Единственный конец злодейки – смерть. Том 2 - Гёыль Квон

которые издевались над Пенелопой за обедом, выгнали. Также были уволены рыцари, что травили Иклиса. Со временем благодаря подаркам и вниманию герцогской дочери его авторитет должен был укрепиться.

Ошеломленная поначалу словами юноши, я постепенно вернула самообладание и, осторожно вынув руку из-под щеки Иклиса, нежно погладила его по голове, и тогда…

Система

Хотите проверить уровень симпатии Иклиса?

(6 миллионов золотых монет / 200 очков репутации.)

– Да!

Система

Вы потратили 6 миллионов золотых монет на проверку уровня симпатии Иклиса.

(Остаток: 88 миллионов золотых монет.)

«Симпатия 86 %».

Вот это да! Пускай актерская игра, лишь бы симпатия продолжала расти!

– Хорошо, Иклис, будь по-твоему.

Глава 10

Иклис отказался снимать ошейник, и, не желая настаивать, я вернулась к себе.

– Госпожа, вы уже здесь? – встретил меня дворецкий.

Странно, мы ведь все обсудили…

– Феннел, что-то случилось?

– Пришло важное сообщение!

– Очередное приглашение? Можешь выбрасывать.

Я отдала зонт и шаль Эмили и села за письменный стол. Теперь, когда я стала королевой охоты, приглашения сыпались как из рога изобилия. Феннел рекомендовал мне бывать иногда в приличных домах, но, не вняв совету, я планомерно отправляла приглашения в топку. Еще встретиться с синеволосой мне не хватало!

– Дело в том… – Феннел замялся, – что письмо принес дворцовый посыльный и без вашего участия никак не обойтись.

– Неужели?

Старик с виноватым видом протянул мне роскошный конверт, украшенный золотистым драконом. Какое-то дежавю! Это, несомненно, письмо от чертова…

– О боже! Наша госпожа так отличилась во время состязаний, что ее, должно быть, приглашают во дворец! – воодушевленно заключила Эмили, даже не подозревая о том, что творится у меня на душе.

– Ох… – тяжело вздохнула я.

Настало неизбежное! Сбежав из дворца, я жила затворницей, чтобы случайно не попасться на глаза приближенным кронпринца. Шло время, но ничего не происходило, и я наивно полагала, что скандальная история завершилась сама собой.

– Дай-ка сюда!

Вздохнув еще раз, я вскрыла конверт ножом для бумаги и принялась читать.

Дорогая Пенелопа!

Или теперь уместнее слово «любимая»? Во время нашей последней беседы ты, увы, была немногословна. Пресловутый судебный процесс оказался весьма резонансным. Поэтому, разбираясь с его последствиями, я никак не мог написать тебе раньше. Однако нам нужно поговорить по душам, не правда ли? Приезжай скорее во дворец или горько пожалеешь!

Каллисто Регулус

– С ума сойти!

Меня бросило в дрожь, и я ожесточенно скомкала бумагу (первое письмо от Каллисто постигла та же участь).

– Это снова от него? – взволнованно поинтересовался Феннел.

– Ах… – Мой вздох оказался красноречивей слов, и дворецкий понимающе кивнул.

В мрачных раздумьях я подперла ладонью подбородок. И как же поступить с этим горе-возлюбленным?.. Наверное, надо было сказать на суде, что я позвала кронпринца в лес, надеясь признаться в своих чувствах. Но не исключено, что это привело бы к еще более неприятным последствиям… Вдобавок мне бы пришлось объяснять Каллисто свое непоследовательное поведение. Оставалось одно – отсиживаться в имении под благовидным предлогом. Но что же сочинить? Я не ранена, и вряд ли кто-то поверит, что меня в одно мгновение сразил страшный недуг.

– Феннел, подыщи, пожалуйста, убедительную причину долгое время не выезжать из дома, – отчаявшись, попросила я.

– Хм… – Верный слуга задумался. – Можно сказать, что вследствие переутомления во время охотничьих состязаний у вас возникли тяжелые мышечные боли.

– А ведь и правда! Я не в силах и шагу ступить!

– Сейчас же позову семейного доктора.

– Благодарю, Феннел!

Липовый диагноз был готов. Что ж, отсижусь дома – и дело в шляпе! Я довольно улыбнулась, а дворецкий поспешил улаживать дела: ему предстояло отправить во дворец ответное письмо, составленное от моего имени и снабженное заключением семейного врача.

– Госпожа, вы больны? – растерялась Эмили.

Девушка удалялась, чтобы убрать вещи в шкаф, и, вернувшись, услыхала слова «семейный доктор».

– Да. – Я уверенно кивнула. – У меня переутомление!

Через несколько дней одежда для Иклиса была готова. Однако ноша оказалась непосильной для хрупкой девушки, и я попросила Феннела вручить подарок от моего имени, да так, чтобы это видели все рыцари.

– Госпожа! – Дверь распахнулась, и в комнату влетела Эмили. – Быстрее! Вы не поверите!

– Эмили, ну что за бесцеремонность?! Не видишь, я говорю с Феннелом.

– Сейчас не до того! – Девушка была в высшей степени возбуждена. – Там снаружи Его Высочество!

– Что?

– К нам приехал кронпринц!

У крыльца остановилась роскошная золотая карета, украшенная изображением дракона, из которой неспешно вышел Каллисто. Волосы кронпринца сияли не меньше, чем его экипаж.

– Здравствуйте, герцог! – Каллисто радостно поприветствовал хозяина. – Встречаете меня самолично? Это, право, лишнее.

Узнав, что к нему пожаловал столь высокий гость, герцог, разумеется, не мог усидеть на месте.

– Ваше Высочество! Чем мы обязаны этой нечаянной радости?

– Хм… По-вашему, должна быть особенная причина? Я и впредь не обделю вас своим вниманием, поэтому забудем политес!

– Как скажете… – Не понимая, что происходит, герцог нахмурился.

– Герцог, я приехал к вам с одной просьбой. Или в кругу семьи уместнее называть вас «папа»?

– Что?! – У герцога отвисла челюсть.

Не обращая на это внимания, кронпринц принялся оглядываться, словно разыскивая кого-то.

– Но где же моя бывшая возлюбленная? Наверное, все прихорашивается? – Кронпринц решительно направился к парадному входу.

Слуги, да и сам герцог, опешили.

– Ваше Высочество! – Герцог проворно встал в дверном проеме. – Неужели вы будете настаивать? Несмотря на ваш статус, это уж слишком!

– Герцог, ну, будет вам! Не лучше ли поболтать за чашечкой чая? Так-то вы встречаете гостя?! – Кронпринц мягко подтолкнул герцога, пытаясь просочиться в дом.

– Гостя?! – Герцог раскраснелся.

Применять оружие к членам императорской семьи было запрещено законом, и хозяин держал оборону, преграждая путь собственным телом.

– Это вероломное вторжение! Если не одумаетесь, я буду вынужден сообщить Его Величеству!

– Самовольное вторжение? Пожалуйста, не драматизируйте! Возможно, в будущем мы станем родственниками.

– Ваше Высочество! – взмолился герцог, но кронпринца было не остановить.

Ну и наглец! Наблюдая за происходящим через приоткрытое окно, я заскрежетала зубами.

– Госпожа… – встревоженно окликнул меня Феннел.

Ну кто бы мог подумать, что этот безумец заявится в имение, несмотря на мое письмо?! Так вот что означали слова «или горько пожалеешь»!

– Эмили! – Задрожав от негодования, я крепко сжала кулаки.

– Да, госпожа?

– Собери служанок.

– Но зачем?.. – Недоумевая, Эмили склонила голову набок.

– Я должна выглядеть как человек, готовый в любой момент упасть замертво!

Впрочем, от выходок кронпринца действительно было впору грохнуться в обморок…

– Госпожа, мы закончили! – Девушки расступились. – Ну как вам?

– Хм, неплохо! Кажется, я вот-вот кашляну кровью и отключусь!

– Вы сердитесь?

– Напротив, это похвала!

Напудренное лицо, глядящее на меня из зеркала, было бледно, как у привидения, а губы отливали синевой. Под глазами темнели весьма натуралистичные круги, придавая мне вид болезненной аристократки.

– Отлично! – Я довольно улыбнулась.

Тук-тук – неожиданно в дверь постучали.

– Госпожа, это Феннел!

Я мигом прыгнула в постель и натянула одеяло до подбородка – вдруг кронпринц стоит за спиной дворецкого?

– Кхе-кхе. Входи… – сказала я измученным голосом.

К счастью, Феннел был один.

– Что там происходит?

Дворецкий подошел к моей кровати и охнул.

– Госпожа! Как стремительно вы изменились…

– Ну что, похожа на больную?

– Скорее на живой труп!

То что надо!

– Скажи, он еще не ушел?

Скорей бы смыть этот жуткий макияж…

– Э-э… – Похоже, Феннел подбирал слова. – Его светлость разрешил Его Высочеству встретиться с вами.

– Что?! – У меня отвисла челюсть. – Но ведь я нездорова!

– Я сообщил об этом, однако Его Высочество ответил, что сейчас же отправится к вам в комнату…

– Серьезно?!

– Правда, ваш батюшка был категорически против подобной аудиенции. В итоге сошлись на том, что встреча состоится