Чужая невеста для босса - Арина Арская

Стою за стволом тополя и переносицу массирую. Я же взрослый мужик, а мама решила влезть в мою личную жизнь и еще отца втянула в этот бардак с пьяными и неадекватными девицами. И почему он пошел у нее на поводу? Что это за смотрины невесты тайком под покровом позднего вечера? И не сыч я. Возмутительно.

— Свадьбы не будет, — тихо и со злой обидой говорит Ди в спину мамы, — он отстал. Ушел. Вот пусть и катится колбаской.

Что я тут вообще делаю? Я как подросток, прячусь по кустам, подглядываю и злюсь. Чего злюсь-то? Потому что капризная, неуравновешенная истеричка отказалась от фальшивой свадьбы?

Или потому что родители не высказали своего слова против Дианы? Пьяной вдрызг! Икающей, едва стоящей на ногах, хихикающей и упрямой, как ослица. Да она должна была мигом протрезветь перед отцом, от которого я ждал справедливых возмущений, но нет. Он расхохотался и заявил, что мне будет сложно. Да мне и сейчас не просто.

— Ева, подожди, — Ди сгибается, оперевшись ладонями о колени и тяжело выдыхает, — что-то я, кажется, перепила. Сыр и оливки просятся наружу.

— Да мы двух бутылок еще не выпили, — возмущенно оглядывается Ева. — А разбитое сердце лечится как минимум тремя бутылками.

— Да не разбивал мне никто сердце, — садится на скамью, а затем ложится, складывая руки на груди, — от мужиков столько проблем… Я же без них спокойно жила.

— Слушай, — Ева наклоняется к Диане, — полетели в Турцию, а? У мамки подруга работает в турагентстве и сделает скидку.

Да, с такими подругами мне и врагов не надо. Реально на мамину Машку смахивает. Такая же пронырливая и наглая стерва, которая вечно крутится вокруг с гениальными идеями.

— На недельку, — Ева шмыгает и за плечо дергает Диану. — Ди, на недельку с “всё включено”. Ди, в Турции много котов.

А еще там много турков, которые непрочь русских туристок в кровать затащить. Выйти из тени и рявкнуть, что никакой им Турции? А есть ли у меня на это право? Я Диане никто. Я себя даже любовником бы не назвал.

— Котов? — Диана приподнимается на локтях.

— Да, в Турции любят котов. Там есть кошачья деревня и можно дом снять с несколькими котами, — заговорщически шепчет Ева. — Или даже котятами.

— Котятами, — пьяно тянет Диана. — Я сколько котят можно взять в аренду?

— Да хоть десяток. Полетели?

Диана молчит, а я весь настороже и напряжен. Она обязана отказать.

— Ты ведь по клубам опять будешь шляться, да? — тихо и с подозрением спрашивает Диана. — И меня уговоришь, а я на пляж ночью сорвусь, да?

— Может, тебе хоть с турком повезет, — Ева хихикает, а потом вздыхает, — нет, в этот раз я с мамой. Она меня упрашивала долго, я отказывалась, потому что одна с ней свихнусь, а так мы с ней вдвоем справимся.

— Пусть с отцом…

— А папка на рыбалку собрался. Обиделся, потому что без меня мама никуда не полетит, ей страшно, и его рыбалка медным тазом накрылась. Полетели, а? Позагораем, котиков потискаем.

Вот же сучка. Знает на что давить, и веры у меня к Еве нет никакой. Чую в ее голосе сладкую ложь, чтобы спровоцировать Диану на глупости.

— А полетели, — Ди решительно встает и сжимает кулаки, — я заслужила отдых и котов!

— Определенно! — кивает Ева и уводит восторженную и невероятно наивную Диану прочь. — Отдохнем, косточки поджарим и бикини новыми похвастаемся.

— Блин! Надо тогда купальник купить!

Диана заходит в подъезд, и тут Ева оглядывается. С оскалом ненависти вскидывает руку с поднятым средним пальцем в мою сторону и захлопывает дверь. Ах ты, падаль! Пьяная, а глазастая и внимательная, как разведчик. Папа прав, Ева будет куда хуже тети Маши. Тетя Маша по сравнению с Евой ангелочек, а эта сука точно приходится родственницей демону коварства. Она скормит Диану какому-нибудь турку и выдаст ее за него замуж. Все так и подстроит.

Тетя Маша однажды дала мне совет дружить с подругами будущей жены. Да и отец пусть и бурчит, но не запрещает маме общаться с Машей и нет-нет, но организует общие застолья и даже подарки на день рождения дорогие дарит, поэтому их вялотекущая вражда не переходит рамки открытой конфронтации и попыток настроить подругу против мужа.

— Вот сука, — я бью кулаком по стволу тополя и шагаю среди черных теней.

Я против того, чтобы Диана кинулась в объятия другого мужика в отпуске, а она сейчас в стрессе и истерике. Лакомый кусочек для горячего и страстного турка, который найдет подход к девице, у которой жених оказался куском говна. И я сейчас про Вову, который сидит на качелях в соседнем дворе и начитывает гневные сообщения на телефон:

— Ненавижу тебя! Я же даю тебе шанс вернуться ко мне, тупая ты дрянь!

Я бесшумно подхожу к нему и щелкаю по лбу. С презрением и отвращением. Поднимает взгляд и заваливается с криком назад. Падает на песок и отползает, жалобно всхлипывая.

— И что ты тут потерял? — задаю тихий и клокочущий злобой вопрос.

— Я… я… я просто мимо проходил и… уже ухожу… Ухожу, Марк…

— Вова, — я делаю к нему шаг. — Как тебе вариант со сломанной челюстью и выбитыми зубами?

— Не очень…

— А мне, сука, не очень, — наклоняюсь к нему и вглядываюсь в бледное лицо, — что ты ошиваешься возле дома моей женщины, — подцепив пальцами край пластыря на его лице, резко срываю под его визг. — Оставь ее в покое.

Переворачивается на живот, встает на четвереньки и с криками о помощи ползет прочь. Поднимается и убегает. Не замечает на пути низкую скамью, спотыкается и валится в кусты шиповника.

— Сука! Ааа-ааааа-аааааа! — крик Вовы летит в ночное небо песней отчаяния, а потом он всхлипывает в кустах и затихает.

— Ты там живой?

— Живой.

— Повторяю, оставь Диану в покое.

— А она мне так в задницу