Грешная женщина - Дениза Иган

С тоской провожая глазами яхту, Уорд спросил:

– Когда ты в последний раз брал отпуск?

– Ну как же, в ноябре!

Уорд давным-давно понял, что хорошо отдохнувший работник будет трудиться намного лучше, чем тот, кто постоянно плывет под всеми парусами. Он настоял на оплачиваемом отпуске для всех – некоторые его партнеры считали, что это безумие, но, с другой стороны, они не увеличивали свое состояние в десять раз.

– А я брал отпуск только однажды. С Морган.

– Разве ты не ездил в Англию? С Хатауэем и Хантингтоном?

– Там я занимался поставкой продовольствия для обратного плавания. Что-то вроде рабочего отпуска. – Он помолчал, сравнивая ночи, проведенные в кутеже с Эдом и Ро (или в спасении обоих из очередной заварушки), с отпуском в компании Морган. Это вообще несравнимо. Неужели любой отпуск, проведенный с женщиной, похож на этот?

На мгновение Уорд попробовал заменить Морган образом своей мифической жены, и его пробрало холодом чуть не до костей. И тогда решение, с которым он боролся последние несколько недель, приняло окончательную форму.

– Роб, ты сможешь найти для меня экземпляр «Книги пэров»? Кажется, она так называется – книга, в которой перечислены поместья и родословные английских аристократов.

– Английских аристократов?

Уорд неохотно оторвался от океана. Роб, растерянно наморщив лоб, сидел на стуле, держа в руках перо и внимательно глядя на Уорда.

Не обращая внимания на замешательство Роба, Уорд обдумывал разные варианты плана.

Следующие его слова непременно рассердят Роба, но в последнее время Уорд все больше убеждался, что идет верным курсом – прямо в северный шторм, чтобы избежать Южного урагана.

– Я тебе говорил, что отец Морган – граф?

– Что?!

– Граф Уэстборо. Семья от нее отреклась, но в ее жилах по-прежнему течет аристократическая кровь.

От недоверия Роб начал заикаться:

– Когда… когда ты узнал?

– Морган призналась мне несколько месяцев назад под… хм… нажимом, а надежный источник это подтвердил.

– Но, сэр… она… она ваша… о Господи! – прошептал Роб. На его лице, отражалась вея чудовищность ситуации. Он в ужасе потер лоб. – Что же она натворила, если от нее отреклись? Боже милостивый, Уорд, скажи, что не ты причина ее падения!

Сделав глубокий вдох, Уорд подошел к шкафчику, в углу и вынул оттуда бутылку, бренди и два бокала…

– К этому я не имею никакого отношения; Она сбежала с матросом.

– С матросом! Но ты говорил, она вышла замуж за Уэдерли?

– Да, после того, как умер Драмлин; Она считала, что матрос – ее единственная возможность избавиться от тирании отца. Из того, что она мне рассказывала, я понял, что он фанатично консервативен, – пояснил Уорд, наливая обоим.

Сделав пару глотков, Роб вновь обрел голос.

– Консерватор и тиран. Оба качества не очень подходят миссис Уэдерли, – сухо заметил он.

– Мягко сказано. Из того немногого, что я выяснил, Мать ничуть не лучше. Они не могли найти общий язык, и Морга вышла за Драмлина, а тот умер на борту «Морской, цыганки». Все в том же плавании она познакомилась с Уэдерли и в течение месяца вышла за него. Неплохая история, скажи, Роб?

– Так вот зачем тебе нужна «Книга пэров»… Собираешься написать графу? Сомневаюсь, сэр, – с кривой усмешкой добавил Роб, – что он захочет получить письмо от любовника своей дочери.

– А я сомневаюсь, – сказал Уорд, покручивая бокал с бренди, – что он вообще хочет что-нибудь обо мне услышать. Однако Морган скучает по брату, а я решил, – он сделал большой глоток, – привести всю ситуацию в нормальное русло, и не важно, что из этого выйдет. Я буду просить у лорда Уэстборо руки его дочери.

– О черт! – выругался Роб. Остальные его слова потонули в бренди, которое он допил в несколько глотков, вызвав у Уорда приступ мрачного веселья, смешанного с тревогой. Роб только первый в длинной череде потрясенных лиц. Уорд надеялся, что сумеет, приложив некоторые усилия и прибегнув к изящной лжи, погасить скандал. Возможно, Бостон умерит свое отвращение, вспомнив о долгих годах его тяжелой работы, благотворительности и пристойного поведения.

Через некоторое время Роб хрипло спросил:

– Ты твердо решил?

– Да.

Роб, успокаиваясь, сделал несколько вдохов и выдохов, а потом сказал:

– Она тебя очень любит.

Сердце Уорда подскочило.

– Правда? А ты откуда знаешь?

Роб пожал плечами:

– Трудно не заметить. У нее лицо светлеет всякий раз, как упоминается твое имя. А ты, Уорд? Ты разделяешь ее чувства?

Уорд улыбнулся, и в горле его встал комок.

– Да, Роб. Она для меня все.

Взгляд Роба потеплел.

– Вот в чем причина твоей рассеянности. Значит, – добавил он, вздохнув, – ты на ней женишься. Предчувствую, что впереди тебя ждут долгие трудные месяцы.

Уорд кинул на кузена пытливый взгляд:

– Что-то я не замечаю, чтобы ты сильно расстроился.

– Сложившаяся ситуация меня потрясла, поскольку обычно ты очень щепетилен во всех делах. Но несмотря на бурный темперамент миссис Уэдерли и ее запутанную историю, она проявляет изысканные манеры. Не сомневаюсь, что принадлежность к английской аристократии повысит ее привлекательность в глазах бостонцев. Проявив некоторую сдержанность, она сможет стать тебе хорошей женой. А уж если говорить всю правду, Уорд, то как бы ты ни старался, ты не испытывал длительной привязанности ни к одной женщине, хотя они и кидаются тебе на шею. Даже к Фрэн Шеридан.

Уорд улыбнулся:

– Кидаются мне на шею? Мне об этом ничего не известно.

– Мисс Кёртис буквально чахнет по тебе.

– Мисс Кёртис? Мы с ней просто друзья. У нас общие интересы – находить прибежище для нуждающихся ирландцев. А что до романтики, так она заигрывает с Лоджем.

Роб ухмыльнулся.

– Ты сделал Морган предложение?

– Она отказала мне.

– Боже милостивый, – устало вздохнул Роб. – Это невозможно.

– Ну, моему предложению не хватало восторженности. Она как раз сообщила мне о ребенке, и я был несколько сбит с курса. Надеюсь, что согласия отца хватит, чтобы убедить ее.

Роб наморщил лоб и неуверенно кивнул:

– Ну, ты знаешь ее лучше, чем я. Пиши свое письмо, я завтра я добуду тебе адрес лорда Уэстборо. А пока начну придумывать, как лучше представить всю эту ситуацию обществу.

Уорд криво усмехнулся: