Первая жена - Диана Рымарь

Не только маленькие девочки уделяют мне пристальное внимание.

Майя с Леной также буравят меня взглядами, к слову чересчур настороженными.

— Зачем ты пришел, Артем? — спрашивает Майя.

— Поговорить, давай отойдем, — прошу ее.

Не объясняться же при всем честном народе.

Майя показывает взглядом на дочек, пожимает плечами.

Неожиданно сестра отпускает ее:

— Иди поговори, не отстанет же. Я послежу за племяшками.

Майя соглашается, идет за мной.

— Садись в машину, — прошу.

Открываю для нее пассажирскую дверь.

Сам усаживаюсь за руль.

Судорожно пытаюсь привести мысли в порядок, как-то начать.

— О чем ты хочешь поговорить? — Майя заговаривает первой.

— Я не понимаю, — развожу руками. — Я думал, у нас с тобой все хорошо, что мы выяснили все… Триста раз поговорили по телефону, пока я был в другом городе. Я считал…

Она возмущенно меня перебивает:

— Мы говорили о Веронике, а не о нас! Я вообще не понимаю, почему ты подумал, будто мы автоматом вместе.

— А почему нет? — искренне удивляюсь. — Логично же после всего…

— Офигеть не встать! Артем, зачем тебе все это? Я не понимаю. Ты развлекся со мной в Москве, получил, что хотел…

— Да ни хера я не получил по итогу! — перехожу на возмущенный тон.

— Не матерись! — осаживает она меня. — Либо спокойно со мной говори, либо я пошла.

Я шумно вздыхаю.

Что только не сделаешь ради нее, даже фильтровать базар начнешь.

— Спокойно говорю, Майя. Я не развлекался с тобой там в Москве, вообще такой цели не было. Я мириться с тобой пытался по-всякому! Неужели не поняла?

— Обалдеть у тебя способы! — хмыкает она. — Зачем тебе это понадобилось только, не пойму…

М-да, кто-то дальше собственного носа не видит ни хера.

— Люблю тебя! — с шумом выдыхаю. — Вот зачем. Майя, три года назад я так психанул из-за ДНК-теста вовсе не потому, что бежал от какой-то там ответственности. Я любил тебя до отключения мозга! И потом ничего не изменилось. До сих пор люблю, сильнее даже…

— Хватит врать! — резко ощетинивается она. — Не смей тут страдальца из себя корчить! Так любил, что аж из дома выгнал, а потом сразу же завел любовницу. Пока я сопли на кулак наматывала, ты спал с другими, все время сториз с девками выкладывал! Это, видно, от сильной любви ко мне? И женился на своей модели тоже только потому, что меня любил? Ты все это творил, а блядью заставил меня себя назвать!

— Майя… — хриплю на выдохе.

— Что Майя? — она сжимает кулаки. — А давай еще вспомним, как ты приказал спать с тобой за помощь Поле! Скажи, так поступают любящие мужчины?

Она этими вопросами лупит меня будто оплеухами.

Что сказать, не знаю.

И все по делу, главное. Не отмажешься. Я творил это, и даже больше. Зачем только, теперь сам не понимаю.

Неужели Майя видит наши отношения только с этой уродливой стороны?

Пытаюсь хоть как-то наладить диалог:

— Давай забудем все это. Давай заново…

Майя даже договорить мне не дает, продолжает возмущаться:

— Ага, конечно. Ты меня лицом об стол, а я такая — а давай забудем, начнем заново. Чтобы ты меня еще раз…

— Я тебя никогда не бил! — скрежещу зубами.

— Я сейчас образно! — пыхтит она. — Я не собираюсь второй раз входить в одну и ту же кипящую реку, без того ожогов достаточно. Мы с тобой больше не будем вместе, Артем.

— А как ты собираешься растить девчонок одна? — нахожу убийственный аргумент. — Главное, на что? У тебя же ни денег, ни работы…

— Ну-у-у… — тянет она. — У меня есть мои три миллиона за квартиру. Ты от них отказался, оставлю себе в качестве алиментов. А работа у меня, вообще-то, и была, и есть. Я неплохой редактор, копирайтер, тружусь онлайн, на жизнь заработаю.

— Уж прости, — усмехаюсь невесело и указываю ей на очевидное: — Но я твои копейки за доход не считаю. И за свои три лимона ничего приличного из жилья в Краснодаре ты не купишь. Спустись с небес на землю и цени…

— Тебя такого баблистого? — фырчит она. — Иди ты в лес, Артем! Вот честно…

Сколько раз эта женщина меня еще пошлет? Это же невыносимо.

— Я, вообще-то, помочь тебе хочу, обеспечить, сделать твою жизнь лучше. Кстати, а если ты беременна? Ты это учитываешь? Посылает она меня… Смелая какая!

— Я не беременна, Артем, — Майя качает головой. — У меня два дня назад пошли месячные.

Мое лицо непроизвольно вытягивается.

Что ж так не везет-то, а?

Майя тем временем продолжает возмущаться:

— Ты вообще не должен был решать тогда за нас обоих и пытаться сделать мне ребенка. Это было максимально несправедливо…

— Хватит, Майя! — резко ее прерываю. — За всех своих детей, настоящих и будущих, я готов нести ответственность. Любому понятно, тебе будет лучше за мной замужем…

— Я там уже была, — строго отвечает она. — Быстро выгнали.

Понимаю, что в доску виноват, и в то же время злюсь.

— Серьезно? — смотрю на нее исподлобья. — Будешь дальше лелеять свои обиды, вместо того чтобы позволить мне как-то реабилитироваться…

Она снова меня перебивает:

— При чем тут старые обиды, Артем? Они тут вообще ни при чем!

О, как весело. А что при чем?

— Тогда чего ты гладиться не даешься? — развожу руками. — Почему так резка со мной? Да, я накосячил в прошлом, но это же не значит, что меня надо сразу на хер, я пытался все исправить, я…

— Я вчера купала Веронику! — чеканит она, сощурив глаза. — И знаешь что?

— Что? — Мне искренне любопытно.

— Купала и обнаружила у нее шрам в волосах сзади на затылке. И на спинке один! Видел?

Меня от такой информации всего изнутри корежит. Я ведь тоже ее купал и ни хрена не заметил… Потому что волосы прикрывали спину.

— Не видел, — резко закашливаюсь, тру лоб. — Большие?

—