Тени столь жестокие - Лив Зандер

безжалостно впитывал каждую каплю влаги с моей пылающей плоти, исследуя каждый дюйм меня и обводя языком самые интимные места в неустанном стремлении поглотить их целиком. Мое тело дрожало и извивалось, мои руки вытаскивали пряди из его узла на макушке, пока я преодолевала последствия оргазма. Я стонала и задыхалась, пока он послушно продолжал впитывать в себя каждую каплю страсти. Насытившись, он прижался лицом к моему животу, прежде чем проложить дорожку из поцелуев вверх по телу, втискиваясь между моих бедер.

— Попробуй.

Его шепот сорвался на мои губы, прежде чем наши рты соединились в поцелуи, его язык вторгся внутрь, принося с собой сладковато-солоноватый привкус.

— Вот какая ты на вкус, когда кончаешь на мой член. Вкусная. Но не способна к зачатию, так что нам даже не нужно быть осторожными. — Он застонал мне в рот во время очередного поцелуя, руки запутались в моих волосах, когда он снова вошел в меня. Кожа бриджей, все еще обтягивавшая его бедра, хлопнула по моим. Я обняла его, проведя ладонями по подвижным мышцам ягодиц, напрягшихся от этого прикосновения.

— Твоя рубашка. Сними ее. Я хочу прикоснуться к тебе.

— Я сделаю все, чего ты хочешь, Галантия, — он потянулся за спину, схватил белую хлопковую ткань и поспешно стянул ее через голову. — Прикоснись ко мне. Я весь твой.

Весь мой.

Пока его рот пожирал мой, я провела руками по мускулам, обвивавшим его грудную клетку, вдыхая мужской запах кожи и пота. Мощные плечи, сильные руки, что не раз вырывали меня из опасности. Он был идеально сложен, сплошные мускулы и плотная мощь, одна сторона тела красива, другая — изуродована.

Именно изуродованная сторона мне нравилась больше всего.

Сломленная, как и я.

Я сосредоточила прикосновения там, отмечая каждую неровность, целуя каждую впадинку, до которой дотягивались губы. Именно там мы пересекались, между нашими шрамами — голые, уязвимые, без всякой лжи. Это делало нас настоящими, чувства между нами осязаемыми, так, как ни одна маска, ни одно притворство не могли бы.

Себиан проникал в меня сильнее с каждым поцелуем. Его потеря контроля была афродизиаком, заставляя меня поднимать бёдра навстречу удар за ударом, тереться клитором о натренированные мышцы его тела. Я снова была на грани оргазма, тело начинало сжиматься и напрягаться вокруг него.

Себиан, должно быть, почувствовал перемену, потому что внезапно замедлил толчки и нежно поцеловал меня в лоб.

— Отпусти себя, милая, — прошептал он на кожу. Бёдра двигались в ленивых, неторопливых волнах. — Я тебя поймаю.

Напряжение, копившееся во мне, начало таять под мягким темпом Себиана. Я расслабилась, покачиваясь в такт его движениям. Удовольствие омывало меня волнами, проходя через конечности и пробегая по коже дрожью. Когда наступил оргазм, он накрыл меня мягко, но полностью.

— Я кончаю, — прошептал Себиан, член его дергался внутри меня, он целовал меня медленно, изливая своё семя. — Ммм, почувствуй меня, милая. Черт, то, как твоя пизда сжимает мой член прямо сейчас…

Когда напряжение ослабло, я глубоко и медленно вдохнула.

— Это было прекрасно.

— Было, — пробормотал он, перекатываясь на спину и увлекая меня с собой, сильно прижимая, пока я не устроилась головой на его груди. Он схватил ближайшее одеяло и накрыл нас. Под ним он продолжал массировать мои мышцы, иногда целуя волосы.

— Но чего-то не хватает, — добавил он.

Я посмотрела на него.

— Чего?

На губах сыграла усмешка.

— Положи свои холодные маленькие пальчики под мою икру.

Это вызвало у меня тихий смешок, и я сдвинулась, чтобы сделать именно так.

— Лучше?

— Угу. — Он ещё раз поцеловал меня в голову, затем сложил одну руку под голову, а другой крепко обнял меня под тёплым плотным одеялом. — Я люблю тебя.

— Ммм, — я промурлыкала, прижимаясь к его груди, — я тоже тебя люблю.

Глава 23



Малир

Наши дни, роща

Любовь.

Я ударился затылком о ствол дерева рядом с шатром Галантии, челюсти ныли от того, как сильно я скалил зубы в беззвучном крике на полную луну. Нет нужды выдавать своё присутствие. Какое я имел право рушить этот миг, когда они наслаждались тем, что по праву заслужили? Никакого.

— Тебе тепло? — голос Себиана приглушённо донёсся сквозь теневую ткань.

Галантия ответила вздохом.

Невинный маленький звук, полный спокойного блаженства и довольного умиротворения. Звук, которого я никогда не слышал с её губ, не зная, как его взрастить, потому что я был так… блядски… сломан.

Тьма зашевелилась в самой глубине моего дара.

Царапая. Скребя.

Пальцы сжались вокруг переплетённых голубых лент, покоящихся в моей ладони, пока вшитые в них осколки аэримеля не рассекли кожу. Капли крови потекли тёплыми дорожками по костяшкам. Мне нужно было убраться отсюда нахрен.

Я отвернулся от шатра Галантии, поспешные шаги увели меня меж деревьев к бурлящей реке. Добравшись до берега, я скользнул взглядом по пенящейся воде и отступил на три предосторожных шага назад.

На поверхности корчились тени, тонкие щупальца цеплялись за каменистую почву по обе стороны, сопротивляясь течению, что грозило смыть их прочь. Взгляд скользнул к мёртвым, искривлённым елям на противоположном берегу. Они ведь не были мертвы в прошлый раз, когда я прилетал сюда?

Может быть. А может, и нет.

Сложно помнить, учитывая, что мы поднимались в Вайрию всего лишь… сколько? Раз в год? Сплошная потеря времени. Я не видел храм, даже его крышу, уже десяток лет, весь Вальтарис спал под тенями, окончательно беспощадными. И завтра я его не увижу.

Позади раздался тихий хруст снега, вырвав меня из тягостных мыслей. Я обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как из-за деревьев выходит Галантия, её хрупкая фигура небрежно укутана в одеяло. Она резко застыла, когда наши взгляды встретились, и в свете луны её лицо осветила тень ужаса, может, даже страха.

Это опозорило меня.

Это возбудило меня.

Я полностью развернулся к ней, и одно лишь это движение заставило её ступню слегка податься назад.

— Что ты здесь делаешь?

— Я… мне нужно было облегчиться, а в этом месте вроде никого не было.

Большой палец скользнул по пропитанному кровью шёлку браслета. Зачем я его сделал? Чтобы протянуть ей и сказать: извини, что я изнасиловал тебя, пытаясь насильно навязать нашу связь, так вот тебе подарок на ухаживание?

Я хрипло усмехнулся.

Блядь, какой же я жалкий.

— Мы избегаем реки, — сказал я. — Вода заражена тенями.

Её взгляд скользнул вверх по течению, пока она размышляла.

— Исходит из Вальтариса.

Мышцы, почти забытые за ненадобностью, дрогнули на щеках, слишком атрофированные, чтобы сложиться в