Служанка в высшем свете - Элизабет Роллз

Верити коротко улыбнулась. Ричарду.

— Я вас сейчас покину. Вам есть о чем поговорить. До свидания, милорд. — Она направилась к выходу, а он только и смог, что открыть перед ней дверь.

Ничего не изменилось. Верити по-прежнему держала его на расстоянии, за ледяной стеной. Он повернулся к брату и сказал:

— Уимборн прислал записку. Встреча с Фарингдоном назначена сегодня в Линкольнз-Инн.

По крайней мере, он может попытаться восстановить ее наследство — даже если больше ничего не может.

Покидая гостиную, Верити высоко держала голову; определенно пора было бежать в Грин-парк. Она напомнила себе, что нужно подняться наверх и захватить манто и книгу. А потом спуститься в прихожую.

Как раз когда она открывала парадную дверь, за ее спиной раздался возмущенный голос:

— Куда это вы направляетесь, черт побери?

Мысленно вооружившись, она повернулась и посмотрела в лицо своему мужу.

— На прогулку, — ответила она. — В Грин-парк.

— В Грин-парк? — недоуменно переспросил Макс. — Почему туда? Это вовсе не место для светских прогулок.

— Да, — согласилась она. — Но там коровы гораздо приятнее. — И, не дожидаясь, когда он осмыслит ее слова, выскользнула в дверь и захлопнула ее за собой.

Макс целую минуту смотрел на закрытую дверь, не в силах поверить, что она имела в виду именно то, что имела. Там коровы гораздо приятнее, чем… где? Он ухмыльнулся. Коровы в Гайд-парке? Тамошние коровы носили ридикюли и зонтики вместо рогов и хвостов. Не может быть, что она хотела сказать именно это! А вдруг?..

Вернувшись в библиотеку, он выставил спаниелей, уселся за стол и принялся бесцельно пересматривать проклятые копии всех документов, которые Уимборн представил ему для подготовки к встрече.

К тому времени, как Верити добралась до Грин-парка, она поняла, что должна ускорить завершение своего плана, пока доброта Макса не лишила ее решимости.

Она выпустила книгу и слегка вздрогнула. Из всех мужчин, которых она встречала, оказавшись в Лондоне, лорд Брейбрук, по ее мнению, наиболее подходил для ее целей.

И как далеко она должна зайти, чтобы убедить Макса, что сплетни Альмерии соответствуют истине? Достаточно одного впечатления.

Мысли ее смешались, и она подобрала свою книжку. Надо просто аккуратнее… Ох! Что-то сильно ударило ее в живот. Вновь уронив книжку, она согнулась пополам, пытаясь вздохнуть.

— Ох ты, беда! Вы в порядке, мэм? Джордж! Дурень полоумный! Ты же по ней попал!

Второй мальчишка подбежал и присоединился к своему веснушчатому товарищу, склонившемуся над Верити.

— Я не виноват! Это ты прозевал! Что ж ты не поймал эту чертову штуку? — Джордж осторожно нагнулся и извлек крикетный мяч из складок ее платья. — Я это заберу, ладно?

Говорить Верити еще не могла, но внутри ее сквозь боль родился смех. Она слабо махнула рукой в знак согласия.

— Может, вам лимонаду принести, мэм? — тревожно спросил первый мальчишка. — У нас его полно. И кексы, и яблоки.

— Я бы выпила лимонада, если у вас его много, — улыбнулась она. — И меня зовут Верити. Верити… Блейкхерст, а не мэм.

Кексы с изюмом и яблоки обещали настоящий пир после завтрака, состоящего из сухого тоста — это было единственное, что она могла проглотить утром.

Оба мальчика широко улыбнулись ей в ответ. Джордж заговорил:

— Я Джордж Кранмор, а это мой брат Бен. Мне ужасно жаль, что я вас стукнул. Вы уверены, что с вами все в порядке?

— Абсолютно, — ответила Верити, борясь с желанием потереть то место, на котором вскоре, несомненно, появится внушительный синяк.

— Это такая морока, когда играешь только вдвоем, — пожаловался Бен. — Один должен подавать, второй отбивает, а за полевого игрока никого нет. А у Джорджа классный удар. Ну это если он по пузу не попадает. Но это все равно лучше, чем если бы он попал в нос или в зубы.

— Кончай трепаться, Бен, и тащи лимонад, — скомандовал Джордж. — И все остальное захвати.

К тому времени, как яблоки и кексы, скрупулезно поделенные мальчиками на троих, были запиты отличным лимонадом, Верити знала, что их отец — врач, практикующий на Харли-стрит, и что у них есть еще младший брат и крошка сестра.

Очарованная их дружеской щедростью, Верити вызвалась поиграть с ними в качестве полевого игрока. Мальчишки застыли.

Джордж проглотил слюну.

— А вы… вы точно можете? То есть девчонки обычно не играют в крикет…

— Мама играла, — возразил Бен. — Пока не стала ждать ребенка. — Он повернулся к Верити: — Вы ведь не ждете ребенка? — Его невинная заботливость лишила вопрос и намека на оскорбление.

Его старший брат вспыхнул:

— Заткнись, трепло! Такие вопросы нельзя задавать леди!

Верити серьезно покачала головой, оттолкнув от себя болезненную зависть к неведомой миссис Кранмор, испытывающей радость и гордость, которых навсегда должна быть лишена сама Верити.

Спустя два часа она покинула компанию Кранморов, пообещав вернуться на следующий день и подобрать другое платье.

— Это такое красивое, — вздохнул Бен, хмуро разглядывая порванную оборку, — но вам будет лучше бегать, если вы не будете постоянно цепляться за что-нибудь юбками.