Ты будешь мне стеной - Мариана Запата

Эйден фыркнул, и я подумала, что в этот раз, наверно, над моим комментарием, а не от запаха еды.

– Спасибо. – Он направился к раковине, чтобы вымыть руки. Мне показалось, что он чуть помедлил, прежде чем взять из шкафчика две тарелки и поставить обе на стойку.

Когда таймер показал, что лапша готова, я слила ее, половину положила на тарелки, другую оставила в кастрюле, потом зачерпнула тушеные овощи и плюхнула их сверху на лапшу.

Мы сели обедать. Каждый из нас просто сидел, не в наушниках, не с компьютером. Просто так…

– Зак спускался сегодня? – неожиданно спросил Эйден.

– Один раз. Около полудня он вышел из своей комнаты, и все…

Со времени вылета Зака из команды прошла уже почти неделя, а за исключением того дня, когда мы ездили в клуб, он выходил из спальни, только чтобы поесть. Он ни с кем не хотел разговаривать, ничего не хотел делать. Я не знала, что предпринять, если, конечно, я вообще должна была что-то делать.

Эйден хмыкнул.

– Я не знаю, что сказать ему, и должна ли… – заметила я.

Я не умела утешать. Вообще никак… У некоторых находятся слова на все случаи жизни, они точно их подбирают и мастерски ими пользуются. Что касается меня… Обычно я застревала на «мне так жаль…». Я не смогла бы подобрать слова, если бы хотела сделать что-то для Зака. Просто не знала, что сказать.

Эйден пожал плечами.

– Дай ему время, – предложил он.

Мистер Конгениальность только что пытался дать совет, как я должна себя вести? Значит ли это, что на самом деле нужно поступить наоборот?

– Да-а, думаю, так и сделаю, – сказала я и тут вспомнила о нашем с Дианой разговоре. – Э-э-э, я собираюсь на эти выходные в Эль-Пасо. Помнишь, я тебе говорила? – Я намотала несколько макаронин на вилку. – У моей мамы день рождения.

Он сдвинулся на стуле, так что его колено коснулось моего.

– Хорошо.

Почему я должна чувствовать себя неловко? Если Эйден скажет, что поедет, – отлично. Если не захочет – не беда…

– Я подумала… может, ты мог бы поехать со мной? Я не сказала ей, что мы женаты. Пусть уж она узнает лично от меня, а не от других.

Я заерзала на стуле и искоса посмотрела на Эйдена.

– Если хочешь. – А потом добавила: – Всего лишь на выходные.

Тишина. Тишина… Глупо, глупо, глупо…

Зачем я вообще затеяла это?

Эйден почесал подбородок кончиком вилки.

– Я должен вернуться в воскресенье вечером.

У меня перехватило дыхание.

– Правда?

Он небрежно пожал плечами. По крайней мере, так небрежно, как может пожать плечами человек его размера. Честно говоря, я поражалась, как он умещается на одном стуле. А еще больше меня удивляло, как ножки стула выдерживают такой вес.

– Угу, – таков был его ответ.

– О… хорошо. Я собираюсь выехать в пятницу. Через восемь часов будем на месте.

Он повернул ко мне лицо, выражение которого за секунду сменилось с безразличного на возмущенное.

– Ты хочешь ехать туда на машине?

Я кивнула.

Он достал из кармана черный кожаный бумажник и протянул мне серебряную кредитную карту.

– Купи два билета и арендуй авто. Я не езжу на машине на такие расстояния.

Знала ли я о том, что он не любит ездить на машине дольше, чем это категорически необходимо? Конечно. Но я предпочла закрыть на это глаза. С другой стороны, если меня избавят от перспективы провести восемь часов за рулем, что ж… я не откажусь, особенно если за это платят…

Отбросив подобные мысли, я нерешительно взяла у него карту.

– Ты уверен?

Он выдержал мой взгляд.

– Купи билеты на вечерний рейс, нас обычно отпускают около трех.

Эйден внимательно посмотрел на меня.

– Не вздумай арендовать какую-нибудь крошечную тачку экономкласса, только чтобы не тратить деньги.

Да уж… этот властный тон пробудил во мне не самые приятные воспоминания. Но я все-таки кивнула и, держа карту между пальцами, помедлила.

– Это проверка? – нерешительно спросила я.

Занятый едой Эйден ответил не сразу, а когда повернулся, между густыми бровями пролегла складка.

– Что ты мелешь?

– Это проверка? – Я помахала кредиткой. – Хочешь посмотреть, примусь я тратить твои деньги или предложу купить билет на свои?

Его нижняя губа слегка дрогнула, веки опустились. Потом он покачал головой. Медленно… Так медленно, что я поняла, насколько он возмущен… или решил, что я полная идиотка. Одно или другое. Может быть, и одно, и другое.

– Не глупи. Я не предложил бы платить за билеты, если бы не хотел этого.

Я пожала плечами:

– Хорошо. Ладно.

Черт.

– Я всего лишь хотела убедиться, потому что, если ты действительно намерен заплатить за билеты, я не собираюсь отказываться.

– Купи билеты и арендуй машину.

Он взял тарелку и понес ее в мойку.

– Где мы остановимся?

– Я хотела заказать номер в гостинице.

– Хорошо. Что скажешь своей семье?

Я поскребла в затылке.

– Только маме. Я не… сестрам знать необязательно. В любом случае никто не узнает правду. Они не в курсе, что я живу с тобой. Я думаю…

Черт. Что? Неужели моя мать не помнит, на кого я работала? Конечно помнит. Сейчас. Десять лет назад львиную долю времени она не осознавала, что родила меня и что я завишу от нее. Понять эту истину было проще, чем признать тот факт, что выпивку она любила больше, чем своих детей.

Мне надо было остановиться. Секунд пять назад… В моей жизни все идет как надо. Нет причин жаловаться. Все лучше, чем просто хорошо. На порядок…

Напомнив себе об этом, я откашлялась и постаралась сказать как можно бодрее:

– Если она спросит, я скажу, что уволилась, а ты бросился за мной следом. Понял, что безумно в меня влюблен.

Хвала небесам, Эйден заржал.

Я подняла руку над столом и, продолжая улыбаться, показала Эйдену средний палец.

– И что ты не можешь без меня жить. Поэтому мы тайно поженились. Думаю, чтобы все окончательно не запуталось, я должна хоть в чем-то придерживаться правды. Ты не будешь возражать или есть какие-то проблемы?

Эйден помотал головой, губы сложились в усмешку, отчего на душе стало немного легче. В моей жизни все идет как надо.

– Ты согласен стать членом команды, чтобы рассказывать эту историю всем и каждому?