Предатель. Сердце за любовь - Лия Латте

Одиннадцать ноль пять.

Ее все еще не было. Я нахмурился. Странно. Наталья была невероятно пунктуальной. А сегодня, в такой важный для нас день, она бы не опоздала ни на минуту. Сердце, до этого момента бившееся ровно и счастливо, вдруг пропустило удар, оставив после себя неприятное, холодное предчувствие.

Я достал телефон, набрал ее номер. Длинные, мучительные гудки. Никто не отвечал. Я набрал еще раз. И еще. Тишина.

Тревога нарастала, превращаясь в липкий, удушающий страх. Что-то случилось. Я это чувствовал каждой своей клеткой.

— Андрей, — я набрал номер своего водителя и помощника. — Мне нужна информация. Немедленно. Такси, которое забирало Наталью Сергеевну из моего дома сегодня утром. Номер машины, имя водителя, точное время прибытия в клинику. У тебя пять минут.

Андрей был лучшим. Через три минуты он перезвонил.

— Марк Семенович, машина номер триста сорок два, водитель Петров. Подтвердил, что высадил Наталью Сергеевну у главного входа ровно в десять пятьдесят.

Десять пятьдесят. Двадцать минут назад. Она была здесь. Но до меня не дошла.

— Службу безопасности. Мне нужен доступ к камерам наблюдения на центральной парковке за последние полчаса, — отчеканил я в трубку, уже не идя, а почти бегом направляясь в пост охраны.

Начальник службы безопасности, увидев меня, вытянулся в струнку. Через минуту я уже смотрел на зернистое изображение на мониторе. Вот подъезжает такси. Вот из него выходит она – моя Наталья. В своих джинсах, в этом уютном свитере, даже через экран такая красивая. Она оглядывается, ищет меня. И в этот момент…

Я видел, как из старой, потрепанной машины, стоящей поодаль, выходит он. Игорь. Видел, как он подходит к ней, как что-то говорит, как хватает ее за руку. Видел, как она пытается вырваться. Видел, как он силой заталкивает ее в свою машину. И как эта машина срывается с места, увозя ее в неизвестность.

Кровь застыла у меня в жилах. Ярость, слепая, первобытная, смешанная с таким всепоглощающим страхом за нее, какого я не испытывал никогда в жизни, ударила в голову. Я сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.

Стас? Но зачем?

Пальцы сами набрали его номер.

— Да, братишка, — голос Стаса на том конце провода звучал, как всегда, лениво и самодовольно. — Чем обязан?

— Где она, Стас? — прорычал я в трубку, едва сдерживая желание разбить телефон о стену. — Где Наталья?! Я предупреждал тебя не трогать ее!

— О чем ты, Марк? Какая Наталья? — в его голосе прозвучало неподдельное удивление.

— Не притворяйся, ублюдок! — заорал я, уже не контролируя себя. — Твой ручной песик Игорь только что похитил ее прямо с парковки клиники! Это твой план?! Решил сыграть по-крупному?! Мы так не договаривались!

На том конце провода на несколько секунд повисла тишина.

— Похитил? — голос Стаса изменился, в нем исчезла всякая игривость, появились нотки тревоги и… растерянности? — Марк, я… я не в курсе. Честное слово. Я просил его надавить на нее, подать в суд, устроить скандал… Все, что угодно, чтобы ты мог выступить в роли защитника. Но похищение… Я не думал, что этот идиот на такое способен. Мы так не договаривались, Марк. Это уже не игра.

Я слушал его и понимал, что он не врет. Он был моим союзником в этой сложной игре, он помогал мне, создавая проблемы, которые я должен был героически решать на глазах у Натальи. Но он не был чудовищем. А вот Игорь… Игорь, доведенный до отчаяния, униженный, лишенный всего, оказался неуправляемой, бешеной собакой, сорвавшейся с поводка.

И эта собака сейчас была с моей женщиной. С моей Натальей.

Страх сменился ледяной, звенящей пустотой. Все мои планы, все мои сложные схемы, вся моя игра – все это потеряло всякий смысл. Осталось только одно. Найти ее. Спасти. Любой ценой.

Глава 47: В логове зверя

Я очнулась от резкой, пульсирующей боли в затылке и запаха сырости и гнили. В глазах все еще плыло, но постепенно контуры окружающего мира начали проступать из темноты. Старые, ободранные обои, грязный, дощатый пол, заколоченное досками окно, сквозь щели которого пробивался тусклый дневной свет. Я лежала на каком-то вонючем, комковатом матрасе, брошенном прямо на пол.

Где я?

Память вернулась внезапно, как удар под дых. Парковка. Игорь. Его безумные, налитые кровью глаза. Его грубая хватка. Машина, с визгом уносящая меня в неизвестность.

Паника ледяной волной накрыла меня. Я резко села, оглядываясь. Я была одна в этой заброшенной, холодной комнате. Дверь, старая и рассохшаяся, была подперта снаружи чем-то тяжелым. Я бросилась к ней, начала дергать, бить кулаками, но все было тщетно.

— Эй! Выпустите меня! Игорь! Ты слышишь меня, придурок?!

В ответ – тишина. Только завывание ветра где-то под крышей.

Максим.

Мысль о сыне пронзила меня острой болью, заставив забыть о собственном страхе. Он ждет меня. Он ждет нас с Марком. Он думает, что сегодня мы заберем его домой. В его новую комнату, с кроватью-машиной и велосипедом. А вместо этого…

Слезы отчаяния и ярости хлынули из глаз. Как он мог? Как это ничтожество посмело разрушить самый счастливый день в нашей жизни?

Дверь заскрипела, и в комнату, пошатываясь, вошел Игорь. В руке он держал бутылку с какой-то мутной жидкостью, от него несло перегаром и немытым телом.

— О, проснулась, моя королева? — он криво усмехнулся, его взгляд был мутным, но злым. — Как тебе наши новые апартаменты? Не так шикарно, как у твоего хахаля, конечно, но для такой сучки, как ты, в самый раз.

— Что тебе нужно, Игорь? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более ровно и холодно. Я не доставлю ему удовольствия видеть мой страх.

— Что мне нужно? — он рассмеялся, и этот смех был похож на лай больной собаки. — Мне нужны деньги, Наташенька. Много денег. Думала, я позволю вам жить припеваючи, пока я тут гнию в нищете?

— У меня нет никаких денег, Игорь. Ты все забрал. Все, что было у нас, все, что мы копили на операцию Максима. И ты ничего не вернул, несмотря на решение суда.

— И не верну! — он сделал шаг ко мне, и я инстинктивно отползла к стене. — И не ври мне, что денег нет