер — мой брат!

Роберт взял ее голову и большими пальцами за подбородок поднял ее лицо вверх. Перед тем как поцеловать ее, он спросил:

— А как я вообще мог узнать об этом?

Когда они вернулись к машине, Бена уже не было видно, но на стекле, прижатая щеткой к ветровому стеклу, для них осталась записка.

— Как квитанция за парковку, — сравнила Эмма.

То было необычное послание, написанное на листке плотной бумаги для рисования, вырванном из блокнота Бена. Сверху были нарисованы два профиля величиной с ноготь большого пальца. Не оставляли сомнений решительный подбородок Эммы и грозный нос Роберта.

— Это мы. Послание для нас двоих. Прочти вслух.

Роберт так и сделал:

— «Таксист помрачнел от мысли возвратиться в Лондон в одиночку, поэтому я решил сопровождать его. Буду в Кларидже, но предпочел бы, чтобы меня не беспокоили до обеда».

— Но если мне нельзя в Кларидж до обеда, куда мне деваться?

— Поехать ко мне домой. В Милтонз-Гарденз.

— Но у меня нет ничего с собой. Даже зубной щетки.

— Я куплю тебе щетку, — пообещал Роберт, поцеловал ее и продолжил чтение: — «К тому времени я успею выспаться, и охладится шампанское. Буду готов отпраздновать любое ваше сообщение».

— Старый коварный негодник! Он все знал.

— «С любовью, да благословит вас Бог».

Спустя некоторое время Эмма спросила:

— Это все?

— Не совсем. — Он передал ей записку, и Эмма увидела под подписью Бена еще один рисунок: локон седых волос, загорелое лицо и пара темных пристальных глаз.

— Автопортрет, — произнес Роберт. — Бен Литтон в исполнении Бена Литтона. Уникальная вещь. Когда-нибудь мы сможем продать это за тысячу фунтов.

«С любовью, да благословит вас Бог».

— Никогда не соглашусь продать это, — возразила Эмма.

— Я тоже. Поехали, моя дорогая. Пора домой.