Цыц! - Екатерина Вильмонт

— Поверьте, Лиля вне конкуренции.

— Хорошо, хорошо! По-видимому, тут любовь… — Сиспуганной улыбкой пошла на попятный дама.

Тигрик мой, подумала Лиля и сердце замерло от восторга.

После обеда Лиля познакомилась с осликом по кличке Ушат. Онбыл чудесный, Лиля кормила его морковкой, целовала в лоб, гладила.

— Я подарю тебе такого же, — шепнул Ринат. —Скажи мне, да или нет?

— А разве тебе надо это знать? Ты, по-моему, уже всерешил без меня…

— Ты так улыбаешься… Борь, а что если мы с Лилей пойдемна полчасика погуляем?

— Погуляем?

— Да, именно погуляем, — холодно подтвердилРинат. — Лиля любит полевые цветы…

— Идите, ради Бога! Но к восьми возвращайтесь, будетшашлык.

Когда они вышли за ворота, одна из дам заметила:

— Дурочка, она если на что-то рассчитывает…

— А, по-моему, он влюблен в нее по уши, —возразила хозяйка дома.

— По уши, не по уши, но поверьте, на него сейчасоткрывается такая охота… Богатый, красивый, нестарый, живет в Италии… А тут неслишком молодая, не слишком красивая работающая девушка…

— А как же любовь? — поинтересовался Борис.

— Любовь? Любовь, Боренька, это сказочка для бедных.Обычно знаешь, чем заканчивается сейчас любовь для богатых? Ссылкой. Ты вкурсе, что на Лазурном берегу есть целый городок, забыла как называется, тактуда наши олигархи ссылают своих жен.

— Как это? — спросил кто-то.

— А так! Выстроили дивной красоты и роскоши комплекс иссылают туда баб, те живут в роскоши, но дорога домой им заказана. С ними неразводятся, потому как невыгодно, но в Москве живут или подживают с юнымидевицами, в основном из провинции. Это называется свежее мясо. Так что еслидаже этот потрясный мужик и женится сгоряча на этой дурехе, то скоро бросит ееили, в лучшем случае, сошлет на Лазурный берег. Где ей устоять в сравнении слохматым золотом Пети Лестермана?

Борис вдруг разозлился.

— Слушай, ты, не надо всех по себе мерить! Ты такговоришь, потому что бесишься. Рвешься к этим гламурным кругам, а не пускают!

— Боря! — одернула мужа Вика.

— А почему я должен у себя в доме слушать гадости освоих друзьях?

— Лиль, ответь мне.

— Я не могу в двух словах…

— А зачем в двух? Достаточно одного, да или нет.

— Понимаешь, Ринат, я всем сердцем, всеми фибрами душихочу сказать «да».

— Так в чем же дело?

— В том, что у меня… у меня есть некоторые условия…

— Ты хочешь составить брачный контракт? — вдругнапрягся он.

— Что ты! — испугалась Лиля. — Я даже недумала об этом, просто…

— Ну, говори же…

— Я… я… хочу пока, допустим год, не оформлять брак…

— Почему?

— Ну как… мало ли что… вдруг мы не подходим друг другу,вдруг за год поймем, что нам не надо жить вместе… вдруг ты встретишь другуюженщину…

— Или ты мужчину? Да?

В ее глазах отразилось такое изумление, что он все понял. Ейтакая мысль даже в голову не приходит. И все-таки она выдавила из себя:

— Или я… мужчину… Да мало ли…

— Это единственное условие?

— Ну в общем да… Остальное проистекает из него…

— Что остальное?

— Ну, я хотела бы все-таки работать, быть независимой.

— Работать в этот условный год? Зачем? Я хочу показатьтебе мир… Мне вовсе не улыбается жить в Москве и ждать тебя с работы. Ты жеговорила, что хочешь уйти…

— Ринат, пойми… Сейчас я уйти просто не могу.

— Да я понял, но после вашей драгоценной ярмарки?

— После ярмарки…

— Подожди… Это все хорошо, условия нестрашные. Я вполнемогу их принять. Но я не задал тебе самый главный вопрос: Ты-то любишь меня?

Он лукавил. Он по ее глазам видел все. Но хотел услышатьответ.

— Да. Я люблю тебя… Очень…

— Тогда ты должна в ближайшие дни познакомить меня ствоей мамой…

Она предполагала нечто в этом роде и выдала заранеезаготовленную враку:

— Мама же сейчас в Чили.

Он чуть не расхохотался, но решил что еще рано ееразоблачать и момент неподходящий.

— В Чили? А что она там делает, твоя мама? Тканирасписывает?

— Да нет, у нее роман…

— С чилийцем?

— Да.

— Ну, в принципе можно слетать и в Чили заблагословением матушки…

Кажется, он нарочно меня мучает. Он знает?

— Ну, ладно, в Чили мне неохота лететь… Подождем, покатвоя мама вернется. Тем более, что ты не хочешь официального брака, а на связьс мужчиной тебе мамино благословение не нужно?

— Ринат…

— Знаешь, сегодня мы поедем ко мне, у тебя ведь ремонт.Ты согласна?

— Да. Я теперь уже на все согласна, — она решила,что пора. А утром, если все будет хорошо, она ему скажет… Надо ж быть такойдурой…

Он обнял ее посреди дороги и стал целовать. Она закрылаглаза, прижалась к нему. Ничего… теперь он простит и поймет, он ведь уже любитменя… В какой-то момент она открыла глаза. И увидела его глаза. Изсветло-зеленых они стали почти черными.

— Лилька, что ты со мной сделала? Ты вьешь из меняверевки…

— Я ничего… я просто люблю тебя… С первого взгляда.

— И я. Вот увидал и подумал: это моя женщина. Исчастлив этим.

— Ринат, но у тебя же наверное есть кто-то?

— Это не так называется. Не есть, а бывает. Но большене будет. Знаешь, я вообще верный человек…

— А как же полигамия?

— А черт ее знает… Я верный, если люблю… а просто так,за ради удовольствия… Зачем?

— А куда ты меня повезешь для начала?

— В Италию, домой. А потом, куда ты захочешь. Весь мирк твоим услугам!

— Я не была в Италии.

— Тогда мы сначала объездим Италию. Ты в Бога веришь?

— Нет. А ты?

— Я верю в судьбу. Может, это и есть вера в Бога, а?

— Я не знаю… Я просто уже плохо соображаю… Неужели ты ивправду меня любишь?

— Дурочка! Любимая дурочка! Имей в виду, мне нужно троедетей. Два парня и девочку.