Предположение - Аврора Роуз Рейнольдс

На следующий день после нашего первого свидания Кентон разбудил меня рано, вытащил из кровати и потащил в душ, где занялся со мной любовью, а потом велел одеться, потому что нам нужно было пройтись по магазинам. Я надела шорты и легкую футболку. Я была измотана из-за того, что не спала прошлой ночью, и не в настроении ходить по магазинам, но он казался таким взволнованным, что я не смогла признаться, что ненавижу ходить по магазинам.

Сев в его машину, мы направились в Нэшвилл. Я ожидала, что Кентон отвезет нас в торговый центр, но вместо этого мы приехали большой мебельный магазин.

— Почему мы здесь? — спросила я, глядя на магазин перед нами, а затем на него.

— Мне нужна новая кровать, — сказал он, выпрыгивая из машины.

Мое сердце упало.

Мы только вчера занимались сексом в первый раз, а он уже покупает новую кровать, чтобы оставить мою?

Я подождала, пока он откроет дверь, чтобы я вышла. Хотелось выцарапать ему глаза за то, что он такой осел, но я проглотила боль, решив найти другой способ отомстить ему.

Он взял меня за руку и повел в мебельный. На входе нас поприветствовал мужчина лет тридцати пяти, с плохо причесанными волосами и в еще худшем костюме. Я огляделась, пытаясь прояснить голову, пока Кентон с тем мужчиной тихо разговаривали.

Когда Кентон схватил меня за руку и переплел наши пальцы, я любовалась большой двуспальной кроватью с балдахином. В комплект входили красивые тумбочки, круглые посередине, с тонкими изогнутыми ножками, а также комод и шкаф, похожие друг на друга. Из темного дерева, с зарубками, из-за чего казалось, что это дерево только что срубили в лесу. Я могла представить себе принцессу, спящую в этой кровати, в комнате с такой мебелью.

— Тебе нравится? — спросил он.

Я посмотрела на него, потом снова на кровать. Я также видела его в ней. Неровность дерева была достаточно мужественной, и некая причудливость дизайна смягчалась.

— Очень мило, — тихо признала я, не понимая, как мне выбрать кровать, которая в принципе гарантирует, что он больше не будет спать со мной рядом.

— Ты бы купила такую для своей комнаты?

— Да, — честно ответила я.

— Ральф, мы возьмем эту.

Ральф кивнул, и мы последовали за ним к кассе, где он пробил покупку. Весь набор стоил более шести тысяч долларов, и Кентон вытащил бумажник, а из него блестящую черную карточку, и протянул ее Ральфу без малейшего сожаления на лице. Когда мы закончили, Ральф сказал, что доставка будет сегодня днем.

Когда мы вышли из мебельного магазина, я была уверена, что мы отправимся домой, но он поехал в магазин товаров для дома, повел меня внутрь, прямо в отдел постельного белья, велев что-нибудь выбрать.

— Что значит — «выбери что-нибудь»? Это твоя кровать. Выбери что-нибудь сам, — огрызнулась я, скрестив руки на груди, чтобы не ударить его в живот. Мои чувства были задеты. Все, чего я хотела, — это вернуться домой. Я знала, что это глупо, но мне все равно хотелось плакать по этому поводу.

— Мне нужна помощь, — сказал он с кривой улыбкой.

Я прикусила губу, оглядела каждый комплект постельного белья, и один из них привлек мое внимание. Он был белым с большим рисунком дерева и зеленой каймой из шелковой ленты. Я знала, что это будет потрясающе смотреться с его новой мебелью для спальни, но также думала, что это слишком женственно для комнаты парня. Я подошла к стеллажу, схватила набор «Постель в Сумке», белье в котором было коричневого и черного цветов, и протянула Кентону. Он перевел взгляд с сумки на мое лицо и прищурился.

— Что? — спросила я, гадая, что не так с набором, который я выбрала.

Я сделала то, о чем он меня просил, так в чем же его проблема?

— Ты бы выбрала его для своей комнаты?

— Нет, но это не для моей комнаты, — сказала я, указывая на себя. — Это для твоей комнаты. — Я пожала плечами и пошла прочь, но он схватил меня сзади за джинсы, и его руки скользнули по моему животу.

— Как думаешь, кто будет спать со мной в одной постели? — спросил он у моего уха. Прошлой ночью он обнаружил, что у меня это слабое место.

— Не знаю, — ответила я, чувствуя, как глупые слезы щиплют нос. Я не хотела думать ни о ком в его постели.

Он повернул меня в своих объятиях, и я опустила голову, не желая, чтобы он увидел эмоции, которые, я была уверена, написаны на лице.

— Что такое? — Его обеспокоенный голос заставил меня поднять глаза. Я покачала головой и отвела взгляд, но он коснулся пальцами моей щеки, заставляя посмотреть на него. — Ты самая трудная женщина, которую я когда-либо встречал, — покачал он головой и рассмеялся.

Мои глаза сузились, он увидел это и рассмеялся пуще прежнего.

— Что, черт возьми, смешного? — прошипела я.

Он перестал смеяться, и голос его стал серьезным:

— Ты будешь спать в моей постели. Я хочу, чтобы отныне ты спала именно там. И еще я хочу, чтобы тебе было удобно. Вот почему я взял тебя с собой по магазинам.

— О, — пробормотала я, ощущая трепет в животе.

— Итак, что мы выбираем?

Я прикусила губу и подошла к набору, который мне понравился. Взяла его и тут же положила, увидев ценник.

— Может быть, лучше вот этот, — предложила я, увидев гораздо более дешевый вариант.

— Господи. — Он покачал головой, подошел и взял тот, который мне понравился. — Ненавижу ходить по магазинам, так что все пройдет намного быстрее, если ты просто выберешь то, что тебе нравится, и мы уберемся отсюда к чертовой матери.

— Не будь ослом, — прошипела я, вызвав у него улыбку.

— Нам нужны простыни?

— Да, — сказала я, затем подошла к простыням, взяв два комплекта — черный, который соответствовал бы дереву, напечатанному на комплекте, и зеленый, того же цвета, что и лента на кайме. Все время, пока топталась вокруг, я слышала смех Кентона. Я закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку, когда его рука легла мне на плечи, а губы коснулись виска.

Ощущение, что он делает глубокий вдох, возвращает меня в настоящее, и я слегка запрокидываю голову, чтобы посмотреть на него.

— Все в порядке?

— Все хорошо. Джастин только что ушел. Он сказал, что ты поздно легла спать, потому что всю ночь ела вредную еду и смотрела, как он играет в