Загадай желание! - Диана Фарр

Натали мучительно вспыхнула и отвернулась, скрывая ярость.

– Прекратите меня дразнить! – приказала она и с ужасом заметила, что голос ее дрожит. – Ради Бога, сэр, отойдите от меня! У вас ведь есть и другие гости, которых следует развлекать.

– Но никто из них мне так не интересен, как вы. Натали почувствовала, что задыхается от гнева.

– Перестаньте сейчас же! Вы все испортите. – Она сразу пожалела о своих словах, идущих из ее сердца, и, пытаясь исправить положение, проговорила, стараясь, чтобы голос ее звучал непринужденно: – Это ужасно, сэр, что вы делаете мне предложение несколько раз в неделю. Однако до сегодняшнего дня нам удавалось сохранять эту вашу странную привычку в тайне. Но если вы продолжите меня преследовать, я буду вынуждена лишить вас своей дружбы.

А этого ей хотелось меньше всего на свете. Хотя нет. Еще меньше ей хотелось выходить за него замуж без любви. Однако почему-то с каждым днем ей становилось все труднее об этом помнить.

Насмешливая ухмылка исчезла с лица Малкома, уступив Место сердитому взгляду. Нахмурив брови, он бросился в атаку:

– Черт побери, мисс Уиттакер, о чем вы беспокоитесь? Вашей репутации ничто не угрожает. Равно как и вашему положению в обществе. Вы даже не пожелали, чтобы я платил вам за вашу работу, так что официально вы считаетесь просто другом семьи. Так чего вы боитесь?

Перестав притворяться, Натали взглянула ему в глаза и решительно сказала:

– Неужели вы не понимаете, сэр, что я не смогу остаться вашим другом, если все будут считать, что вы за мной ухаживаете? Если вы будете преследовать меня, постоянно ловить мой взгляд, не давать мне проходу и вступать со мной в разговор при каждом удобном случае…

Малком спокойно ответил:

– Вы придаете слишком большое значение соблюдению внешних приличий. Все эти споры из-за пустяков и заламывание рук от отчаяния…

– Для меня это не пустяки!

– Простите, – коротко бросил он, – я не собирался смеяться над вашими чувствами. Я знаю, что в округе живет не так уж много людей, а в таких местах сплетни распространяются с невероятной скоростью. И я понимаю, что вам небезразлично, что эти люди о вас думают, ведь вы прожили здесь всю жизнь. Но я не могу беспокоиться по поводу того, что обо мне думают окружающие всякий раз, когда разговариваю с женщиной, вызвавшей мой интерес. Мне глубоко наплевать на то, что они будут обсуждать за чашкой утреннего чая. И откровенно говоря, мисс Уиттакер, вам на это тоже должно быть наплевать.

– Я не могу вам этого объяснить, – потупившись произнесла Натали, – но…

– Вы не можете этого объяснить, потому что это не имеет смысла. – Голос Малкома понизился до шепота. – Ради Бога, живите так, как подсказывает вам ваше сердце. Следуйте собственному выбору. Я знаю вас, Натали. Вы порядочная и добрая женщина. И те, кто считает иначе, либо злые, либо глупые люди. Неужели вам интересно их мнение? Ваши друзья никогда не станут думать о вас плохо. Ведь они знают, что вы хороший человек.

Натали покраснела от смущения. Он назвал ее по имени, однако сейчас не время было ругать его за это. В глубине души ей это было приятно и лестно. Он назвал ее порядочной и доброй, и она понимала, что навеки сохранит в памяти его слова. Долгими одинокими ночами они будут согревать ее сердце.

Пытаясь скрыть свои чувства, она отчеканила:

– Что бы вы ни говорили, существуют определенные правила. Незамужняя женщина должна вести себя вдвойне осторожно.

– Эти правила написаны для юных девушек, которыми каждый год пополняется ярмарка невест в высшем обществе. Вы женщина, а не безмозглая девчонка. Вы ведете себя настолько решительно в других жизненных ситуациях, что мне просто удивительно видеть, как вы подчиняетесь предписаниям, не имеющим к вам никакого отношения.

Натали попыталась улыбнуться.

– Это невежливо с вашей стороны указывать мне на то, что я уже не юная девушка, – прошептала она.

Малком насмешливо взглянул на нее:

– Думаю, это для вас не новость. Натали хмыкнула.

– Это верно, – призналась она. – Достигнув определенного возраста, незамужняя женщина перестает привлекать внимание к своей персоне и может вести себя так, как ей заблагорассудится. Наверное, многие вздохнули с облегчением, достигнув такого возраста. – Губы ее тронула легкая улыбка. – Но только не я.

Малком понимающе улыбнулся:

– Думаю, большинство женщин разделяют вашу точку зрения. Вряд ли кому-то приятно, когда им напоминают, что их юность осталась позади. Но вы еще совсем не старая.

– Благодарю вас, – нарочито вежливо поклонилась Натали, и губы Малкома вновь растянулись в ухмылке, свойственной лишь ему одному.

– Вам приятны мои слова? Черт побери, На… мисс Уиттакер, я никогда не умел это хорошо проделывать.

– Что «это»? – испуганно спросила Натали.

– Ну, ухаживать и всякое такое прочее, – смущенно признался он.

Глубоко вздохнув, Натали заявила:

– Вижу, вы меня не поняли. Еще раз попытаюсь вам объяснить. Лорд Малком, не нужно за мной ухаживать. Только не подумайте, что мне не нравится… гм… «всякое такое», – добавила она, передразнивая его, – но я никогда не выйду замуж без любви. Сколько раз говорить вам об этом?

На лице Малкома отразились злость и недоумение.

– Ну вот! – развел он руками. – Я опять взялся за старое! А ведь не собирался.

Восклицание его было настолько искренним, что Натали не выдержала и рассмеялась, но, тут же взяв себя в руки, сурово заявила:

– Совершенно верно. Я ведь вас уже предупреждала, что перестану с вами общаться, если вы будете так себя вести. Ну и что же мне с вами делать?

Малком неуверенно взглянул на нее.

– Ничего, – поспешно ответил он. – Забудьте, что я вам говорил. Пойдемте в зал, потанцуйте со мной.

– Нет, – решительно отказалась Натали. – Право, лорд Малком, это неприлично. Вы должны пригласить на следующий танец мисс Спайви.

Малком упрямо вскинул голову.

– А я хочу танцевать с вами! Повторяю, я затеял весь этот вечер лишь для того, чтобы с вами потанцевать. – Он подмигнул. – Правда я хитрый? Хотя для прикрытия мне пришлось пригласить наших соседей. И кормить всю эту ораву! Вы бы поразились, если бы узнали, сколько я заплатил за этих омаров. Сказать вам, сколько денег я потратил и какие мытарства претерпел? Наверняка вы бы сжалились над бедным человеком и потанцевали бы с ним.

Однако Натали даже не улыбнулась.

– Нет. Уходите, – сердито бросила она. – Сейчас начнется следующий танец, и вы должны кого-нибудь пригласить. Ради Бога, сэр, не забывайте о своих обязанностях хозяина!

Он попытался взять ее за руку и вытащить на середину зала, но Натали возмущенно вырвала ее и ударила Малкома по руке. Он рассмеялся. Ну как заставить его понять? С одной стороны, ей тоже хотелось посмеяться вместе с ним, а с другой – было стыдно за то, что она невольно очутилась в центре внимания.