Не говори ни слова - Сейбр Роуз

— Кэмерон, — отвечаю я.

— Какой Кэмерон?

— Я не знаю его фамилии, — я подхожу к двери и открываю её, ожидая увидеть Кэмерона. Он также является охранником Аттертонов, и приставлен к Джуниору.

Марсель стонет и закатывает глаза.

— Тебе нравится быть придурком?

— Большую часть времени, — отвечаю я.

Кэмерон появляется в поле зрения, волоча за собой вешалку с одеждой.

— Доставка для Райкера? — Он улыбается и хлопает меня по спине.

— Ты теперь посыльный, друг мой?

— Подумываешь о том, чтобы нанять меня для себя? Хочешь стать моей первой клиенткой? — Подмигивает он. — Я привез тебе несколько нарядов, чтобы ты их примерила. Что-нибудь приглянулось тебе? — Он оглядывает ряд одежды, выбирая шёлковое платье. — Надеюсь, тебе понравится красное, детка. — Смеется он.

Я хватаюсь за переднюю часть стойки игнорируя его шуточки, помогая ему спустить её по лестнице.

— Что у тебя с лицом? — Спрашиваю я, замечая царапины на его щеке.

Он закатывает глаза.

— На меня напала дикая кошка. — Он хихикает, даже не пытаясь скрыть свою ложь.

Как только мы останавливаемся, Марсель бросается к Кэмерону, протягивая руку и выпячивая грудь.

— Марсель, — произносит он с таким видом, будто это имя что-то значит. — Я здесь главный.

Кэмерон переводит взгляд с меня на Марселя, на его лице появляется ухмылка. Он вопросительно поднимает бровь в мою сторону, но никак не реагирует на заявление Марселя.

— Кэмерон, — с не меньшей важностью произносит он. — Телохранитель Джуниора.

— Ах, — говорит Марсель. — Значит, сегодня у нас в питомнике две собаки.

Ухмылка Кэмерона мгновенно исчезает, и он делает шаг к Марселю.

— Как ты меня только что назвал?

— Теперь ты добился своего, Марсель. У Кэмерона нет моего восхитительного терпения. На твоем месте я бы следил за языком.

Марсель смеется, но его взгляд становится нервным, когда он смотрит на Кэмерона, и он делает шаг назад.

— Это была шутка, — осторожно говорит он. — Между мной и Райкером особые отношения. Он здесь телохранитель и сторожевой пес. — Кэмерон продолжает пристально смотреть на него. — Я не хотел тебя обидеть, друг. Расслабься.

— Друг? — Рычит Кэмерон.

Я наклоняюсь и шепчу Марселю на ухо:

— Он не любит, когда его называют другом.

Кэмерон, как и я, не маленький человек. Марсель съеживается под его взглядом, пока, наконец, Кэмерон не расплывается в улыбке и не хлопает его по спине.

— Я просто шучу над тобой, — говорит он, кивая на вешалку с одеждой. — Куда это поставить?

— Просто оставь здесь, — говорю я. — Значит, он решил, что ей можно носить одежду, я правильно понимаю?

— По-видимому, так, — отвечает он, проводя руками по материалам, заставляя их покачиваться, прежде чем повернуться ко мне с озорной ухмылкой. — Я смогу увидеть её или как?

Я пытаюсь скрыть свое раздражение и поворачиваюсь к мониторам, освобождая для него стул. Мия снова в душе. У нее большая душевая кабина, и она стоит под струей воды, пока ее кожа не становится розовой от жары. Она пытается смыть с себя грязь этого места, включая меня.

Я ее не виню.

Она презирает меня.

И я тоже презираю себя.

Мия стоит спиной к нам, вода стекает по ее голове и развевает темные волосы по лопаткам. И только когда она поворачивается, Кэмерон тихо присвистывает.

— Черт, — произносит он благоговейно.

Марсель усмехается.

— Неудивительно, что ему пришлось украсть её, верно? Иначе она бы никогда не запала на него. Он тупой, как дверная ручка.

— Ты сильно занят? — Спрашиваю я, меняя тему, чтобы не думать о том, кто такой Джуниор на самом деле.

Кэмерон поворачивается на стуле.

— Не совсем. Он попритих с тех пор, как стал одержим ею. Я чувствую себя скорее няней, чем телохранителем. А ты? Тебе здесь весело?

Я перевожу взгляд с экрана на него:

— Не уверен, что «весело» — подходящее слово.

Марсель смеется.

— Только потому, что ему не разрешили попробовать товар на вкус, чтобы он ни говорил.

Кэмерон игнорирует его и поднимается на ноги.

— Как бы мне ни хотелось остаться и поболтать, — подмигивает он, — у меня есть еще дела, которые нужно сделать. Возбуждение почти убивает меня. — Он хлопает меня по спине. — Веди себя прилично.

— О, не волнуйтесь, — говорит Марсель. — Он хороший пес.

Он улыбается, но никто из нас не улыбается в ответ.

— Шутка! — Он поднимает руки. — Это была шутка. Может быть, в следующий раз ты сможешь показать Райкеру, что такое чувство юмора? — Кричит он, когда Кэмерон поднимается по ступенькам.

Я проскальзываю мимо него, хватаю вешалку с одеждой и отношу её в камеру Мии. Она всё ещё в душе, и вода, должно быть, уже успела остыть. В ванной комнате стоит густой пар, но я всё равно могу разглядеть её сквозь туман. Вода нежно ласкает её тело, и её кожа блестит, словно кто-то осыпал её блёстками. Она замечает, что я наблюдаю за ней, и я чувствую себя неловко, переминаясь с ноги на ногу. Моя маска оказалась не на месте.

— Иди сюда, — хочу сказать я как приказ, но у меня не получается. Интересно, слышит ли она тоску в моём голосе? Конфликт, который постоянно бушует внутри меня.

Всегда послушная, она подходит, и я вытираю её, проводя полотенцем по её телу и стараясь не думать обо всём, что я хочу сделать или сказать. Когда она заканчивает, она следует за мной в камеру.

— Он позволяет тебе одеться, — замечаю я.

Хотя она старается не показывать, в её глазах отражается волнение. Она проводит руками по моей одежде, и мне приходится с трудом сдержать желание, когда мой разум невольно представляет, как бы она прикасалась ко мне, если бы мы были обнажены.

— Выбери что-нибудь. Оденься.

Она выбирает простое красное платье, которое идеально подчеркивает ее фигуру. И в этот момент она словно выходит за пределы своей обычной роли. В этом платье, скрывающем ее наготу, она становится не просто предметом, а настоящей личностью.

Должно быть, она заметила это в моих глазах, потому что шагнула ко мне с уверенностью, которой раньше не проявляла. Она подходит все ближе и ближе, пока не оказывается на расстоянии вздоха. Ее темные глаза пристально смотрят на меня, и мое сердце начинает биться с новой силой, как будто я уже давно не испытывал таких эмоций. На самом деле, я не уверен, что оно когда-либо билось так быстро раньше.

Она поднимает руку, словно прося разрешения. И я хочу дать ей это разрешение. Я жажду, чтобы она прикасалась ко мне, проводила руками по моей коже, желала меня. Но если я позволю ей, я знаю, что не смогу