Поймать балерину - Мария Зайцева

темным углам здесь, в чертовом высшем свете так же, как таскали по клоакам Парижа! Все то же самое! Бабочка, - он схватил меня за плечи, сжал, глядя с такой болью, с такой мукой, что я невольно … Пожалела его? Прониклась сочувствием? – Бабочка… Что ты хочешь, а? Хочешь… Хочешь примой быть? Танцевать эти чертовы танцы? Черт с ним! Будешь! Будешь! Я все сделаю, слышишь, бабочка? Все! Для тебя! Только для тебя! Чего ты хочешь? Чего???

Я смотрела в его яростные глаза и не знала, что ему ответить.

Вся моя жизнь оказалась большим мыльным пузырем. Все, к чему я стремилась, чего хотела… Оно, на самом деле, было лишь фальшивкой.

Меня хвалил мой первый мужчина, помогал мне, только по тому, что имел виды на мое наследство. Пусть и небольшое, но стабильное.Меня выделяли в труппе русских… Может, по причине того, что меня захотел себе меценат Оперы? Откуда мне знать?По крайней мере, Ёрок только из-за моих глаз и ног благоволил…Может, я вообще ничего не стою?Хотя, нет. Наверно, стою. И даже сумму называют…И Легран тоже… Называет…

Я внезапно ужасно себя пожалела. Так глупо и слабовольно. Но мне стало жаль ту восторженную дурочку, которая смотрела на прекрасных птиц, летающих по сцене… И мечтала быть такой же.Дурочка… Такая дурочка…

- Я хочу домой… - как-то жалобно прошептала я, - домой. Просто домой.

Легран замер, внимательно изучая меня, и в этот момент я подумала, что он просто продолжит начатое…Но нет.Он молча поправил на мне бретель платья, потом твердо взял под руку и шагнул дальше, увлекая в темноту.Обессиленная, я даже не сопротивлялась. В тот момент мне в самом деле было все равно, куда он меня ведет.Оказалось, к автомобилю.Шикарному, блестящему, с ожидающим водителем.

- Посиди,  я сейчас, - Легран коротко глянул на водителя  и вернулся обратно.

Я опять даже не заинтересовалась, почему он ушел.Сидела, смотрела на огни клуба, на веселых и ярких людей, мелькающих в окнах. И ощущала себя невероятно чужой и одинокой. Никому не нужной.

Легран вернулся очень быстро с моим манто и своей верхней одеждой.Укутал мехом мои голые плечи, где уже начали выступать следы его страсти.Что-то коротко сказал водителю, и автомобиль тронулся.

Мы ехали в полном молчании, Легран не трогал меня, просто смотрел. Напряженно и холодно.«Наверно, к себе везет», - подумалось мне, но без протеста, с усталостью и апатией.Жизнь сделала очередной круг, возвращая меня туда, откуда я так стремилась убежать.Наверно, я не достойна ничего лучшего?С чего я вообще взяла, что могу рассчитывать на большее?Когда мы оказались у подъезда доходного дома, где мы с Мадлен снимали квартиру, я даже удивилась.Вопросительно посмотрела Леграна, но он вышел из автомобиля, невозмутимо открыл дверь и подал мне руку.Что-то странное происходило.

- Я провожу тебя до двери, - заявил он таким тоном, что я не стала искушать судьбу и протестовать.

Возле двери Легран остановился, глядя, как я доставала ключи и открывала замок. Затем развернул меня к себе, жадно поцеловал…И отпустил.

- Спокойной ночи.

- И вам… - смогла прошептать я и закрыла дверь.

Не включая свет, чтоб не тревожить наверняка спящую Мадлен, прошла к себе, и сразу же шагнула к окну.

Посмотрела на улицу, залитую светом фонарей.И застыла.

Легран никуда не уехал. Он стоял. Облокотившись на автомобиль, курил и щурился на мои окна.Я торопливо отшатнулась, села на кровать, машинально стаскивая манто и перчатки, снимая обувь…А затем прилегла, как была, в платье, на кровать.

Ужасный день. Ужасный вечер. Ужасная ночь.Как бы я выглядела, если б Легран не провел меня садом к машине? Конечно, наверняка у гостей множество вопросов, куда я исчезла… Или нет? Кому я , в конце концов, интересна?

Легран сделал правильно. Уведя меня, в таких расстроенных чувствах,  ото всех.Он стоял там, снаружи. Словно караулил мой сон.И это неожиданно приносило покой.

Когда хотят твое

- Дружище Легран, вы слишком близко к сердцу принимаете происходящее, - Мартин успокаивающе положил ладонь на плечо Леграна, тот даже не шевельнулся, только еще больше закаменел.А затем молча шагнул в сторону дверей.

- Легран, послушайте меня, - торопливо заговорил Морган, понимая что времени у него осталось крайне мало. Все же, за прошедший месяц успел изучить своего французского приятеля достаточно, чтоб понять, насколько сложно его остановить, - Хьюстон – это… Это очень серьезно! Там нефтеразработки, там правительственные деньги на строительство порта, говорят, совершенно чудовищные суммы, там… Ох, там много всего! И Харрис владеет половиной этого! А, может, уже и  двумя третями! Не стоит с ним ссориться! Тем более из-за женщины…

Легран повернулся к нему, опять же, молча.И Морган отшатнулся.Выражение глаз у человека, которого, как он наивно считал, Морган успел неплохо изучить, оказалось совершенно… нечеловеческим.Из глубины светлых, холодных, как льды Аляски, зрачков на него смотрел сам дьявол… Мертвенный, пугающий до дрожи.

И все же… Не зря Морган слыл крепким и храбрым парнем, когда , по юности, носило его по всей стране, от той же Аляски до мексиканской границы. Он не мог просто так позволить развязать кровавую бойню!А все к тому шло.И подумать только! Из-за кого? Из-за женщины!Нет, мисс Вьен неплоха, тут не поспоришь. Очень интересная и совсем не глупая девушка, да еще и смелая к тому же.Лакомый кусочек, да.Но не до такой степени, чтоб из-за нее развязывать войну с королем Хьюстона!

Харрис слыл редкостным мерзавцем, погрязшим в пороках и вседозволенности настолько, что даже среди пресыщенного высшего общества считался уникальным негодяем.Проклятый импресарио не мог выбрать более одиозную фигуру, чтоб продать свою приму. Видно, с ней у скользкого мерзавца свои счеты.

И Морган даже понимал, какие. Судя по неуступчивости девушки, не характерной для ее круга, самому Ёроку там не перепало ничего.Вот он и привез ее сюда, к нему на прием, чтоб повыгодней продать.

Морган припомнил, какую сумму озвучил ему Ёрок за мисс Вьен… Жадный скряга! Да эти деньги запросто покроют расходы на балерину, которые уже понес импресарио. И еще много чего останется!

Сама мисс Вьен, по сути, не нужна уже Ёроку.Публика привыкла к «экстраваганца», представления стабильно собирают аншлаги… А вот различать тонкости искусства балета ньюйоркцы пока что так и не научились.Дягилев слишком мало времени тут пробыл со своими «Сезонами». Не успел привить вкус.И мисс Вьен , показывающая более чем приличный уровень по сравнению со своими партнерами, была отличительна только таким знатокам, как он сам, Морган.А основной публике