Снегурка для опера Морозова - Анна Бигси

— Я купил её, — говорит нам Адиль.

— Придётся вернуть, — отвечаю я, и воздух в кабинете снова закипает.

Ворон не даёт случиться взрыву. Он снова встаёт между нами, выуживая из пустого бара пузатые прозрачные бокалы на коротких ножках.

— Ад, выпить есть? — кивает на пустую тару.

— Нет, — хмыкает Адиль. — Ваша девка всё тут разнесла. Кому выставлять счёт за принесённый ущерб? — стреляет взглядом в каждого из нас.

— Не нагнетай, — Ворон давит Адилю на плечо. — Я сейчас сам найду нам выпить. Это ведь лучше, чем мы все начнём палить друг по другу в замкнутом пространстве. Правда, Стас?

Мужчина со шрамом выходит из кабинета, а через пару минут на письменном столе владельца заведения появляется две бутылки Хеннеси.

— Надо же, уцелели, — хмыкает Адиль, пока Ворон открывает одну и разливает крепкий алкоголь по бокалам.

Рассаживаемся на свободные места. Салютуем друг другу и делаем по небольшому глотку. Спирт с внутренним пламенем сочетается хреново, и я впиваюсь пальцами в мягкий кожаный подлокотник дивана, чтобы не сорваться искать Настю, да не разнести всё, что здесь уцелело.

Как только дорогой алкоголь оказывается прямиком в наших венах, Ворон начинает говорить:

— Предлагаю сделку. Ад, ты отдашь своим гостям девочку, которую они просят. А гости не будут создавать тебе проблемы с законом. Я выступлю кем-то вроде поручителя или гаранта этой сделки, как знакомый и с одной, и с другой стороной конфликта.

— Это всё, конечно, заебись, но кто заплатит за неё и за всё, что она разнесла. При всём уважении к тебе, Ворон, я здесь не про благотворительность, ты знаешь, — Адиль лениво крутит в руке бокал, не спеша пить.

— Да мы вот причастное к этой истории тело с собой приволокли, — ухмылка Стаса становится кровожадной. — Забирай. Пусть расплачивается.

Судя по выражению лица торговца живым товаром, он быстро соображает, про кого именно идёт речь. Косится на бардак в своём кабинете, едва заметно вздыхает, морщится и взмахом рукой с бокалом отдаёт команду своему человеку:

— Приведи это недоразумение. Осторожно, только! Чтобы она по дороге больше ничего не зацепила!

Глава 35. Анастасия

Меня заперли в какой-то тёмной каморке. Окон нет почти ничего не видно. Лишь через щель под дверью просачивается свет из коридора, практически не освещая помещение, но всё же позволяя рассмотреть совсем небольшую комнатку с полками до потолка. Может быть, кладовка или что-то в этом роде.

Божечки-кошечки, кажется, я доигралась. Страх мелкими бусинками рассыпается по коже, а сердце истерично бьётся о рёбра. Что же теперь делать? Надо срочно как-то выбираться, пока они не решили меня убить.

Подхожу к двери и пробую растолкать её плечом — не получается. Бесполезно. Она даже не шевелится от моего веса. Так удачно вспоминаю, что насобирала всякой всячины в кабинете врача. Может, что-то и пригодится. Перебираю пальцами содержимое, пока не попадается скрепка. Выуживаю её из кармана и разворачиваю в длинную шпильку. Видно плохо, но мне всё же удаётся один конец засунуть в замочную скважину.

Шевелю взад-вперёд, по кругу, стараясь что-то там зацепить. Я в сериале видела, что так можно открыть почти любой замок, но мой мне не поддаётся. Ничего у меня не получается, только шпилька гнётся. Какая-то я жалкая, безрукая и беспомощная. Жалобно всхлипываю, сползая по стене на пол, и прячу лицо в ладонях. Всё. Это точно конец. А у меня ведь скоро должна была быть свадьба.

Слёзы отчаяния текут по щекам, и так мне обидно за себя. Я только жить начала. Влюбилась по-настоящему, замуж собралась. За что они со мной так? Я же ничего плохого никому не сделала.

В коридоре слышатся шаги. Рефлекторно отползаю дальше от двери и прижимаю коленки к груди, обхватив руками.

— Сказали привести её, — доносится до меня.

— Забирай, только осторожнее, — хохотнув, отвечает другой.

Мужские голоса приближаются. Ключ с характерным звуком щёлкает в замке, а моё сердце на мгновение замирает и начинает колотиться как сумасшедшее. Ну уж нет. Я никуда не пойду!

Вскакиваю на ноги и достаю из кармана степлер, прихваченный у врача. Сжимаю в руке, как самое сильное оружие. Ну сейчас они у меня получат! Живой не дамся!

Только дверь открывается, я замахиваюсь, но не успеваю ударить. Свет из коридора бьёт по глазам и заставляет зажмуриться.

— Вот она!

Меня хватают, не дав опомниться, и опять скручивают, лишая возможности сопротивляться, и куда-то тащат

— Пусти, — дёргаюсь всем телом. Пытаюсь извернуться и укусить, но ничего не получается.

— Что он с возится этой сумасшедшей? — доносится со стороны бурчание.

— Не знаю. Не наше дело, — уже над головой.

И снова я оказываюсь перед кабинетом Адиля. И снова меня колотит от страха и неизвестности. Да сколько можно издеваться-то?

— Заходи, — меня опускают на пол, и дверь приоткрывается.

— Не пойду! Вы не имеете права! — упираюсь, громко возмущаясь, и пытаюсь вырваться.

Меня грубо толкают внутрь, заходя следом и закрывая дверь. Зло ощетиниваюсь и оборачиваюсь, чувствуя на себе взгляды. Как много мужчин в кабинете, но я вижу только одного… Моего. Любимого.

— Денисочка, — шепчу я и судорожно всхлипываю, не веря своим глазам. Часто дышу и никак не решаюсь сделать хотя бы шаг на встречу.

— Иди ко мне, — он раскрывает для меня объятия, и я с радостью в них тону. — Девочка моя сказочная. Я так испугался за тебя.

Сжимает крепко-крепко и целует в макушку. Прячусь на его груди и даю волю слезам. Теперь всё будет хорошо. Денис не отдаст меня им.

— С тобой всё в порядке? — чуть отстраняя от себя, пристально рассматривает меня. — Тебя никто не обижал?

Его голос хоть и звучит спокойно, но чувствую, в глубине таится мощная стихия. Он сдерживает её ради меня, но воздух вокруг всё равно накаляется, трещит от напряжения.

— Нет, — всхлипываю, заглядывая ему в глаза. — Только колечко украли…

Показываю свой палец, на которое он сам лично надевал кольцо. Денис хмурится, напрягается весь.

— Где её кольцо? — тихий рык в тишине кабинета звучит устрашающе.

А мне наоборот так спокойно. Потому что Денис рядом. Защитник мой.

— Какое кольцо? — слышу уже знакомый голос за спиной.

Разворачиваюсь в руках любимого и внимательно рассматриваю всех присутствующих. Стоят, кто-то улыбается, кто-то с вытянутыми мордами, и молча наблюдают за происходящим в ожидании какой-то реакции.

— Вот он забрал, — указываю пальцем на того отморозка.

— Отдай, — сухо приказывает Адиль и снисходительно качает головой, утыкаясь лбом в свою ладонь.

— С хуя ли? — мой недавний надзиратель встаёт в стойку. —