Женаты поневоле - Дина Данич

Согласно плану Ларисы после торжества мы с мужем должны были поехать в отель, где нам забронирован номер для молодоженов. Опять же - все напоказ. Но так как Адамиди нарушил идеальный план этой мегеры, то теперь я уже не уверена, где мы окажемся.

- И куда теперь?

- А куда ты хочешь? - Мирон косится в мою сторону, пока стоим на светофоре.

- Домой?

- Ты спрашиваешь? Или выбираешь?

Мне чудится, что он со мной флиртует. Но зачем? Неужели все же решил окончательно сменить гнев на милость?

- Если честно, я очень устала, - признаюсь. - Лучше туда, где не придется позировать на камеру и улыбаться знакомым.

- Значит, поедем просто кататься. 

Та легкость, с которой Адамиди готов нарушить все планы меня восхищает. Но и пугает. Если наш побег отец еще спустит из-за того представления, что устроил мой муж, то как отнесется к тому, что в отель мы не приедем? 

Что если здесь он найдет очередной повод, чтобы наказать меня через благополучие мамы?

- Знаешь, а давай все же в отель. Надо хоть посмотреть, что там выбрала Лариса.

- Уверена? - удивленно спрашивает Мирон.

- Да, вполне. Просто закажем еды в номер и отдохнем. В конце концов там же будет ванна и теплая постель.

Я не очень понимаю, что мелькает во взгляде Адамиди. Но усталость и правда дикая. Хочется поспать. И никого не видеть. Так что в этом я не лгу.

Конечно же, нас встречают. Не знаю уж как персонал прознал, но не удивлюсь, если вездесущая Лариса и это предусмотрела.

Люкс, в который нас приводят, шикарен. Хотя чего ждать от отеля такого уровня?

Мало того что здесь не одна, а несколько комнат, так еще и везде символика для молодоженов. И будь мы любящей парой, это было бы, конечно, к месту, а так…

Когда остаемся одни, муж открывает шампанское и разливает по бокалам.

- Ну, что, Варвара, за нас? - произносит, передавая мне один из них. 

Натянуто улыбаюсь, забираю тот и делаю глоток.

Молчание затягивается, и мне становится немного неуютно под пристальным взглядом супруга.

- Тебе очень идет это платье, - говорит он, добавляя в голос хрипотцы. Я знаю этот тон - Мирон умелый соблазнитель. И сейчас он делает именно это - соблазняет. Очаровывает. И я почти готова поддаться ему.

- Спасибо, - опускаю взгляд, нервно крутя в руках бокал. Муж забирает тот, ставит на столик и оказывается слишком близко ко мне. Настолько, что я чувствую это особенно остро.

- Как насчет скрепить наш союз, сладкая?

- 43 Варя -

Его голос звучит настолько соблазнительно, а взгляд не просто очаровывает. Он словно гипнотизирует и подавляет любую мысль о том, чтобы отказаться.

А потом случается поцелуй. Напористый, даже в чем-то жесткий. Будто он по праву принадлежит мужу. Как и я сама.

Я в смятении - ведь тело мое реагирует вполне однозначно. Да и что скрывать - действует Мирон очень умело. Мне хочется ему уступить, хочется попробовать - как оно, иначе? То, что возможно между нами, будоражит. Я уже на грани, и готова сдать последние позиции, как вдруг мелькает мысль, что у него за плечами громадный опыт, а я… И тут же в памяти всплывает та самая Оля. Не к месту, безусловно. Но именно это тормозит меня. Напоминает, что, во-первых, я стану одной из в его списке побед. Очередной зарубкой. А я ясно понимаю, что такое меня не устроит. Пока наша близость носит вынужденный характер, я не среди них, тех кто поддался Мирону.

А во-вторых, поддавшись магии моего мужа, я напрочь забыла о том, что вообще-то у меня те самые дни. И будет крайне неловко, если мы продолжим, а потом он это увидит.

- Нет, - говорю, выставляя перед собой ладони.

- Нет? Уверена? - судя по взгляду, Мирон не в восторге от моего решения. 

- Уверена. Послушай, у меня… У меня была задержка. 

- Была?

Киваю и делаю шаг назад. Адамиди не удерживает. Только смотрит напряженно.

- Да. Я даже тест сделала, но там не слишком четко вышло… В общем, врач сказала, что, скорее всего, это был самопроизвольный выкидыш. Такое бывает. и…

- Давно?

- Пару дней как. Так что сам понимаешь - сейчас мне нельзя. Ну, и тебе стоит знать, что в этот раз не вышло. Извини. 

Атмосфера в комнате становится слишком тяжелой, густой. Я не понимаю, о чем думает муж. По его лицу ничего не прочесть - просто смотри, возможно, как-то разочарованно.

- Ты не рассказала.

- Да как-то к слову не пришлось, - нервно поправляю платье. - Извини, я правда очень устала. Понимаю, ты сейчас злишься, и тебе надо… Ну… с кем-то…

Перевожу взгляд на стену, а затем, собрав все свое мужество, заканчиваю:

- В общем, если решишь провести с кем-то вечер и ночь, сделай, пожалуйста, это так, чтобы никто не узнал. Отец не обрадуется, если твоя связь всплывет.

Я фактически сбегаю в другую комнату, закрываю дверь и с колотящимся сердцем жду.

Чего? Не знаю. Может, что Мирон ворвется и начнет убеждать, что не станет ни с кем отжигать, что никуда не уйдет. Или вовсе проявит понимание и… И что? Он - мужчина. Вряд ли он станет переживать из-за того, что я потеряла ребенка. Учитывая, что это еще и не доказано. Тем более, что между нами нет отношений и чувств. Только вынужденный брак.

Но время идет, а ничего не происходит. И