Дикий кoт - Бeлла Мэттьюз

Освещение здесь удивительное, а атмосфера такая потрясающая и модная.

Это идеально подходит для Хлои, Кэйрис и всех дизайнеров.

Кросс поднимает руки, чтобы коснуться моих волос, и я делаю шаг назад.

— Не-а. Ничего не трогать, Уайлдер. На это ушли часы.

Он перебирает пальцами красный бант, идеально расположенный на вершине моего высокого хвоста.

— Ты позволишь мне увидеть, что под этим халатом? — рычит он, и на секунду мне кажется, что я вернула себе своего Кросса.

— Нет. Пока нет. Тебе придется подождать, чтобы увидеть, как и всем остальным, — я быстро наклоняюсь и чмокаю его в губы, а затем стираю с них ярко-красный блеск. — Как ты себя чувствуешь?

— Лучше, — ворчит он. — Мое зрение все еще не в порядке. Я больше не вижу тебя раздвоенной. Но мне все еще трудно сосредоточиться.

— Я скучала по тебе.

Его лицо смягчается.

— Тогда почему ты держалась подальше?

— Потому что у меня была работа и тренировки, и мне нужно было подготовиться к этому. А ты не хотел, чтобы я там была, Кросс. Я не боюсь бегства, когда знаю, что меня хотят. Сказать мне, что тебе не нужна моя помощь, было бы достаточно для того, чтобы в мгновение ока превратить меня из смелой в беглянку. А ты не хотел моей помощи.

Я провожу большим пальцем по его нижней губе.

— Как дети?

— Керриган была расстроена, потому что Грейс вела урок сегодня утром. Она хотела знать, где ты.

Ну, черт. Это сильно задевает.

— У меня была тренировка по чирлидингу.

— Она хочет посмотреть, как ты выступаешь. И ее отец тоже.

Мой желудок делает сальто.

— Наверное, хорошо, что у моей семьи есть большая ложа, не так ли?

— Да, детка. Думаю, что так и есть.

Грейси заходит, оказавшись за спиной Кросса, и бросает на меня взгляд «тебе лучше пошевелить своей задницей».

— Мне пора.

Я делаю шаг назад, когда Кросс обхватывает рукой мои волосы и притягивает меня к себе для поцелуя, от которого у меня подгибаются пальцы на ногах.

— Да, детка. Тебе лучше пойти и подкрасить губы.

— Заносчивый ублюдок, — поддразниваю я.

— Самоуверенность, детка. Это самоуверенность.

Cмотрю, как она уходит, а ее мама и тетя хватают меня за руку.

— Пошли, Кросс. Давай купим тебе что-нибудь выпить, — говорит тетя. Думаю, ее имя Нэтти.

— Ему нельзя пить, Нэт. У него сотрясение мозга, — говорит ей Аннабель, пока они ведут меня обратно в бар, наполненный группой людей.

С некоторыми я уже встречался, с другими — нет. Но одного я могу выделить в толпе. «Деклан», — окликает его жена, и Деклан Синклер, лучший квотербек, когда-либо игравший в футбол, оборачивается.

Ага. А еще он отец женщины, в которую я чертовски влюблен.

И он, возможно, а возможно и нет, смотрит на меня так, будто ему понадобится помощь, чтобы похоронить мое тело.

— Деклан, милый, это Кросс.

Аннабель сбрасывает мою руку, и я протягиваю ему свою.

— Приятно познакомиться с вами, сэр.

Блять. Сэр? Серьезно? Тридцать один чертов год, а я называю его сэром.

Все вокруг останавливаются и смотрят на нас.

— Ты знаешь, мой лучший друг — Сэм Беневенти.

— Кто? — спрашиваю, искренне не понимая, кто это, когда все разражаются смехом.

— Не облажайся с моей дочерью, и тебе никогда не придется об этом беспокоиться.

Деклан пожимает мне руку, и вижу, как парень примерно того же возраста, что и он, качает головой.

— Ладно, Дек. Просто используй меня как, свои мускулы.

Полагаю, это Сэм.

Владелица «Сладких искушений» обхватывает его за талию.

— Ты все еще большой и страшный, милый. Все в порядке.

Истон Хейз подходит ко мне.

— Я предупреждал тебя, что они все сумасшедшие. Это началось с их родителей.

— Не хочешь поделиться секретом? — спрашиваю я, пока Арес пристраивается рядом со мной, а Мэддокс — по другую сторону от Истона.

— Не-а, — говорит Мэддокс. — Так будет веселее.

— Ты готов к этому? — спрашивает Каллен, раздавая пиво всем, кроме меня. — Жаль слышать о сотрясении мозга. Чертов отстой.

— Спасибо, — ворчу я, не очень привыкший общаться с группой парней, которых плохо знаю.

— Нет, блять. Я не готов. Моя жена собирается ходить по подиуму в нижнем белье. Не знаю, как должен быть в порядке с этим.

Мэддокс шлепает его по спине.

— Потому что ты тот, с кем она пойдет домой. Кроме того, думаю, половина мужчин в этой комнате — родственники Линди. Никто на нее так не смотрит. А вот этот парень, — он наклоняет голову в мою сторону. — Ты в жопе, чувак. Большинство парней в этой комнате хотят заполучить твою девчонку. Особенно когда они понимают, что их двое.

Арес смеется, и я чувствую, как моя голова начинает пульсировать.

— Спасибо, засранец. Это как раз то, что мне было нужно.

— Не за что. Это за то, что трахнул ее в моем кабинете.

Я смеюсь впервые за неделю.

— Да. Хорошо. Я это заслужил.

— Серьезно. Я годами надирал парням задницы, защищая этих двоих, — добавляет Каллен.

Я хочу спросить, знают ли они, кто обидел мою девочку, потому что кто-то это сделал.

Но это не их дело — говорить мне, если они знают.

Это должна сделать она сама.

— Да, — соглашается Мэддокс. — Беда не ходила на свидания.

— Беда? — спрашиваю я, пытаясь уловить суть.

— Так Мэддокс называет Линди, — объясняет Истон.

— Да. Она не ходила на свидания, — добавляет Мэддокс, и грудь Истона надувается, как у павлина. — А отец Бринн — бывший чемпион ММА в тяжелом весе, поэтому никто не хотел к ней подходить. А Кензи всегда больше интересовала учеба, чем парни. Но, блять. Близняшки, им всю жизнь приходилось отбиваться от парней гребаной палкой.

Каллен кивает.

— Скорее, нам. Каждый мудак, у которого были глаза, приставал к ним.

— Да. Повеселись с этим. Мы официально передаем эстафету. Они твои, — Мэддокс ухмыляется, и это немного жутковато.

— Только одна из них моя, — говорю я с улыбкой.

Потому что она действительно моя.

— Не-а. Они идут в комплекте.

Каллен обхватывает меня за плечи и провожает к месту в первом ряду рядом с семьей Эверли.

— Удачи, чувак.

Свет мигает, и через минуту открывается занавес, чтобы показать музыкальную группу на платформе в задней части Т-образной сцены. Кузина Эверли, Лайла, выходит с микрофоном в руках.

— Привет всем. Я Лайла Райан, и я так рада быть здесь