В погоне за счастьем - Дуглас Кеннеди

От него по-прежнему никаких вестей?

Ты ведь знаешь, что я бы сказала, если бы…

Знаю. И я просто не хотел лишний раз спрашивать…

Потому что… дай-ка угадаю… ты считаешь меня романтической дурочкой, которая втрескалась в негодяя после единственной ночи тупой страсти.

Считай, что угадала. Но я благодарен твоему бруклинскому ирандскому негодяю хотя бы за то, что он спровоцировал твой уход из «Лайф». Пойми, Эс, мы с тобой — не командные игроки. И это означает, что мы всегда будем в стороне от толпы. Поверь мне, это не так уж плохо… если только ты справишься с этим. Так что считай, у тебя появилась возможность убедиться в том, что ты для себя — самая лучшая компания. Интуиция мне подсказывает: ты действительно сможешь работать сама на себя. Есть в тебе этот талант отшельника.

Я легонько ущипнула его за плечо.

Ты все-таки невозможный, — сказала я.

Но ты мне даешь такие замечательные поводы быть невозможным.

У меня вырвался грустный вздох.

Я, наверное, так и не дождусь от него письма?

Наконец-то до тебя что-то доходит.

Я вот все думаю… не знаю… а вдруг с ним что-то случилось его перевели в какое-то отдаленное место, куда и письма не доходят.

Да и вообще он может находиться на сверхсекретном задании вместе с Матой Хари, пусть даже французы имели неосторожность расстрелять ее в семнадцатом году.

Хорошо-хорошо, я все поняла.

Забудь его, Эс. Пожалуйста. Ради своего же блага.

Видит Бог, как я хочу этого. Просто… он не уходит. Что-то произошло в ту ночь. Необъяснимое и в то же время главное. И хотя я все пытаюсь убедить себя в том, что это глупость и безрассудство знаю одно: он был моим мужчиной.

На следующее утро я расчистила свой стол в редакции «Лайф». Прошла по коридору и заглянула в кабинет Леланда.

Я просто зашла попрощаться, — сказала я.

Он не пригласил меня ни войти, ни присесть, да даже не поднялся из-за стола. Казалось, он немного нервничал в моем присутствии.

Ну, речь не идет о прощании, Сара. Мы по-прежнему будешь сотрудничать.

Вы подумали о моем первом задании как фрилансера?

Он избегал встречаться со мной взглядом.

Еще нет… но я обязательно свяжусь с тобой через пару дней, мы кое-что обсудим.

Значит, мне ждать вашего звонка?

Конечно, конечно. Я позвоню, как только мы расправимся текущим номером. А пока ты можешь насладиться коротким отдыхом.

Он потянулся к стопке бумаг и погрузился в работу. Это был намек на то, что мне пора уходить. Я подхватила картонную коробку со своими нехитрыми пожитками и направилась к лифту. Когда двери лифта разъехались, кто-то похлопал меня по плечу. Это была Лоррен Тьюксберри. Высокая худая брюнетка лет за тридцать, с клювообразным носом и короткой стрижкой, она работала дизайнером в редакции искусств и слыла первой сплетницей нашего офиса. Мы зашли в лифт вместе. Как только двери закрылись, она наклонилась и прошептала мне на ухо (чтобы не слышал лифтер): «Через пять минут встречаемся в кафе на углу Сорок шестой и Мэдиссон».

Я вопросительно взглянула на нее. Она лишь подмигнула мне, приложила к губам палец и, как только лифт открылся в вестибюле, поспешила к выходу.

Я оставила свою коробку у консьержа и зашла за угол здания, где находилось кафе. Лоррен уже сидела за столиком в дальней кабинке.

Я не задержу тебя, потому что времени у меня не больше минуты. Сегодня очень напряженный день.

Что-то случилось? — спросила я.

Ну это если взять твою ситуацию. Я просто хочу, чтобы ты знала: многие из нас сожалеют о твоем уходе.

Надо же, а мистер Макгир сказал, что все считают меня заносчивой и высокомерной.

Конечно, он тебе это скажет. С тех пор как ты отказалась встречаться с ним, он затаил на тебя злобу.

Откуда ты знаешь, что он предлагал мне встречаться?

Лоррен закатила глаза.

Офис у нас не такой уж большой, — сказала она.

Но он лишь однажды предложил мне это… и я отказалась в довольно вежливой форме.

Но факт остается фактом — ты его отвергла. И с того самого момента он стал искать повод избавиться от тебя.

Господи, уже почти два года прошло.

И все это время он просто ждал, когда ты оступишься. Мне неприятно говорить тебе об этом, но в последние пару месяцев ты действительно была немного не в себе. Не обидишься, если я спрошу: у тебя неприятности с парнем?

Боюсь, что да.

Выкинь его из головы, дорогая. Все мужчины болваны.

Возможно, ты и права.

Поверь мне, я на этом собаку съела. И еще я знаю вот что: отныне Леланд не даст тебе ни одного задания. Он специально закинул эту идею фриланса, только чтобы выжить тебя из редакции и чтобы все лакомые кусочки достались мисс Лоуис Радкин… которая как ты, возможно, слышала, сегодня не только любимая журналистка Леланда, но и делит с ним постель.

А я все думала…

И правильно думала. Потому что, в отличие от тебя, маленькая лизунья мисс Радкин не отвергла ухаживаний глубоко женатого мистера Макгира. Из того, что я слышала, одно привело к другому, и вот теперь… ты осталась без работы.

Я с трудом сглотнула:

И что же мне делать?

Если хочешь знать мое мнение… тебе не следует ни говорить что-то, ни делать. Просто бери деньги мистера Люса за полгода и садись писать Великий Американский Роман, если охота, конечно. Или езжай в Париж. А то запишись на какие-нибудь курсы. Или просто отсыпайся. Пока не кончатся деньги. Но знай одно: тебе больше не светит писать для «Лайф». Он об этом позаботится. А рез полгода официально тебя уволит.

Несколькими годами позже я услышала, что в китайском языке иероглиф «кризис» имеет два значения: опасность и возможность. Жаль, что тогда я этого не знала — потому что слова Лоррен отозвались во мне дикой паникой и ощущением беспросветного кризиса. Я забрала у консьержа свою коробку, взяла такси до дома, захлопнула за собой дверь квартиры, плюхнулась на кровать, обхватила голову руками и решила, что мой мир рухнул. И снова накатила скорбная тоска по Джеку — словно он умер. Да, собственно, так и получалось, что для меня он умер.

На следующее утро я позвонила в Вашингтон, в Министерство сухопутных сил. Оператор наконец переключила меня на редакцию «Старз энд страйпс». Я объяснила, что пытаюсь отыскать Джозефа Малоуна, который в настоящее время откомандирован в Европу.

Мы не даем такую информацию по телефону, — сказала секретарь. — Вы должны прислать письменный запрос в департамент срочнослужащего персонала.

Но ведь не так много журналистов по имени Джек Малоун пишут для вашей газеты.