Я никому не скажу - Дина Дэ

Андрей даже не замечал, что разогнался под сто километров в час. Попадись нам по дороге гаишники, мы бы потеряли драгоценное время.

Я осторожно положила руку на судорожно сжатые пальцы парня.

— Андрей, сбавь немного.

Он ошалело посмотрел на меня и, медленно кивнув, сбавил скорость.

Какое-то время мы ехали в тишине. Андрей со своим математическим складом ума пытался разложить всё по полочкам и найти оптимальный выход из ситуации. А я просто смотрела на ночной притихший город и вспоминала нашу с Климом первую ночь.

В какой момент я осознала, что не смогу жить без этого человека? Сейчас мне казалось, что я поняла это сразу, как только заглянула в черные мерцающие глаза. Но чтобы принять, мне понадобилось гораздо больше времени. Сколько дней я потеряла зря...

— Саша, ответь мне честно. Что ты чувствуешь к Климу?

Вопрос Андрея заставил мое сердце ёкнуть.

— Я люблю его, — не задумываясь ни секунды, ответила я, повернувшись к парню.

Андрей шумно сглотнул.

— Даже несмотря на то, что он украл и держал тебя взаперти?

Я грустно улыбнулась.

— Несмотря ни на что...

* * *

Мы ехали по ночным центральным улицам, и я, припав к окну, вбирала в себя всю красоту этого города. Как много я не замечала раньше. Такое ощущение, что без Клима мои глаза были плотно закрыты. А сердце... Никогда раньше оно не было настолько наполненным и живым. Оно болело. А это ли не признак того, что я живу?

— Саша, ты понимаешь, что тебя просто могут там убить? — в который раз спросил меня Андрей.

Его голос охрип. Он устал отговаривать меня. Он хотел идти к Островскому вместе со мной. Он не верил, что моя легенда может убедить страшного человека со звериным чутьем. Он чертовски злился на нас с Климом.

И да, он был преданным другом. Надеюсь, Клим успел понять, как ему повезло.

— Я всё понимаю, Андрей. И ко всему готова.

Моя улыбка была искренней. В моем сердце жил Клим, и я уже была счастливым человеком. Оказывается, любовь делает человека безрассудно смелым и отчаянным.

Глава 42

— Я буду ждать тебя тут. Пиши мне каждый час. И, ради бога, если почуешь что-то неладное, сразу беги! Саша, ты меня слышишь?!

Андрей крепко держал меня за плечи и потряхивал на каждой фразе, сам того не замечая.

Я осторожно отстранилась назад.

— Я тебя поняла, Андрей. Всё будет хорошо.

Как часто я в последнее время разбрасывалась этим обещанием. Профессору, себе, Андрею... Может, если почаще повторять, то так и будет?

Я достала из сумки смятые бумаги и протянула Андрею.

— Это из письменного стола Клима.

Конверт с фотографией избитого Антона я незаметно перепрятала во внутренний карман сумки. Я должна была сама в этом разобраться.

Андрей взял документы и пробежался глазами по верхнему листу. Он сможет выудить из них нужную информацию. Нам нужна была любая ниточка, ведущая к Климу.

Взявшись за ручку двери автомобиля, я в последний раз посмотрела на взволнованного парня.

— Береги себя, Саша, — Андрей не сводил с меня расширенных глаз. — Иначе Клим мне не простит.

Я улыбнулась.

— Когда всё это закончится, мы устроим вечеринку на крыше твоего дома. И я приведу своих самых красивых подруг.

Андрей еле заметно усмехнулся.

— И только попробуй не влюбиться в кого-нибудь из них! — направив указательный палец на парня, отрезала я.

— Обещаю жениться! — поднял руки Андрей. — Только, пожалуйста, возвращайтесь оба...

* * *

— Александра, — голос мужчины, сидящего передо мной, был обманчиво мягок. — Почему же Антон не рассказал мне о вас?

За бархатным баритоном слышались стальные нотки. Он действительно был опасен, этот Островский. Когда я впервые заглянула в ярко-голубые ледяные глаза, то почувствовала, как каждый волосок на теле встает дыбом. Всё мое тело, разум, интуиция вопили мне только одно "Бежать!".

Но я вспоминала окровавленное лицо Клима, и страх пропадал. Мне хотелось с криками расцарапать лицо этому холеному надменному мужчине.

— Так Антон вернулся?! — воскликнула я, резко поднимая широко распахнутые глаза.

Мне хорошо удалось сыграть удивление и радость. Потому что так оно и было. Огромный камень свалился с моей души. Клим не убивал этого парня...

— Да, я заплатил выкуп и сына вернули, — медленно проговорил Островский, пристально разглядывая мое лицо.

Мы сидели в просторной гостиной за столом. Передо мной стояла чашка остывшего кофе. Я уже давно рассказала хозяину квартиры свою версию похищения и побега.

Я старалась врать как можно меньше. Да, я видела Антона только в первый день похищения, потом его куда-то увезли. Меня держали в запертой комнате. А сегодня вечером в дом вломились какие-то люди. Нет, я их не видела, так как окна моей комнаты выходили на задний двор. Когда всё стихло, я выломала дверь с помощью табуретки и побежала к дороге.

Мне пришлось отвечать на неудобные провокационные вопросы Островского, впившегося в меня немигающим взглядом. Нет, похититель не насиловал меня. Нет, мы почти не разговаривали, и я не знаю, для чего он меня похитил. Я из небогатой семьи, и за меня вряд ли заплатили бы выкуп...

Я вжилась в роль напуганной наивной девочки. Мои руки тряслись настолько, что я даже не могла взять чашку с кофе. Заледеневшие губы еле шевелились. Мне почти не пришлось играть. Несколько дней назад я и была такой.

— Можно мне увидеть Антона? — дрожащим голосом проблеяла я.

Я пока не понимала, на чьей стороне этот парень. Я хотела посмотреть ему в глаза. В день похищения Антон показался мне открытым, бесхитростным, немного нахальным парнем. Тогда я верила, что он действительно попытается меня спасти, если у него появится такая возможность.

И вот выясняется, что похищенный сынок уже давно дома. А его отец даже не знает обо мне.

Какую же игру ты затеял, Антон...

Островский выверенным движением приподнял руку и бросил взгляд на наручные часы. В час ночи он выглядел так, будто и вовсе не ложился спать. Свежая, безумно дорогая даже на вид рубашка, льняные брюки, часы, толстенная золотая цепь на шее. И цепкий пробирающий до мурашек взгляд.

Что испытывала Ева каждый раз, когда смотрела в эти глаза? Страх?