Пламя в моем сердце - Рита Трофимова

— Это заводит. — Она прижалась плотнее и провела язычком по мочке его уха.

— Эла… — выдохнул он со сдержанной страстью. — Ты меня с ума сводишь.

И Эла окончательно растаяла. Как же это упоительно быть единственной для такого достойного мужчины и иметь над ним власть!

— Чем займёмся? Не прочь перекусить? — Эдик слегка отстранился и с таким обожанием заглянул ей в глаза, что Эла едва не замурлыкала от удовольствия.

Он совершенно не зря это спросил, они нередко встречались в излюбленных местечках и проводили время вдвоём: гуляли, держась за руки, как юные влюблённые, и улыбались друг другу, ловя на себе удивлённо-завистливые взгляды несчастных брошенок и одиночек. С ним она была по-настоящему счастлива и… свободна.

Счастлив тот, кто нашёл свою настоящую половинку!

Эла знала, что нашла его. Наконец-то, после долгих лет мытарств. И снова ощутила себя женщиной в полном смысле этого слова.

— Недавно я собирала на званый ужин одну клиентку, так вот она рассказывала, что обожает икру морских ежей и устрицы, описывала вкус, да так, что слюнки потекли. Она и меня пытала, люблю ли я морских ежей, а мне и сказать нечего было. Если быть честной, я и устриц только однажды пробовала, но тот вечер не удался, и ассоциации, само собой, остались неприятные.

— Предлагаю сходить в ресторан, где подают морских ежей, крабов и устриц, — не растерялся Эдик.

— Звучит заманчиво, — рассмеялась Эла, лишь на секунду засомневавшись. Устроить гастрономический аттракцион из морских гадов — удовольствие недешёвое. Однако решила не думать про стоимость блюд. Если мужчина хочет проявить щедрость, не стоит его переубеждать, пусть в этот вечер сорит деньгами, а дальше посмотрим.

Они отправились в один из дорогих ресторанов Москвы. Эла украдкой, а порой в открытую любовалась своим мужчиной и дарила ему улыбки. «Всё же он совершенно неотразим», — в сотый раз убеждалась она.

Лишь изредка Элу одолевали сомнения. А что, если бы она не вмешалась в его рутинную, унылую жизнь, что если бы не открыла ему свои чувства, он так бы и прозябал в тоскливом одиночестве? Ведь он любил Марину, и что-то подсказывало ей, что любит до сих пор. Такое чувство не проходит бесследно, лишь оседает горечью на дне души.

И тут же сквозь пласт сомнений пробивался голос разума: «Нет, то была не любовь, то была зависимость. Она сродни болезни, кошмарному сну! Любовь в созидании, в благодарении за взаимность. Что может быть хуже безответной любви? И пусть для него всё остаётся в прошлом! А у нас уже всё лучше, лучше, чем с ней!»

— О чём ты задумалась, милая? — Эдик протянул руку через стол и нежно пожал её ладонь.

— О нас, Эдик, конечно, о нас. — Эла чувствовала, как от его прикосновений к лицу приливает кровь и сладко ноет внизу живота.

Они заказали тельятелли с мясом камчатского краба и чёрной икрой, морских ежей и устриц.

— Что будете пить? — спросила официантка. — Могу порекомендовать белые вина: рислинг, просекко, шардоне, совиньон блан…

— Мне, пожалуйста, просекко, — выбрала Эла первое запомнившееся название итальянского игристого.

— Ну а мне водочки, — следом заказал Эдик. — Поедание сырой пищи иногда бывает непредсказуемым, — с улыбкой пояснил он.

Официантка, молодая смазливая девушка, аккуратно причёсанная, в голубом форменном платье, мило улыбнулась, не сводя внимательных глаз с Эдика. Его улыбка сделалась теплее. Официантка кивнула и удалилась, плавно покачивая бёдрами. Эдик проводил её взглядом и поиграл бровями.

— А здесь довольно мило, — как бы между прочим сказал он.

— Хм, — Эла посерьёзнела, решив поиграть в ревность, — и что это сейчас было?

— О чём, ты, любимая? — воскликнул Эдик в наигранном недоумении.

— Так, ни о чём, — прищурилась Эла, подперев ладонью щёку.

«Видно, и в нём проснулось то самое, мужское, желание нравиться и покорять. И в этом моя и только моя заслуга!»

* * *

Эла быстро нашла кафе, в котором они с Ларисой назначили встречу. Подруга поджидала её за столиком у окна и потягивала мохито.

— Чудесно выглядишь! — воскликнула она вместо приветствия.

— Завидуй молча, дорогая, — Эла изящно присела за столик напротив Ларисы. — Только не вздумай прибедняться, ты и сама выглядишь не хуже!

— О да, я стараюсь, хотя это так не просто, последние события совершенно выбивают из колеи.

— Случилось что-то?

— Ну… не хотелось говорить по телефону, — скуксилась подруга.

— Опять проблемы с любовником?

— Я бы сказала, с бывшим любовником. Я окончательно решила порвать с Валериком Георгиевичем, окончательно и бесповоротно. Надоели эти завтраки и обещания. Тут ещё и ситуация такая вышла, — Лариска озадаченно поджала губы. — Я ведь ребёночка хотела родить, пора бы уже. Валерик лучше всего подходит на роль отца, состоятельный и не жадный, но, видно, я где-то сболтнула лишнего. В общем, кто-то донёс его жене о моих планах, и она решила устроить мне очную ставку.

— Ужас-то какой, — скептически усмехнулась Эла. — Сколько вы с ним встречаетесь? Лет пять? Удивительно, что раньше не донесли.

— В том-то и дело, что она знала о нас давно, представляешь? — фыркнула Лариса. — Неприятная особа. Располневшая, но ухоженная сука, из неё высокомерие так и прёт. Наблюдала за нами молча, пока не узнала о моих планах. Сказала, что знает всех любовниц своего мужа чуть ли не лично, и что я далеко не первая наездница. Да-да, так и сказала. И что продолжения романа не будет. А если ребёнок всё же появится, то я ничего не получу.

— А Валерий что?

— Да что он? Сразу стал примерным семьянином, предложил разбежаться на время. Нет, ну ты представляешь, каков козёл?

— А чего ты ожидала? Не ушёл бы он никогда от жены, все эти обещания для отвода глаз.

— Эх… Выпить, что ли, с горя? — тяжко вздохнула Лариса.

— Ну с какого горя, бедовая ты моя? Радуйся, что всё именно так и закончилось. Могло бы быть гораздо хуже. Ты молода и красива, встретишь ещё свою любовь.

— Ага, много ты встретила, молодая и красивая.

Эла опустила ресницы, с трудом сдержав улыбку. Её так и распирало от желания поделиться с Ларисой. Да и сколько можно скрывать?

— Я так и знала,