Кекс на пляже - Анна Антонова

– Что? Куда? Можешь рассказать спокойно?

– Его в Америку пригласили, там в мюзикле играть!

– Да ты что!

– Ага. Он так понравился американцам…

– А ты что, не понравился, значит? – обиделась я.

– Надька, тебе не угодишь! Ты же хотела, чтобы я играл премьеру!

– Я хотела, чтобы главную роль.

– Ну извини!

– Да ты прав, это все ерунда, – торопливо заговорила я. – Круто, я тебя поздравляю! А…

«Лариска знает?» – хотела спросить я, но передумала. Ленечка ее не очень-то жалует, так что не будем лишний раз дразнить гусей. Прекрасно все узнаю у нее самой.

Нажав на отбой, я отложила мобильный, взялась за городской телефон и набрала Ларискин номер.

– Привет! Знаешь, что?..

– Знаю, – уныло отозвалась она. – Леха уезжает…

Мне вдруг стало неловко за свой ликующий голос, и я осторожно сказала:

– Ну не расстраивайся. Устроится, пришлет вам с Тимошкой приглашение, и тоже в Америку поедете!

– Ага, нам с Тимошкой! – горько проговорила она. – Да Леха о его существовании даже не подозревает!

– Ты что, ему не сказала? – поразилась я.

– Нет, не сказала. Будто кому-то нужна девушка с ребенком!..

– Нет, ну как же… – я все не могла собраться с мыслями. – Нельзя строить отношения на обмане…

– Сама-то!

– А что сама? – опешила я. – Я Ленечку ни в чем не обманывала, сразу сказала и про Витьку, и про все остальное…

– И что, думаешь, так лучше? Заморочила парню голову, а сама вся в белом осталась?

– Ларис, ты что? – совсем растерялась я.

– Ничего! Не знаешь, так нечего советы раздавать! – крикнула она и бросила трубку.

Я в недоумении положила свою. Что-то неладно в Датском королевстве…

– Александрова, как дела со статьей? – Вадик, как обычно, подкрался незаметно. – Про этот мюзикл уже на всех углах трубят, а у тебя, как обычно, еще конь не валялся?

– Валялся, – машинально ответила я, напряженно думая, что нашло на Лариску.

– Что? – возмутился выпускающий. – Ты меня вообще слушаешь?

– Да, конечно, – опомнилась я. – Все сдам в срок, я же обещала. Это вообще изначально моя идея!

– Это-то меня и пугает, – вздохнул он, махнул рукой и пошел к двери.

Все одно к одному – совсем я про дурацкую статью забыла! Пришлось снова набрать Ленечку.

– Слушай, а ты узнал про художника по костюмам? Помнишь, я просила?

– Ой, нет, – виновато спохватился он. – Извини, забыл совсем. Тут столько всего…

– Так я и знала! – воскликнула я.

– Сегодня же узнаю, – клятвенно пообещал он.

Ленечка перезвонил в тот же день.

– Приходи завтра в театр к двум, – велел он. – У нас подгонка костюмов, художник, само собой, будет. Я вас познакомлю. Пропуск будет на проходной.

На следующий день я важно сообщила Вадику, что иду собирать материал для статьи, и с легким сердцем смоталась с работы.

Пропуск, действительно, был, и я беспрепятственно прошла в театр. Поднявшись на лифте, как и сказал Ленечка, на четвертый этаж, я не спеша пошла по коридору. Я уже чувствовала, что начинаю влюбляться в театр, причем именно его закулисную жизнь. Изнанка меня совсем не разочаровала, наоборот – добавила таинственности. Поэтому я шагала по коридору, благоговейно озираясь, хотя вокруг меня наблюдались обыкновенные оштукатуренные стены.

Ленечка назначил встречу у костюмерного цеха, но довольно бестолково объяснил, как до него добраться. Так что, впитывая ауру и наслаждаясь театральной атмосферой, я забрела неизвестно куда. И, главное, не наблюдалось ни единой души, чтобы спросить дорогу! Ну просто не театр, а пустыня Гоби. Белый день, почему никто не работает?

Никакого закулисного очарования я уже не чувствовала и в помине. Уже совсем собралась позвонить Лене, даже телефон вытащила, но, подумав, убрала его обратно. Что я скажу? «Я тут у вас в театре заблудилась, нахожусь не знаю где, давай ищи меня по всем этажам»? И он бросит эту свою примерку или, как там ее, подгонку костюмов и побежит меня искать? Нет уж, не будем разводить детский сад. Сама разберусь. В конце концов, это мне надо, а не ему.

Подумала я так и удивилась. Надо же, как заговорила! А ведь еще совсем недавно…

– Девушка, что-то ищете?

Я с готовностью обернулась:

– Да, не подскажете, где костюмерный цех?

Передо мной стоял парень в камуфляже. Охранник! Ну все, сейчас меня выставят отсюда. А то ходят тут всякие, костюмерный цех, видите ли, ищут. Откуда он вообще взялся, ведь у входа сидел обычный дедушка-вахтер? Или дедушка сидит для конспирации, а за его спиной прячется такой вот амбал…

Впрочем, на второй взгляд парень оказался вовсе не амбалом. Даже наоборот – весьма изящной личностью. А при более внимательном рассмотрении я установила, что волосы личности уложены гелем, а на физиономии присутствует легкий, но все же различимый опытным женским взглядом макияж.

Ага! Никакие мы не охранники, так, прикидываемся. Об этом говорил и тот факт, что парень молча стоял и тоже с любопытством разглядывал меня. Да уж, посмотреть было на что: пользуясь тем, что мне не надо сегодня сидеть в редакции, я оторвалась – надела короткую – очень короткую! – юбку в складку и полосатые колготки. Дополняли все это великолепие высокие сапоги и приталенная белая куртка.

Нет, не то, что бы у нас соблюдался строгий дресс-код, но главный редактор, регулярно навещавший нашу скромную комнатку с дружественными визитами, не уставал вещать, что мы хоть и работаем в редакции, но офисным стилем в одежде пренебрегать не должны. Мы, естественно, пренебрегали, отговариваясь тем, что в любой момент можем сорваться на задание – так мы гордо именовали даже банальную поездку в швейное ателье, чтобы со слов какой-нибудь умудренной тридцатилетним опытом работы мастерицы записать советы по подбору фасонов одежды в зависимости от типа фигуры. Да, мы писали не только о гламурных тусовках, но и о таких вот вполне жизненных вещах!

И вот сегодня я пренебрегла офисным стилем по полной программе, преследуя и свои тайные цели – пусть Ленечка увидит! Он, конечно, неоднократно видал меня в купальнике, как, впрочем, и без оного, но это же совсем другое. И дружки эти его новоявленные пусть видят, а в особенности разные там партнерши…

– А у вас шов разошелся, – вдруг сказал парень.

– Что? Где? – всполошилась я, судорожно оглядывая себя.

Ну точно, боковой шов на юбке разъехался, открывая на всеобщее обозрение мою стройную ножку аж до самой… Неужели я так в метро и ехала? А теперь мне об этом непонятный тип говорит? Блин! Как я теперь Ленечке вместе со всей его компашкой на глаза покажусь? Ну что ж мне так не везет-то, а? Запасные колготки после той истории в общаге я уже с собой носила, а вот до иголки с ниткой дело еще не дошло…