Развод. Другая семья - Рита Адлер

— Милый, успокойся. Я поговорю с ним! Пойдем ужинать.

Оставляю мечты о душе и спускаюсь с сыном в столовую. Бедный мой ребенок. Его маленькое сердечко не понимает, почему вокруг столько несправедливости. Почему умер именно его папа. Почему мама привела в дом чужого дядю. Почему чужак требует называть его «папой».

— Сынок, хочешь схожу с тобой на футбол в эти выходные?

— Съезди со мной в парк развлечений, — в голосе Саши появляются нотки счастья. Вглядываюсь в ребенка и замечаю, что его глаза светлеют и становятся ярче.

Как же здорово, что дети не могут страдать так долго, как взрослые.

— Замётано! — протягиваю Саше мизинец, и мы скрепляем соглашение на мизинцах.

— Я люблю тебя мама. И разрешаю поцеловать.

— Ух! — наклоняюсь, целую сына в щеку, пока он не передумал, вспомнив, что он взрослый.

Топаем весело на кухню.

— С Лизой переписываетесь? Как она?

— У сестры всё нормально. Но она скучает и просится к нам на праздники.

— Посмотрим, — отвечаю безэмоционально. Не хочу развивать эту тему. Лиза клянется и божится, что простила меня и будет вести себя хорошо.

Верится с трудом после той ненависти от которой сносило с ног.

Заходим в столовую и столбенеем на месте.

— Что здесь происходит?..

Глава 48

Алевтина

Метнув быстрый взгляд на отца мужа, сидящего в кресле напротив входа, и держащего за руку свою жену — бывшую жену Андрея, я пришла в шок.

Скептически оглядев нарядное убранство кухни-столовой — яркие шарики, дорогу посуду на столе, я закатила глаза.

Только праздника в нашем доме не хватало!

У меня отвратительное настроение, которое мне утром испортил супруг, и совсем непонятно, кто и зачем пригласил гостей в будний день.

Встречаюсь взглядом с мамой. И она закатывает глаза, типа делает мне ментальное замечание, что я как хозяйка веду себя очень плохо.

Старший Уваров с большим интересом наблюдает за моим сыном, пока он стоит, приклеенный ко мне как маменькин сынок.

Мой мальчик обычно такой общительный и веселый в последние месяцы стал замкнутым и спокойным.

— Здравствуй! — холеный Уваров поднимается из-за стола, идет к нам.

А я злюсь на мужа. Потому что сейчас стою перед гостями в шелковом синем халате! С неуложенными волосами. В тапочках.

Мило! Андрей подставил меня по полной программе.

Сам же разрешил мне ходить по дому не в платье (как заставлял меня Глеб), а в халате, и забыл предупредить о гостях, зная, что я выйду к столу в чем попало.

Злая. Очень злая на мужа улыбаюсь его отцу.

— Алевтина, — громко произнес мужчина, равняясь со мной и моим мальчиком. — Мы тут мимо проезжали, решили заглянуть. Поздравить внука с победой! — мужчина жадно вглядывается в лицо моего растерянного мальчика, который пытается спрятаться за меня от настырного дядьки.

Ловлю настороженный бездонный взгляд Марины и понимаю, что что-то идет не так. Я не ревную Марину к мужу, она мне фактически безразлична, несмотря на то, что ревновать есть к чему. Фактурная баба. Самоуверенная красавица. Темно-зеленые кошачьи глаза глядят на меня ядовито-ревниво.

Удивляюсь. Неужели, она до сих пор что-то чувствует к моему мужу или эти эмоции связаны с их общим прошлым, в котором незримо присутствовала я в воспоминаниях Андрюши.

— Мы рады, что вы нас навестили, — отвечаю ровно, взяв себя в руки. — Да, матч был знатный. Бабушка и Андрей ходили, болели за нашего!

— У нас мало времени. Я заехал сказать, что договорился о просмотре для внука. Его ждут в СКА в эти выходные.

— Какого внука? — глупо спрашиваю я. От напористости Уварова у меня прямо мышление отбило.

— У меня один внук, — смеется мужчина и показывает на моего сына!

Замешкавшись, гляжу в блекло-голубые глаза свекра, и вижу, как льдистые голые льдинки тают у меня на глазах.

— А-а! Вы про моего Саньку?

— Почему же про твоего? — ревностно спрашивает мужчина и треплет моего дрожащего от неприязни мальчика по голове: — Я про своего внука!

Понимаю, что возникла жуткая проблема недопонимания. То, что отчим Саши теперь сын Уварова ввело мужчину в заблуждение. Но я не хочу портить праздник и заявлять это во всеуслышание.

— Милый, поедешь в хоккейный клуб СКА на просмотр? — спрашиваю у Сани и вижу по его загоревшимся глазенкам, что он готов ехать прямо сейчас.

Подарок свекор преподнес знатный, но это не отменило того факта, что сегодня он здесь явно лишний и разумеется мог преподнести новость по телефону!

— К столу! — веселый голос мужа раздается у меня за спиной и поворачиваюсь очень медленно, считаю до пяти, чтобы не предъявить ему что-нибудь этакое, за что будет стыдно. Я дала себе сегодня зарок больше не ругаться с супругом. В конце концов, мы не враги, надо искать точки соприкосновения.

В руках у Андрея цветы и клюшка с подарочным бантом.

Широко улыбаюсь. Подталкиваю Сашу к отчиму, чтобы он забрал свой подарок.

— Женщинам — цветы, детям — клюшки, — громогласно заявляет супруг, и я смотрю в его сияющие голубые глаза.

Он так счастлив, будто забыл с чего началось это пасмурное утро в нашей семье.

Сын протягивает руку, обхватывает клюшку, притягивает к себе, а я забираю свой букет алых роз, и не сразу соображаю, что произошло что-то из ряда вон выходящее.

— А-а-а! — Саша кричит так громко, что я роняю цветы из рук.

— Милый, ты поранился?!

Сын бросает клюшку на пол.

— Заноза? — хватаю маленькую ладонь орущего ребенка, рассматриваю внимательно!

— Бантик!!!

— Бантик?.. — вглядываюсь в подарочный бант с лентой и прихожу в шок. Перевожу порицающий взгляд на побледневшего вмиг мужа.

«Любимому сыну от папы» — гласит надпись на ленте.

— Милый, дядя Андрей просто ошибся. Не надо так бурно реагировать, — шепчу я, и завожу ребенка вглубь столовой. Усаживаю на его высокий стул. — Сейчас будем есть праздничный торт и всё забудется. А дядя Андрей, — вцепляюсь взглядом в бледное лицо супруга, — снимет и выбросит дурацкую ленту.

— Всё хорошо, — мама подходит и обнимает внука со спины. — Сейчас будем есть торт!

— Не надо! Не открывайте! — орет истошно Андрей из-за спины моей мамы. И остается неуслышанным.

Поздно. Марина снимает непрозрачную крышку с большого подноса, который мы обычно используем для тортов.

Вот и в этот раз на подносе оказывается торт.

Боже! Этот праздничный ужин напоминает мне кошмарный сон.

Закрываю