Твоя вина - Мерседес Рон

– Я выполняю долг твоей девушки, – ответила она, играя бедрами и судорожно вздыхая на моем обнаженном плече.

– Ты можешь выполнять свой долг, когда захочешь, а теперь успокойся, – приказал я, обездвиживая ее на кровати. Боже, я чувствовал ее гибкое тело под собой… Я жаждал медленно смаковать ее, пока меня не настигло осознание. – Ты ведь понимаешь, что родители, возможно, уже приехали?

Мне было наплевать на них, но я хотел, чтобы она подождала немного, прежде чем дать ей то, чего она желала. Ноа обхватила меня за талию ногами и мягко прижалась.

– С каких пор это тебя волнует? – раздраженно сказала она.

Я улыбнулся, и, прежде чем смог ответить, ее рука начала опускаться, пока не дотянулась до моих штанов. Она попыталась проникнуть в них, но я задержал ее, пока не потерял над собой контроль.

– Если я правильно помню, в прошлый раз ты была сверху, Рыжая, и сейчас пытаешься сделать то же самое. Кто тебе разрешил?

– Разрешил? – Ноа приподняла брови. – Раз такой умный, останешься без секса.

Я рассмеялся, уткнувшись лицом в ее плечо, прикусил его и на мгновение потерял рассудок.

– Ты не пожалеешь, что разбудила меня, дорогая, – заверил я, снимая с нее пижаму и кардинально меняя позу Ноа. Я осыпал поцелуями ее колени и бедра и сосчитал до десяти, пытаясь сдержать порыв страсти.

Ноа беспокойно заерзала, тихо вздохнув, и я заметил, как ее пальцы вцепились в простыню, подтверждая, что я не соврал.

– Посмотри на меня, – попросил я.

Когда наши глаза встретились, я больше не мог отвести взгляд.

– Боже! – воскликнула она.

– Тебе нравится? – спросил я и тут же услышал за дверью шум.

Я выругался и лег на Ноа, полностью прикрыв ее телом и даже успев набросить одеяло на нас обоих.

– Ник, что ты делаешь? Я только собиралась…

Я зажал ей рот ладонью, как раз в тот момент, когда дверь комнаты со скрипом распахнулась.

– Николас? – спросила Раффаэлла.

Черт!

– Я сплю, Раффаэлла, – ответил я, стараясь не выдать волнения, а Ноа напряглась под моим телом.

– Прости, я просто хотела поблагодарить тебя за то, что ты остался с Ноа.

Я еще крепче впечатался в Ноа и заметил, как она дрожит. Она даже зажмурилась.

– Не за что. Я бы не оставил ее одну, – сказал я, улыбаясь и осторожно поглаживая Ноа: она открыла глаза и встревоженно посмотрела на меня, а я с трудом сдерживался, чтобы не расхохотаться.

– Знаю, – спокойно заявила Раффаэлла. – Ладно, не буду мешать. Мы с твоим отцом решили, что нам всем нужно вместе позавтракать. Через полчаса я разбужу дочку.

– Отлично, – ответил я, морщась от боли, чувствуя, как зубы Ноа дико вонзаются в мою руку.

Элла наконец-то закрыла дверь, и Ноа ударила меня в плечо.

– Идиот! – возмутилась она.

Я рассмеялся и успокоил ее поцелуем. Просунул язык между ее сжатыми губами и смаковал целиком, пока мои пальцы продолжали играть с ее грудью. Гнев Ноа быстро исчез.

– Ты придурок, – зашептала она, смежив веки и наслаждаясь моим вниманием.

– Удачливый придурок. Иди-ка сюда, – приказал я, раздеваясь, и, не дожидаясь, крепко обнял ее. Глухо зарычал, почувствовав ее на себе, а Ноа пробормотала что-то невнятное, и я начал двигаться, не теряя времени.

– Пожалуйста, Николас, мне надо закончить… – взмолилась она, обнимая так сильно, что ногтями впилась мне в спину.

Я, не прерываясь, снова погладил ее и усилил движения.

Когда она начала громко вздыхать, остановился на несколько секунд, сосредоточившись, чтобы продлить момент и не кончить вместе с ней.

Прикрыл ей рот ладонью, чтобы никто не услышал криков, и начал снова, на этот раз медленнее, надеясь, что она отдохнет.

Ничто не могло сравниться с ощущением ее голого тела без каких-либо барьеров, кожа к коже. Очень здорово, что Ноа начала принимать противозачаточные таблетки.

– Еще раз, Ноа! – попросил я, двигаясь все быстрее и быстрее. – Давай сделаем это вместе.

И мы сделали… достигли впечатляющего освобождения и несколько минут просто измученно лежали. Мы были неподвижны и лишь судорожно дышали, пытаясь прийти в себя.

– Вот что бывает, когда ты набрасываешься на меня по утрам, – шепнул я на ухо Ноа.

– Я запомню.

Уже несколько месяцев я не завтракал вместе с отцом. Наверное, последний раз был вскоре после того, как Ноа вернули домой после похищения.

Какое странное дежавю! Раффаэлла, конечно, присоединилась к нам, она же предупреждала о семейном завтраке.

Я не хотел, чтобы они видели мое недовольство: ведь мне было не по душе здесь находиться. Моя девушка огорчалась, когда я не ладил с ее матерью, поэтому я попытался сохранять спокойствие. Рыжая была рядом, больше рассматривая, чем съедая хлопья. Как всегда, работало радио, но, когда отец и Раффаэлла сели напротив, я понял, что сейчас будет не просто семейный завтрак.

– Ну… – начал отец и попеременно посмотрел то на Ноа, то на меня. – Как дела? Скоро тебе уезжать в университет, девочка. У тебя все готово?

– Я даже еще не начинала собираться! – ответила она, засовывая в рот ложку с хлопьями.

Я напрягся, увидев, что она, похоже, не намерена говорить о том, что переезжает ко мне… Этот момент был хорош, как и любой другой, но Ноа не подавала мне никаких намеков.

– Уже знаешь, кто будет твоей соседкой? – спросила Раффаэлла, и Ноа чуть не подавилась.

Я протянул руку и начал нежно постукивать ее по спине.

– Пока нет, – хрипло ответила Ноа.

Черт, я мечтал убраться отсюда!

Раффаэлла посмотрела на Уилла, а затем родители сосредоточились на нас.

– Мы хотели поговорить с вами, ребята, – начал отец. – Думаю, последние несколько месяцев мы не вели себя как настоящая семья… У нас было несколько крупных ссор, и хотелось бы решить проблемы, чтобы всем стало легче.

Неожиданный поворот. Я посмотрел на отца и отодвинул в сторону чашку с кофе. Я весь превратился в слух.

– Вы наконец признаете, что мы вместе? – спросил я без колебаний.

Раффаэлла напряглась, и Уилл бросил на жену предостерегающий взгляд.

– Мы признаем, что вы молоды и нравитесь друг другу… – сказала Раффаэлла.

– Мы любим друг друга, мама, думаю, это больше, чем просто нравиться, – выпалила Ноа.

Раффаэлла сжала губы и кивнула.

– Да, Ноа, и я знаю, что вы думаете. Вы считаете, что я пытаюсь испортить вам жизнь и не принимаю ваши отношения, и, возможно, вы правы… но вы молоды, кроме того, между вами пять лет разницы, а это очень много, особенно учитывая, что тебе только исполнилось восемнадцать, – заметила Раффаэлла, на миг сосредоточившись только на дочери. – Я прошу вас не торопиться. Ник, надеюсь, ты понимаешь, что Ноа ждет самостоятельная жизнь, она начнет учиться в университете… и я хочу, чтобы она набиралась опыта и веселилась, чтобы получила столько эмоций, сколько я и не мечтала получить в ее возрасте.