В это время завтра - Тесса Бейли

Элиас пошевелился на своем месте, и по её руке пробежала дрожь. Напротив нее Такер стал нехарактерно тихим, затушив сигару в пепельнице. Роб уделял больше внимания игрокам, чем картам — что было бы разумной стратегией, если бы не стиснутые челюсти и капли пота на линии роста волос; его напряжение было очевидным, и ей это не нравилось. Отчаянная энергия медленно опутывала каждого, и чем сильнее она становилась, тем больше Роксана была благодарна за то, что на нее не подействовало зелье.

Какова бы ни была мотивация Элиаса выпить ее рюмку, он дал ей преимущество ясного разума, и она не собиралась его упускать.

Она была на позиции большого блайнда, поэтому, проверив карты — туз и девятка — она стала ждать, пока остальные игроки сделают ход: уравняют или поднимут ставку. Первый из близнецов-фей с рычанием сбросил карты. Такер уравнял. Роб поднял ставку, учетверив сумму большого блайнда.

Второй близнец-фея пошел ва-банк.

Вытирая пот взволнованной рукой, Роб толкнул все свои фишки в банк: — Уравниваю. Я ва-банк.

На пятой раздаче за вечер?

Козетта хихикнула со своего места у бара, помешивая напиток персикового цвета: — Думаю, зелье все-таки начинает действовать. Жадность уже проявляется, дорогуша.

— Да, это так, — промурлыкал хозяин дома. — Ваш ход, Элиас.

— Пас, — хрипло ответил он, сдвигая карты дилеру.

Роксана тоже сбросила карты, более чем счастливая потерять свою небольшую ставку, лишь бы увидеть, как кто-то из остальных рискует своим местом за столом и в конечном итоге вылетает из игры.

Роб перевернул свои карты. Пара двоек. Второй близнец-фея улюлюкал, срывая бейсболку и обнажая огромные черты лица, очень похожие на лицо Козетты. Он вскочил на ноги и перевернул пару десяток.

— Десятки имеют преимущество. Пока что. Случиться может всякое, — хозяин дома выложил флоп: 7, валет, 4. Терн — дама.

Дилер наслаждался предвкушением последней карты, все, включая Роксану, подались вперед, чтобы увидеть, что это будет.

Двойка бубен.

— Нет! — взревел второй близнец-фея, и сила его крика ударила Роксану по плечам. — Нет, к черту это. Прогорел на ривере? У меня была лучшая комбинация! — Он развернулся, начал мерить комнату шагами, а потом вернулся, яростно жестикулируя. — Тебе просто повезло, сукин сын.

— Смирись. Ты проиграл, — Роб сгреб фишки. — Забирай свое дерьмо и уматывай.

— Это решать мне, — мягко сказал хозяин дома, склонив голову набок, глядя на фею. — Забирай свое дерьмо и уходи.

Рябь света пробежала по выпученным глазам феи.

Это было воображение Роксаны, или Элиас действительно пододвинул свой стул ближе к ее?

Поскольку рюкзак остался наверху, ее пальцы зудели, желая иметь наготове осиновый кол. Ни один из мужчин, позирующих друг перед другом за покерным столом, не был вампиром, но это все равно было ее любимое оружие.

В подвале прошло целых десять секунд в полной тишине и без единого движения, пока Козетта не рассмеялась у бара — и в этот момент фея бросилась к конверту в центре стола. Роб зарычал и прыгнул на зеленое сукно, схватив фею за предплечье и — вонзив зубы, как собака в кость.

Под столом Элиас положил защищающую руку на ее бедро. Как будто говоря: Я прикрою тебя.

Все ниже пупка у нее растаяло и сжалось, жар поднялся по телу, заставляя соски затвердеть. Его пряный запах хвои завел ее, как часы, каждая точка пульсации начала тикать, тикать, тикать. И все же она сбросила его руку, сбитая с толку его присутствием здесь и злясь на то, что он скрыл от нее свое участие в игре. Черт, может, она просто злилась, что одно прикосновение его руки заставило ее забыть, кто она такая. И за что она борется.

Роксана повернулась, чтобы наградить его суровым взглядом —

— Что… — прошептала она вместо этого, ее мышцы напряглись.

Глаза Элиаса были черными — и прикованы к ее шее. Рот был приоткрыт ровно настолько, чтобы показать кончики клыков, его соблазнительная энергия затягивала ее глубоко в плотный, размытый водоворот нужды.

Боже мой. Что происходит?

Ее внимание отвлеклось, когда фея ударила Роба кулаком по затылку. Тем не менее, Роб, глаза которого были одержимы, не отпускал его. Дуга темно-синей крови брызнула на сукно, но фея все еще держался за брачный указ. Поверх всей этой возни Роксана видела Такера, откинувшегося на спинку стула и наблюдающего за дракой с непринужденным видом.

— Дорогуша, — позвала Козетта. — Это становится скучно.

— Согласен, — хозяин дома выхватил пистолет из незамеченной ранее кобуры на щиколотке, прицелился и выстрелил в обоих мужчин. Элиас бросился перед Роксаной, используя свое тело, чтобы откатить ее стул назад через всю комнату — и в мгновение ока рядом оказался Такер, также используя свое широкое тело, чтобы закрыть ее. Но не раньше, чем она увидела, как оба сражающихся мужчины обмякли в смертных позах прямо посреди покерного стола.

— Жизнь ебет меня, — пробормотала Роксана.

— Что ж, — убийца-дилер выстрелил в потолок, осыпая мертвую пару штукатуркой. — Отличное начало. — Он одарил оставшихся гостей зубастой улыбкой. — Как вы смотрите на небольшой перерыв, пока мы приберем этот беспорядок?

Роксана сделала резкий выпад назад и бросилась вверх по лестнице. — Не теряй самообладания, — приказала она себе запыленным шепотом. — Они знали, во что ввязываются, и ты тоже.

На вершине лестницы ее охватила новая волна тревоги, когда она обнаружила, что ее рюкзака с оружием нет там, где она его оставила. Пропал. Она не могла решить, в какую сторону идти на поиски. Но ей нужно было куда-то деться, остаться одной, взять шок под контроль. С каких пор она позволяет небольшой смерти и крови отвлечь ее от достижения цели?

С тех пор, как ты поехала в Нью-Йорк, — прошептал голос в глубине ее головы.

Лучшим вопросом было: когда она в последний раз достигала цели, которую перед собой ставила?

Она прижала руку ко рту, как будто пытаясь удержать правду, и побежала вверх по роскошной лестнице, ведущей на второй этаж. Прежде чем она успела завернуть за угол к следующему пролету, она услышала, что он идет.

Элиас. Его присутствие в мраморном фойе внизу было подобно взрыву динамита. Роксана замедлила бег и увидела, как он мчится за ней, его шаги были длинными и целеустремленными. Такер встал у него на пути и положил руку на грудь, сказав ему что-то, чего Роксана не расслышала, но