Цветок Востока - Янка Рам

Она права, так нельзя. Даже если он приехал порицать и наказывать. Я, как послушная дочь, должна принять всё с благодарностью.

– Можно мне паранджу?

– Нет, Жасмин. Я должна видеть твои реакции и твоё состояние, чтобы помогать тебе.

И я иду, в моих глазах темнеет и в ушах шумит.

Надо мной потолок, и я даже не мечтаю о том, что разверзнутся небеса, и меня, такую опозоренную, поразит молния.

Вхожу в большую светлую комнату, там очень много людей, мужчин. Я не могу разглядеть лиц, меня шатает от страха.

Амина отводит меня за руку подальше от всех, усаживает в кресло.

Я прячу лицо в ладонях, съёживаясь в нём. Мне кажется, что я голая. Нет. Хуже. Голая и грязная. И все смотрят на меня.

– Ясь… – это Лёша, я узнаю его голос. – Ясенька…

Сглатываю и поднимаю глаза.

Он так смотрит на меня! Ещё в тысячу раз пронзительнее, чем раньше. И я даже на секунду забываю, что здесь есть все остальные. Делает несколько шагов ко мне. Но его тормозит охранник.

– Не нужно подходить ближе.

Он отдает ему что-то.

– Передайте, пожалуйста. Это её…

Охранник подходит ближе и протягивает мне красивое кольцо.

Это не моё… Я вижу его впервые!

Поднимаю глаза на Лёшу.

– Я обещал тебе кольцо, Ясь.

Да…

Там что-то написано внутри, мне сложно сфокусироваться, но это на турецком, и я вглядываюсь внимательнее.

Там выбито сердце и рядом надпись: «Дарю».

И я вспоминаю, как он говорил мне это. Что он принадлежит мне, а я ему.

– Надень, Ясь.

Растерянно выполняю то, что он говорит. На средний палец колечко маловато, и я надеваю его на безымянный. На правую. На левой – мамино.

Мамино…

Рядом с Лёшей очень красивая женщина со светлыми волосами.

Это мама?…

Смотрю в её глаза, всё остальное расплывается, и мне в какой-то момент начинает казаться, что я смотрюсь в зеркало.

Мама…

– Здравствуй, доченька.

– Мама… – мои губы вдруг вздрагивают, и из глаз совершенно бесконтрольно начинают литься слёзы.

Её губы дрожат тоже.

– Джейхан, – переводит она взгляд на отца. – Я разочарована в тебе. Ясенька, – встаёт она с кресла. – Никого здесь можешь не слушать. Ты можешь сейчас встать и уехать со мной. И больше никогда ты не увидишь ни одного из этих мужчин. И с тобой будет всё в порядке. Обещаю!

Все обещают… обещают… – опускаю я глаза.

– Она не поедет с тобой, Юлия, – встаёт отец.

– С кем поедет? С ублюдком этим?

Перевожу взгляд следом за ней.

Джана не узнать!! На лице синюшные отёки, всё залатано пластырем… Хуже, чем у той девочки, моей соседки! Его тоже кто-то наказал? Тогда Бог справедлив. Забираю свои сомнения!

– Джан, ты действительно взял золото у жены? – Осман говорит на турецком.

Я вижу, как Лёша напрягается и вопросительно смотрит на маму. Она тихо переводит ему.

– Она мне больше не жена! Развод!

– Ты взял золото у дочери этого уважаемого человека?

– Я могу взять золото жены, разве нет?!

– В тяжёлой ситуации – да! У тебя была тяжёлая ситуация? Тебе были нужны деньги? Разве мало я тебе давал денег?

– Мне были нужны ещё.

– Верни её золото.

– Его больше нет.

– Где оно?

– Он проиграл крупную сумму в казино, – Лёша говорит по-русски, и Осман не понимает его, хмуро поглядывая. – Ему угрожали, и он расплатился с кредиторами золотом Жасмин.

Мама тут же переводит.

Осман недовольно морщится на её инициативу. Но потом застывает, переводя взгляд на сына.

– Ты играешь?… – шокированно.

– Мы обсудим это не при посторонних, отец!

– Ты проигрался, забрал золото жены и выкинул её на улицу?! Я купил для тебя жену! Самую достойную девушку нашей общины. Чтобы ты славил мой род и продлял его. Чтобы скрепить союз с уважаемым семейством! Во что ты превратил её?! Как ты распорядился моим подарком?! Как смотреть мне в глаза уважаемым людям?? Мой сын мот! Не человек слова! Не сын своего народа!

Джан молчит, сжав губы.

– Позор!! Джейхан, Амир… – складывает он руки.

Те молчаливы, но взгляды их требовательны.

Они свидетели его позора, да!

– Недостойная ситуация, – качает головой отец. – Как решишь, Осман?

– Как положено мужчине. Если в стаде заводится паршивая овца, её режут, чтобы не опаршивело остальное стадо. Ты не сын мне, Джан. Не упоминай нашу фамилию и родство. Прочь.

Опустив голову, Джан выходит.

Мне становится капельку легче дышать! И на секунду становится уже не так важно, что будет со мной.

Есть справедливость! Есть достойные мужчины!

– Что решишь с женой Джана, Осман? – тяжело смотрит на него отец.

– Что тут решать? Поедет в мой харем. Будет помогать моим женщинам. И будет под моей защитой.

Отец переводит взгляд на меня.

– Собирайся, Жасмин.

Я встаю.

– Нет! – решительно встаёт мама. – В чужих коврах решил похоронить молодую девочку?! Не будет этого! Яся, не соглашайся! – разворачивается ко мне. – Ты поедешь со мной. Ты будешь жить со мной. Будешь учиться. И потом сама решать свою судьбу.

Я слышу подобное уже не в первый, и даже не во второй раз. И почему-то уже не верю в эту версию развития событий.

– Яся, – встаёт Лёша. – Тебе не надо уезжать! Всё будет, как я обещал. Сегодня у нас регистрация. Ты официально будешь моей женой. У нас будет семья, дети, всё как ты хотела! Я тебя никогда не оставлю.

Это я тоже слышала, да.

– Там на улице… Симка тебя ждёт! Она тоже поможет тебе, мама поможет! Зачем тебе ехать в чужой гарем, Ясь?!

Внутри меня всё мечется. Мне так хочется верить… Но когда моё доверие приводило к чему-то хорошему!?

– Жасмин, – требовательно смотрит на меня отец. – Ты должна поехать с Османом. Такова твоя судьба. Тебе там будет спокойно.

Амина переводит на меня взгляд.

– С кем ты хочешь уйти, Жасмин?

Господи!! Моя голова сейчас взорвётся! Зачем они мучают так меня?!

– Яся, – это опять мама. – Что тебя там ждёт? Служить чужому мужу?

– А здесь что? – наконец я открываю рот.

– Посмотри на меня! Я же выжила. И ты выживешь. Смотри, Лёша у тебя какой пылкий! Как за тебя борется! Достойный же парень!

– Если опять бросит?

– Пф!! – нервно усмехается она. – Я всегда буду рядом с тобой, подсказывать, помогать… Что бы ни случилось!

– Жасмин.

Отец смотрит очень тяжёлым взглядом. И под ним мне хочется вскочить и лететь выполнять всё, что он скажет.

А я так и сделала!! И что?! Джан!! А теперь его пожилой отец? И