В погоне за блаженством - Бобби Смит

— Ждешь меня?

— Да. — Она удивленно посмотрела на него и подобрала широкую юбку, приглашая сесть рядом.

Но он мгновенно исчез из виду. Рени только слышала, как хлопнула дверь и задернулись шторы. Когда он появился вновь, она все поняла по его лицу, и сердце ее затрепетало. До чего он был хорош и статен в белой просвечивающей рубахе и плотно облегающих бриджах! Он сел рядом.

— Ты что, уже готов? — изумилась она, заметив, как вздыбились его бриджи.

— Я всегда готов, — прошептал он ей в самое ухо и нежно поцеловал. Рени почувствовала, как горят его губы. — Повернись ко мне.

Он проворно расстегнул наглухо закрытое платье и спустил его с плеч. За платьем последовали многочисленные нижние юбки и обручи. Наконец, последняя сорочка разделила судьбу остальных вещей. Рени содрогнулась, когда он дотронулся до ее обнаженного тела.

— Ты прекрасна! — Он прижал ее к груди и повалился на кровать. — Когда ты надо мной, мне так хорошо…

Рени прильнула к нему, прижалась бедрами к выступающему бугорку.

— Сними рубашку, — попросила она, целуя его.

Он беспрекословно подчинился, затем снял остальное. Она дошла до крайней степени возбуждения, и он лег на нее. Рени впервые осознала, что Маршалл принадлежит только ей. Она вторила его движениям, ласкала его спину и ягодицы, а он вздрагивал от каждого ее прикосновения. Он был на седьмом небе: Рени хочет его так же страстно, как он ее. Даже будучи девственницей, она мечтала о нем искренне, не пытаясь прикрыть свое желание ни ложными мотивами, ни обманом. Она была чиста перед ним, и он воспринимал это как Божий дар. Такую женщину он искал всю жизнь и не отдаст ее никому. Он жадно впился в нее губами, как будто хотел всю ее втянуть в себя.

Когда, расслабленные, они лежали рядом, он долго и нежно изучал ее лицо, словно хотел запомнить навсегда. А она вдруг повернулась к нему и деловито сказала:

— Я думаю, это подойдет.

— Что подойдет? — спросил он недоумевая.

— Твоя контора. Мы можем остаться здесь, пока не найдем свой собственный дом.

Ее уверенный тон поразил Маршалла.

— Значит, ты экспериментировала? — Она закивала головой. — А я был в роли подопытного кролика?

— Нет, не ты, — засмеялась она, — а твоя кровать!

— Конечно, куда комфортнее спать на двух, — заметил он. — Но когда я чем-то занят, просто не замечаю неудобств.

Маршалл наклонился и поцеловал ее розовые соски, и Рени вздрогнула от воскресшего желания. Она вцепилась в его плечи, а он продолжал провоцировать ее на новые фантазии, пока из них наконец не вырвался единый стон наслаждения.

— Ты уверена, что именно такое кольцо тебе нужно?

— Абсолютно, — сказала Рени задумчиво, лежа на его груди.

— До тех пор, пока ты будешь счастлива… — произнес Маршалл и вдруг услышал умиротворенное посапывание.

Маршалл думал о ней. Он обнаружил еще одну удивительную грань ее характера. Несколько часов назад, выбирая кольцо, он предложил ей на выбор два, и она выбрала то, что попроще. Широкое золотое кольцо, ничем не украшенное, кроме их инициалов. Сейчас на нем делали гравировку, и они должны были заехать за кольцом поздно вечером по дороге домой к Элиз. У ювелира они столкнулись с Филиппом; он сообщил им о помолвке с Джулианой, и они его поздравили. Как хорошо, что не придется выяснять с ней отношения! Очевидно, ее помолвка не совершена в отместку — вряд ли Джулиана знала о том, что он женился на Рени. Маршалл вновь взглянул на жену, прекрасную во сне. Спутанные локоны закрывали лоснящиеся от пота плечи, полная грудь дышала ровно и спокойно, а живот, теплый и волнующий, упирался прямо ему в бедро. Он почувствовал, как в нем поднимается новая волна желания, но сумел справиться. Пусть она отдохнет как следует. Маршалл улыбнулся, откинулся назад и закрыл глаза. Ему тоже не мешало немного поспать.

Рени проснулась от неимоверной жары, пот струился по всему телу. Она удивленно заморгала в полутьме и вдруг вспомнила, где находится. Маршалл почти весь лежал сверху, его горячее тело буквально вдавливало ее в кровать. Она не шелохнулась, ей казалось, будто видит его впервые. В этот миг он повернулся во сне, открылось его лицо, и Рени задохнулась от счастья: как он красив, и как он любит ее! Может быть, ей удастся убедить его поехать с ней в Леман. Она покажет ему свой дом, пройдет вместе с ним по полям, по которым когда-то бродила. Никогда бы она не покинула родину, но молодая леди не может жить одна на таких огромных плантациях. Мысль о поездке домой просто опьянила ее, и она весело поцеловала Маршалла. Он вздохнул и в изумлении открыл глаза.

— Здравствуй! — Он чмокнул Рени в щеку.

— Здравствуй!

— Должно быть, уже поздно, здесь так темно. — Он оглядел комнату. — Нам пора собираться в дорогу.

Маршалл сел на краешек кровати и посмотрел на Рени, Щеки ее пылали.

— Я люблю тебя, — сказал он полусонным голосом.

— Я так счастлива! — Рени крепко прижалась к нему.

Он вдруг резко схватил ее и усадил к себе на колено. Рени завизжала от восторга.

— Не сейчас, дорогой. Нам еще многое предстоит сделать.

Он поцеловал ее и отпустил.

— Маршалл? — спросила Рени, надевая нижние юбки.

— Да? — Он стоял спиной и застегивал бриджи.

— Не хотел бы ты поехать со мной в Леман? На некоторое время. Пусть это будет наш медовый месяц.

Он обернулся и увидел умоляющие глаза.

— Посмотрим, что можно предпринять. Это очень важно для тебя?

— Очень, — тихо ответила она.

— Тогда попробуем осуществить это как можно скорее.

Она радостно бросилась ему на шею.

К Элиз они приехали, когда начало смеркаться. Стол уже был накрыт. Марта и Элиз целый день готовили роскошный свадебный ужин. Элан и Джим задержались еще на сутки, чтобы отпраздновать радостное событие. Все поздравляли молодых, поднимая бокалы за их здоровье. Никто не возражал против того, чтобы они провели эту ночь в конторе, только приветливо улыбались.

— Теперь, когда ты вышла замуж, дорогая, может, уговоришь своего мужа вернуться в Леман? Это стоит того, — посоветовал Элан.

— Мы уже все обсудили, — заверил его Маршалл. — Как только приведу дела в порядок, мы приедем навестить вас.

— Замечательно! У меня просто нет слов. Ведь Рени мне как родная дочь.

Рени посмотрела на Маршалла с нескрываемым обожанием.

— Спасибо.

Он усмехнулся, и поднес ее руки к губам, от чего у нее задрожала каждая клеточка. Она покраснела.

— Собери свои вещи, и мы поедем в контору.

— Я сейчас. — Рени извинилась и вышла из-за стола.

Дорри поспешила за пей. Мужчины отправились в кабинет выпить коньяку, а Элиз и Марта устроились в гостиной за чашечкой кофе.