Бессердечный магнат - Надежда Волгина

– Хорошо! Тогда, едем в бар, – решил он. – Знаю один, где к пиву подают самые вкусные ребрышки.

– А тебе пиво нельзя, ты за рулем.

– Нельзя… – задумчиво протянул Иван. – Не беда! Там и просто наесться от пуза можно. А тебе я разрешаю выпить бокальчик пива.

– Фу! Терпеть его не могу. Только в туалет с него потом бегать…

И это тоже у нее получилось сказать как-то по-детски. В сущности она еще такой ребенок, а требует от нее Иван, как от взрослой. Но ведь и поступок она совершила совсем недетский, – напомнил себе Иван, – как и повзрослела рано, раз решилась на такое.

К бару он подъехал как только смог близко, но метра три им все равно пришлось бежать под дождем.

– Если я заболею, то виноват будешь ты! – высказала ему Зоя, когда влетели они снова оба мокрые в небольшой предбанник.

– Если заболеешь, буду тебя лечить, так и быть, – не остался в долгу Иван. Но что-то ему подсказывало, что иммунитет у этой малявки крепкий. Да и на свой он не жаловался.

Но на всякий случай подоспевшего к ним официанта Иван попросил для начала принести им горячего чая с малиной.

– Теперь точно не заболеешь. Пей! – придвинул он к Зое чашку с чаем, которую и наполнил собственноручно.

– Какой заботливый! – фыркнула она. Но чай пила с удовольствием, это Иван просек.

Потом они заказали суп. Иван себе выбрал грибной суп-пюре, а Зоя предпочла куриный супчик с клецками. На втором их предпочтения сошлись, и оба они выбрали фаршированный перец. А еще в этом баре пекли фирменные ржаные булочки с хрустящей корочкой, которые неожиданно привели Зою в восторг.

– Ничего вкуснее не ела! – заявила она, вгрызаясь в очередную булочку. И это после того, как разделалась с порцией перца. – За них я тебе готова простить многое, – с благодарностью посмотрела она на Ивана.

– И даже поцелуй? – зачем-то спросил он, хоть и не собирался заговаривать с ней на эту тему.

Но с ним творилось что-то странное – в компании этой девчонки Иван чувствовал себя как-то… уютно, правильно. Он радовался ее насыщению. Ему нравилось, когда что-то до такой степени нравилось ей. А эти хрустящие булочки он уже любил всем сердцем. И очень не хотелось, чтобы такое состояние заканчивалось.

Зоя зависла с булкой в руке, так и не донеся ее до рта. Она так смотрела на него, словно в ее голове никак не укладывалось то, что услышала.

– Не делай больше так, – попросила она и сделала это очень серьезно.

– Как?

– Не задавай мне таких вопросов.

– Почему? – удивился Иван.

– Потому что мы с тобой не друзья и уж тем более… – она осеклась и затолкала себе в рот остатки булочки. Иван снова едва сдержал смех, хоть тот и был сейчас неуместен. Но этой булкой она словно заткнула себя, чтобы не сболтнуть лишнее, и получилось это забавно.

– Тем более, что, Зоя?

– Ничего, – потрясла она головой.

– Тем более не те, кто может целоваться? – докончил за нее Иван фразу.

Первый раз видел, как она краснеет. Как прячет от него глаза. И такая ее реакция подсказала Ивану, что про тот поцелуй она тоже думает и делает это не реже него. Что же получается? Что их тянет друг к другу, несмотря ни на что? Про себя он теперь это мог сказать с уверенностью. А ее реакция говорила сама за себя. Но это же и было в корне неправильным.

Дождь немного ослабел, когда они выходили из бара. Зоя первая шагнула под него. Она словно бежала от неловкости, что повисла между ними. А потом еще долгое время молчала в машине.

Иван тоже не знал, что можно сказать. Мыслей много лезло в голову, но сейчас он хотел знать, о чем думает она.

Когда Зоя задремала, он даже обрадовался. Нет-нет, да посматривал на спящую девушку, удивляясь самому себе. Когда это он перестал хотеть убить ее, а стал мечтать сорвать с ее губ поцелуй? Сколько времени прошло с момента их знакомства, прежде чем он стал чувствовать себя одиноким, когда ее не было рядом? И самое главное – что ему теперь делать со всеми этими чувствами?