В сетях обмана и любви - Лесия Корнуолл

– Я удивлен, встретив тебя здесь, Темберлей. Ведь ты только что женился.

Николас закрыл глаза, пытаясь избавиться от подошедшего, кто бы он ни был. Он не желал обсуждать факт своей женитьбы. А это, вероятно, теперь самая горячая сплетня в свете.

– Могу я присоединиться к тебе? У меня есть кое-какие новости, которые, как мне кажется, ты захочешь услышать.

Ник открыл глаза и увидел Стивена Айвза.

– Это касается рыжеволосых или моей свадьбы? – спросил Николас.

Стивен хмуро взглянул на почти пустой бокал в руке друга.

– Я видел твою очаровательную жену меньше часа назад в театре с Дельфиной Сент-Джеймс. Но я пришел поговорить с тобой о дуэли.

– А почему это должно меня интересовать, если только моя жена – или ее мамаша – не прислала мне вызов? – усмехнулся Николас.

– Один офицер попросил меня быть его секундантом сегодня утром. Какая-то глупая история из-за женщины.

– Не заключить ли нам договор, друг мой, никогда не стреляться из-за женщины?

– Согласен, – ответил Стивен, в то время как официант поставил перед ним кружку эля.

– Так какое отношение имеет эта дуэль ко мне?

– Возможно, самое прямое или вообще никакого, – ответил Стивен. – Там присутствовал доктор. Просто на случай, если его услуги потребуются. Похоже, он регулярно предлагает свои услуги на рассвете в Гайд-парке и имеет неплохой доход, заботясь о раненых и умирающих. Ему щедро платят за молчание, поскольку дуэли запрещены законом.

– Он был и на дуэли Дэвида? – спросил Николас, подаваясь вперед.

– Не знаю. – Стивен пожал плечами. – Это только зацепка, Ник. Он может что-то знать, нужно только хорошо ему заплатить.

– Как его имя? – спросил Николас. Перспектива найти свидетеля, знавшего, с кем Дэвид дрался, возможность выяснить подробности смерти брата быстро прояснили его голову, несмотря на значительное количество поглощенного алкоголя.

– Он его не назвал. И к тому же прикрывал лицо. Я кое-кого послал проследить за ним. – Стивен порылся в кармане. – Вот адрес.

Николас прочел каракули, нацарапанные на обрывке бумаги. Это был первый шаг к раскрытию тайны, окружающей случившееся с его братом.

– Огромное спасибо тебе. – Ник достал кошелек и положил на стол плату за их выпивку. Стивен подтолкнул монеты назад.

– Забери. Они понадобятся тебе, чтобы оплатить услуги доброго доктора.

Часом позже Николас постучал в дверь небольшого приземистого дома в квартале, надежно укрытом завесой респектабельности. Превосходное место для человека, имеющего тайны, поскольку его соседи, похоже, и сами не гнушались темными делишками и не задавали лишних вопросов.

Он щедро заплатил служанке, открывшей дверь, и был препровожден в холл, где и остался ждать.

Доктор появился через несколько минут. Неряшливо одетый мужчина средних лет с острым взглядом и невыразительным лицом.

– Какая неожиданность, ваша светлость, – произнес он, на ходу натягивая сюртук и одновременно пытаясь снять очки. – Проходите. Сэди, принеси портвейн.

Он открыл двери в гостиную, столь же убогую, как и он сам, обставленную старой, давно вышедшей из моды мебелью. Стопки книг служили подставками для пустых винных бокалов, бумаг и даже предметов одежды. Дохлая кошка, плававшая в большой стеклянной банке, наполненной желтой жидкостью, разглядывала Николаса с тупым удивлением. Другие подобные образцы стояли на книжных полках, занимая законное место книг.

– Что привело вас ко мне, ваша светлость? Я могу вам чем-то помочь? Я не привык к такой изысканной компании, как герой войны. Я читал о ваших подвигах в Испании, сэр.

Николас не улыбнулся в ответ – улыбка хозяина тут же померкла.

– Мой хирургический кабинет сейчас закрыт, но если вы соблаговолите зайти завтра или позволите мне навестить вас утром, я непременно смогу предоставить вам мое медицинское заключение.

– Год назад вы присутствовали на дуэли. Покойный герцог Темберлей – мой брат. Припоминаете?

Доктор опустил глаза.

– Дуэли в Англии запрещены законом, ваша светлость. Я понимаю, вы довольно долго были на войне. Возможно, ошибаетесь…

Николас бросил кошелек на пыльный стол и увидел, как широко раскрыл глаза доктор при звоне золотых гиней.

– Расскажите, что произошло с моим братом, – потребовал Ник.

Из горла доктора вырвался сдавленный звук. Он сдвинул книги, лежавшие на диване, и пригласил Николаса присесть. Но тот остался стоять.

Хирург горестно покачал головой, и его подбородок задрожал.

– Поверьте, ваша светлость, я ничего не мог сделать, чтобы спасти его. Он был ранен всеми тремя противниками.

Брови Николаса удивленно взлетели.

– Брат сражался сразу с тремя мужчинами?

– Он вызвал их всех одновременно, – мрачно ответил доктор. – Думаю, речь шла о чести некой юной леди. И его светлость, ваш брат, видимо, чувствовал, что был в некотором роде обманут.

Николас закрыл глаза.

– Наверное, он сражался с каждым по очереди и все трое его ранили?

Дэвид, насколько помнил Ник, был не слишком хорошим фехтовальщиком.

Доктор вытащил из кармана носовой платок и отер раскрасневшееся лицо.

– Нет, он сражался со всеми сразу. Они заявили: раз этот вызов оскорбил всех троих, ваш брат должен драться с ними одновременно.

Николас представил себе Дэвида – доведенного до отчаяния, безрассудного от безысходности. Он потерял все свое состояние из-за каких-то дурацких инвестиций. Затем Джулия разорвала с ним помолвку, объявив, что беременна. Дэвид погиб всего через два дня после ее визита.

Николаса замутило. Дуэли считались делом чести. Но в поединке, оборвавшем жизнь Дэвида, не было ничего честного.

– Кто эти джентльмены, которые сражались с моим братом?

Хирург смущенно пожал плечами.

– Титулованные особы, ваша светлость, но я не помню их имен.

Николас выхватил саблю и приставил ее к горлу доктора, приподняв второй и третий подбородки, свисавшие на измятый галстук.

– А теперь вспомнили?

Доктор осторожно сглотнул.

– Кажется, там был лорд Чарлз Уилтон, – произнес он.

Уилтон? Ник не знал, что Дэвид вообще был с ним знаком.

– А остальные?

Доктор попытался отступить назад, но Николас последовал за ним.

– Уверяю вас, я гораздо лучше владею клинком, чем мой брат.

– Лорд Огастус Говард! – пискнул хирург. – И граф Уиклифф. – Доктор заскулил, когда острие клинка дернулось.

Уиклифф?