Умереть, чтобы угодить - Линда Ховард

— С левой? Она стреляет с обеих рук?

Сара просто переложила пистолет в другую руку и продолжила расстреливать мишень, следуя строгому правилу: все отверстия в мишени должны находиться так близко друг к другу, чтобы их можно было закрыть игральной картой.

— Сукин ты сын, — с чувством произнес Рик, глядя на Кахилла. — Кого это ты привел? Она профессиональный стрелок?

— Я дворецкий, — поправила Сара. Происходящее доставляло ей удовольствие, особенно препирательства двух мужчин.

— Ты проиграл — гони деньги, — потребовал Кахилл и протянул руку.

Ворча, Рик вытащил бумажник и отсчитал Кахиллу пять двадцаток.

— Минуточку! — вдруг возмутилась Сара. — Вы заключили пари и даже не поставили меня в известность?

— А я тебе что говорил? — обрадовался Рик. — Он еще тот гусь!

— Ты тоже промолчал, — напомнила она, осторожно отложила оружие и скрестила руки на груди, глядя на мужчин.

— Скажи: «Я тоже негодяй», — полушепотом подсказал Рику Кахилл.

— Я тоже негодяй! — повторил вслух Рик, светлые глаза которого искрились от смеха.

— Вы, случайно, не учились вместе в школе? — полюбопытствовала Сара.

— К счастью, нет. Представляешь, как бы это было? — Кахилл усмехнулся, засовывая деньги в карман.

— С содроганием.

Кахилл хлопнул Рика по плечу.

— Это было классно, дружище. Когда мне опять понадобятся деньги, мы снова заключим пари — идет? А теперь всего хорошего: у меня дома маринуются бифштексы. Обязуемся вспоминать о тебе каждый раз, делая глоток пива.

— Так нечестно, — обиделся Рик. Он даже печально помахал рукой вслед Кахиллу и Саре, — эдакий малыш, которого не принимают в игру.

— Господи, как я от него устала! — призналась Сара, садясь в машину. — Он забавный, но слишком уж утомляет.

— Две его бывшие жены были того же мнения. Если бывают больные маниакально-депрессивным психозом с преобладанием мании, так это Рик.

— А он кем считает тебя?

— Скрытным упрямцем.

— Он прав. Самые подходящие качества для полицейского.

— Так ты тоже считаешь меня скрытным?

Сара повернулась к нему. Кахилл, одетый в тесные джинсы и белую тенниску, обтянувшую грудь, легко вел машину. Уголки его губ приподнимались, словно он что-то замышлял. И вправду скрытный человек.

— Кстати, что это за бифштексы, которые маринуются у тебя дома? Впервые слышу.

— У меня есть гриль, сегодня пятница, погода отличная. Что еще надо нормальному южанину для счастья? И потом, у тебя в гостях я уже бывал. Хочешь посмотреть, где живу я?

Сара была не прочь. Ей хотелось узнать, какой у него дом пусть даже квартира с одним стулом, огромным телевизором холодильником, забитым замороженными продуктами, сыром и пивом. Оставляет ли он щетину в раковине, когда бреется? Заправляет ли по утрам постель или сбрасывает одеяло? Желание узнать ответы на все эти вопросы было так велико, что Сара чуть не застонала.

— А где ты живешь? — спросила она, и он победно ухмыльнулся.

— Округ Шелби, шоссе номер 280.

Бирмингем стремительно разрастался на юг, Шелби входил в число самых быстроразвивающихся округов Алабамы: жилые дома и здания офисов вырастали здесь буквально на глазах, поэтому и движение на главной артерии Бирмингема, шоссе № 280, напоминало кошмар. Цены на недвижимость в Шелби тоже росли.

— И давно ты там живешь?

— Почти год — с тех пор как завершился развод. Мне повезло найти этот дом — он принадлежал одному из моих родственников, который перебрался в Тусон. Дом, где мы жили с Шеннон, сразу продали, я взял свою долю, сделал первый взнос и свел последующие выплаты до разумного минимума.

— А я думала, у тебя квартира.

— Предпочитаю иметь свой дом. Он уже не новый, построен в конце семидесятых и теперь нуждается в ремонте. Но я умею работать руками и потому ремонтирую его сам.

Сара сразу поверила ему: Кахилл был не из тех, кто хвастает попусту. А Сара считала, что молоток или отвертка в руках мужчины прибавляют ему сексуальности.

Она не знала, чего ждать, но никак не думала, что увидит традиционный кирпичный дом с двором и аккуратными дорожками между подстриженных живых изгородей. Кирпич имел приглушенный оттенок красного цвета, ставни были темно-синими, дверь — на два тона светлее. Подъездная дорожка огибала дом.

— Здесь отличный подвал, — сообщил Кахилл. — Раньше он служил гаражом, но мой родственник устроил там комнату для игр. Конечно, для одного человека дом великоват, но я люблю простор.

Он припарковался возле дома и повел Сару к двери. Сара отметила про себя: либо Кахилл недавно вызывал уборщицу, либо навел порядок сам. Все полированные поверхности блестели, в воздухе разносился свежий запах лимона.

Его горячая ладонь легла на талию Сары.

— Это гостиная, — указал он влево. Комната была совершенно пуста, на ковре ни пятнышка, шторы задернуты. — Я не пользуюсь ею, поэтому не стал и обставлять. И столовую тоже. Я ем на кухне, в уголке для завтрака. А вот и маленькая гостиная.

Маленькая гостиная оказалась уютной, с камином и большим окнами, выходящими в сад; здесь Кахилл поставил музыкальный центр и большой телевизор. Последнее свидетельство пристрастий умилило Сару. В гостиной имелась и мебель: пухлый диван, два больших кресла, несколько столиков и ламп. Словом, комната выглядела вполне цивилизованно. От кухни ее отделяла перегородка, не доходящая до потолка и заканчивающаяся рядом белых деревянных стоек.

— Над кухней еще надо поработать, — продолжил Кахилл. — Шкафы я уже привел в порядок.

Деревянные шкафы медового оттенка мягко поблескивали. Кухонный стол был изготовлен из того же дерева, стена над ним — выложена плиткой.

Вопреки ожиданиям Сары в раковине не громоздилась гора грязной посуды. На кухонном столе разместились подставка для ножей, микроволновая печь и кофеварка. В уголке для завтрака пристроились белый стол с желто-синим рисунком на столешнице и четыре стула того же желтого оттенка, стоящие на синем ковре.

— Ты, случайно, не служил на флоте? — спросила Сара, оглядывая безукоризненно чистую кухню. На флоте твердо знают, что все должно лежать на своих местах — на борту корабля лишнего места нет.

Он усмехнулся:

— А ты думала, что увидишь свинарник? Да, у меня иногда накапливается нестиранное белье, но я аккуратно складываю его. Раз в неделю в доме наводит порядок приходящая помощница — терпеть не могу вытирать пыль. Пойдем покажу тебе остальное.

Сара увидела ванную рядом с кухней, две довольно большие спальни, разделенные еще одной просторной ванной, и третью комнату — опять-таки с ванной. В последней обосновался сам Кахилл. Кровать, как и следовало ожидать, оказалась двуспальной, огромной, но за это Сара могла поручиться с самого начала. Кровать была заправлена, в комнате царил порядок, но нежилой она не выглядела: на спинке стула висела рубашка, на комоде стояла кофейная чашка с давно остывшими остатками кофе.