Их любимая - Дана Блэк

- Не испугался? - прижала к себе Гришу.

- Нет. Почему она кричала?

- Бабушка нездорова сегодня, - за меня ответил Арес. Он выехал в ворота и добавил скорость. В зеркало посмотрел на нас. Спросил. - Едем, Рита?

- Что она болтала? - слегка подалась вперед. - За что она меня ненавидит? Я ей ничего не сделала. Почему она думает, что вы...

- Я доверия твоего не заслужил пока, - перебил он меня и перевел взгляд на дорогу, освещенную фарами. - Но буду стараться. Ты уехала со мной - и это уже много, Рита. Я шанса своего не упущу, клянусь. Все сделаю, чтобы ты не пожалела. Сейчас мы приедем, уложим спать Гришу. И все обсудим по-взрослому.

Глава 39

Глава 39

Обсудим по-взрослому - это звучит очень пошло.

Но меня ничего не смущает.

Прав мой муж. И Гела. И Северские, которые по пятам за мной ходят, едва я снова вернулась в родной город. Нельзя делать вид, я притворяюсь так долго, что это меня убивает, медленно, по капле, жизнь из меня высасывает. А раз забыть я не могу - значит, пусть все они не зря винят меня, я сделаю ровно то, чего хочу сама.

Наплюю. На все условности, мнения, на собственный образ примерной и благодарной жены, в котором жила годами, ведь это правильно.

Узкая дорога за окном вьется, по обеим сторонам ее стены леса, за рулем Арес, играет радио. Мы катим в неизвестность.

И мне так хорошо.

Когда наш водитель свернул на очередном повороте и машина начала подскакивать на ямках и кочках, а вдали показались огни домов - я все-таки не удержалась.

- Мы разве не к тебе?

- Ко мне, - он бросил взгляд в зеркало. - Не в квартиру.

Откинулась на сиденье и прижала к себе Гришу. Дорога сына убаюкала, слышу, как он сопит и осторожно глажу его по мягким волосам.

- А почему не в квартиру? - спросила негромко. Покусала губу. - Сама угадаю. Там повсюду вещи твоей Лидии, ее банный халат в ванной и зубная щетка в стаканчике. На тумбочке возле кровати журнал со свадебными платьями, а в кухне кружка с ее именем.

- Да, Рита. Только кружки нет, - Арес усмехнулся. Сбросил скорость и машина поползла вдоль симпатичных одинаковых таунхаусов. - В чем дело? Ты все это время жила с мужем. И я тоже был не один. Но никогда не поздно понять свою ошибку и исправить ее. Согласна?

- Никто не знает. Может, как раз сейчас мы ошибаемся. Ты - потому, что невесту бросил. А я...

- Да брось. Сама в это не веришь. Притяжение, Стрелецкая. У нас друг к другу. А против законов физики не попрешь.

Уставилась в окно, когда Северский притормозил возле двухэтажного кирпичного дома. Стих гул двигателя, щелкнула блокировка, Арес вышел из машины, обошел ее.

- Сын уснул? - заметил он, заглянув к нам в салон и протянул руки. - Давай. Осторожно.

- Я сама.

- Дай его мне, - потребовал он и мягко разжал мои руки. Подхватил Гришу и уверенно зашагал по дорожке к дому. - Таунхаусы мы арендуем у фирмы Тима. Для сотрудников. Когда кто-то приезжает в командировку - выдаем ключи. У меня запасные комплекты от всех домиков.

- Очень удобно. Можно приезжать с любовницами, когда хочешь отдохнуть от невесты.

- Ты очень ревнива, любимая.

Заткнулась.

Иду за ними и смотрю по сторонам. Аккуратно подстриженные кустики вдоль дорожки, а соседние домики насажены так тесно друг к другу, словно у Тима плохо с глазомером.

Он же их строил?

Не верится.

Зачем ему это, если продолжает с пушками в машине кататься по городу?

Соберись, Рита.

Сейчас мы с его старшим братом уложим Гришу и останемся один на один. Пути назад нет, и все мои смелые мысли утекли, захваченные течением, меня так быстро несет куда-то. А ведь еще утром я была с Димитрием, выслушивала его оскорбления и заверения в том, что он желает мне добра.

- А Тим сюда не приедет? - спросила, когда Арес отпер дверь и мы шагнули в темный коридор.

- А ты хочешь? - ответил он глуховатым вопросом, щелкнул выключателем, и на стене слабым оранжевым светом вспыхнул светильник. - Как Гриша любишь гостей? Проходи за мной.

В спальне Арес уложил сына на широкую кровать и сам стал снимать с него ботиночки. Потом занялся рубашкой и брючками.

Прислонилась к косяку, наблюдаю. Если он думает, что Гриша от него и поэтому такой ласковый - как скоро закончится вся эта забота? Я же и сама не знаю, от кого из них троих у меня ребенок, да и знать этого не хочу. Не сосчитать, сколько раз мысленно ругала себя за то, что поддалась этим бандитам, в их доме стала женщиной, влюбилась...

И те же миллионы раз каждого из троицы Северских примеряла на роль отца Гриши. Представляла, как было бы, какой папа был бы из Ареса. Или из Тима. Или Севастиана.

И всегда почему-то казалось, что хороший, несмотря на то, как они поступили со мной.

Самый лучший в мире отец из любого Северского получился бы.

- Ты мне что-то объяснить хотел.

- Я не забыл, - Арес накрыл спящего Гришу одеялом и выпрямился. Хотел выключить лампу на тумбочке и обернулся на меня. - Или оставить? Проснется в незнакомой комнате и может испугаться. Да?

Ленивым шагом он приблизился, на ходу снимая пиджак, не отрывая от меня темного взгляда. Опустила глаза и попятилась от него в коридор.

Да, никто нам не помешает в этом доме, и сердце в груди выплясывает какой-то сумасшедший танец, а я даже не глядя на этого мужчину по памяти в деталях восстановить его образ могу.

Темные волосы, зачёсанные назад и скрепленные лаком. Мужественное лицо, прямой нос, ранку на верхней губе, его ухмылку, морщинки на лбу, когда он хмурится, его крепкое тело с буграми мышц и решительную походку наглеца, который убежден, что от него от в этом мире зависит все.

- Чего ты вдруг испугалась, Стрелецкая? - шепнул он уже в коридоре, развернул меня и прижал к широкой груди. Медленно повел вперед. - Дома у отца была очень смелая. Сама пыталась снять с меня брюки.

- Я и сниму, - пообещала