Не в парнях счастье - Татьяна Веденская

Придя домой, немедленно выпила фолиевую кислоту и на всякий случай полежала немного ногами вверх, хотя и подозревала, что уже немного поздновато. Лежать так у него дома на первом же свидании было неудобно, да и опасно. Можно легко спалиться. Так что я полежала на своем диване, выкурила одну легкую сигарету (курить беременеющей женщине тоже не полезно, но бросить совсем я пока не могу), и сама не заметила, как принялась думать. Сначала о том, как я хочу ребенка, как буду гулять с ним, кормить его, рассказывать сказки. Потому подумала, что мама, наверное, с радостью в конце концов станет бабушкой. И в какой-то момент сама не заметила, как начала думать о нем. О Владимире, его руках, его редкой, но такой ясной и лучистой улыбке. Его ехидных комментариях. Вспоминала прошедшую ночь. Что бы это все могло значить? Я ему действительно нравлюсь? Или это все духи-афродизиаки, которые мне дала Танечка на работе? Но так или иначе, это было волнующе. Я боялась, что процесс обзаведения ребенком окажется неприятным и сложным, но теперь уверена – это будет одно сплошное удовольствие.

Так оно, собственно, и вышло. Мы встретились вечером, и следующим вечером. Потом днем. И ночью, потому что наступил выходной, и я решила остаться ночевать у Владимира. Мы встречались все последующие недели, как будто дорвались до источника и никак не могли напиться. Владимир был неутомим. И почему-то от любого его прикосновения я становилась точно бешеная, переставая думать о своей цели. Благо, ситуация в любом случае работала на меня. Рано или поздно, поздно или рано… А пока я просто расслабилась и, как говорится, получала удовольствие.

– Ты знаешь, я так удивлен, – заметил Владимир как-то, в один из таких выходных дней. Предварительно он запихнул меня в ванну с пеной, видимо, чтобы я не ушла от разговора. Я не сопротивлялась.

– Чем удивлен?

– Ты такая…

– Только не говори, что я особенная и ты ждал меня всю жизнь, – рассмеялась я. Но он только как-то странно посмотрел на меня и промолчал.

– Нет, теперь уж не молчи. Что тебя удивило-то? – настояла я.

– Ничего.

– Точно? Говори!

– Нет, если честно, есть кое-что. Так, мелочь, – с неохотой пробормотал он.

– Ладно, не хочешь – не говори, – пожала плечами я. Чего я буду из него клещами тянуть?

– Нет, ничего. В этом-то все и дело, – высказался наконец он. – Мне с тобой так просто. Ты не задаешь вопросов, не пытаешься играть в игры. Не норовишь залезть в мою жизнь.

– Это плохо?

– Это странно, – вздохнул он. – В прошлый раз, когда я решился встречаться с девушкой, она попыталась познакомиться с моей мамой, пока я спал. Нашла ее телефон, позвонила и представилась моей невестой. И даже устроила мне сюрприз на день рождения – вечеринку с мамочкой. Как вспомню, так вздрогну!

– О, со мной можешь не опасаться. После бывшего мужа я мамочек обхожу десятой дорогой, – рассмеялась я и легонько щелкнула его по носу. На загорелом носу смешно осела белая пена.

– Это обнадеживает, – улыбнулся он. И чихнул. – Знаешь, я не думаю, что вот прямо сейчас, в этот момент готов к каким-то действительно серьезным отношениям. Я этого, честно говоря, не планировал.

– Серьезно? – выпучила глаза я. – Какое интересное совпадение. Я тоже совершенно не планировала ничего серьезного.

– Нет, ты пойми правильно. В целом я понимаю, что все отношения рано или поздно переходят в стадию…

– Нет, это ты пойми, Володя, – решила успокоить его я. Вспомнила слова свекрови, как раз к месту. – Дело в том, что для меня вообще больше не интересны эти, как ты говоришь, отношения. ОТНОШЕНИЯ – это не для меня. Сейчас нам хорошо, завтра мы и не вспомним друг друга. Верно? Никакой ответственности. Никаких обещаний. Никому ни от кого ничего не надо. Лады?

– Звучит пугающе, – задумчиво протянул он. – Ты уверена, что именно так и думаешь? Обычно женщины говорят другое. И знаешь, сколько я знал женщин, им всегда что-то было нужно…

– Ну, это не мой случай, – засмеялась я, чувствуя, что холодею и начинаю себя немножечко презирать. – Мне от тебя точно ничего не надо. Можешь быть спокоен, никто и никогда не придет к тебе и не выставит счет. Ты совершено свободен. И вообще, что ты там стоишь? – строго спросила я, не зная уж, как еще закончить этот разговор. – Полезай-ка ко мне!

– Ого! – ухмыльнулся он. – Сию секунду.

– То-то же, – кивнула я и прижалась щекой к его мокрой груди. Ванна у него была большая, так что места нам там спокойно хватило на двоих. Большая квартира, с большими потолками, с большими стеллажами, большой кроватью и столом и большой лгуньей, сидящей за этим самым столом и потребляющей свежевыжатый яблочный сок. После этого разговора Владимир как будто немного успокоился и перестал каждую минуту смотреть на меня с подозрением. Все шло как нельзя лучше. Мы бегали по утрам, только после зарядки и водных процедур еще целовались в парке, прежде чем расстаться и пойти на работу. Курила я только на работе, снизив употребляемую дозу никотина с той, которая убивает лошадь, до маленького пони. Сигареты четыре в день, не больше. Я завела реально эффективные ментоловые конфеты «антитабак», а про одежду говорила, что меня обкуривают коллеги. Владимира это, кстати, сильно возмущало. Еще бы, он же действительно верил в здоровый образ жизни, а я только имитировала. Такие уж мы, женщины. В общем, я наслаждалась нашими свободными отношениями, в которых утопала все дальше, я плела груды мелкой лжи, но чувствовала себя уже как рыба в воде. Видимо, способность быстро сочинять сказки я унаследовала от папочки.

По вечерам Владимир частенько встречал меня с работы, и мы шли к нему, я даже специально оставляла у него одежду на смену, потому что это глупо и неполезно – бежать домой в шесть утра переодеваться. И мы не высыпались. Еще мы любили разговаривать. Оказывается, он много где был по работе.

– Люблю путешествовать на халяву, – пояснял он. – А вот тут я с делегацией во Франции. Ты была когда-нибудь в Париже?

– Нет, но хотела бы, – кивала я.

Он рассказал, что тоже был женат когда-то. Жена говорила, что с ним просто невозможно жить, и периодически брала перерывы и уезжала «немного прийти в себя».

– Уж с кем она там приходила в себя – не знаю, но однажды вернулась с разбитым сердцем, потому что кто-то там не захотел уходить к ней от жены. И она разобиделась до такой степени, что снова вернулась ко мне. Конечно, с обвинениями, что я испортил ей жизнь.

– Навсегда? – уточнила я.

– Нет, отчего же. Зачем навсегда. На пару месяцев, пока не начала скучать. Потом она еще раза два пыталась ко мне вернуться, но я уже был достаточно умен, чтобы принять ее развод как подарок. Так что она забрала все, что у нас имелось, и ушла.

– Вау! – только и смогла сказать я. Хотя, подумав, добавила: – Знаешь, это просто ужасно, если кто-то вот так может тебя чем-то заразить. Ты не хочешь провериться?

– Провериться? – изумился он. – Ты сама предлагаешь это?