Система «Спаси-Себя-Сам» для Главного Злодея. Том 3 - Мосян Тунсю

обхаживать Тяньлан-цзюня, старый глава Дворца направил ещё нескольких учеников шпионить за старшей сестрой по школе – однако та без труда скрывалась от надзора, так что ему пришлось заняться этим самолично. В конце концов усилия старого главы оправдали себя, ведь ему таки удалось вызнать причину, по которой Тяньлан-цзюнь задержался в мире людей. В один прекрасный день глава школы застал ученицу на горе Байлу – та восседала на голове гигантской змеи цвета цин бок о бок с владыкой демонов, ведя с ним тихую беседу.

Должно быть, этой гигантской змеёй был Чжучжи-лан – ничего другого в голову Шэнь Цинцю не шло. Подумать только, родной племянник, ближайший сподвижник – и низведён до роли подушечки для сидения на свидании своего господина! С какой стороны ни посмотри, Желейке можно лишь посочувствовать!

– Страшась спугнуть Тяньлан-цзюня, старый глава Дворца спрятался неподалёку, внимая еле слышной беседе. Терпеливо подводя разговор к нужному ей предмету, Су Сиянь закидывала удочку так и эдак[105], пока наконец не заставила Тяньлан-цзюня настолько потерять голову, что тот поневоле открыл ей цель, ради которой проник в мир людей: утопить школы совершенствующихся в крови и подчистую разграбить их сокровищницы во славу мира демонов!

При последних словах толпа потрясённо ахнула, а Шэнь Цинцю в сердцах сплюнул себе под ноги.

Сказать по правде, цель, достойная победителя в номинации «Самый Шаблонный Злодей Года», не подходила столь неординарной фигуре, как Тяньлан-цзюнь. Сложно себе представить, что эти исполненные алчности и самонадеянности слова в самом деле слетели с его уст. К тому же, будучи верховным владыкой демонов, Тяньлан-цзюнь мог заходить в Гробницу непревзойдённых – в это неисчерпаемое хранилище бесценных сокровищ – как к себе домой. Снедаемый бездельем, он вполне мог позволить себе открыть лавочку и играть там в «набрось кольцо» [106], раздавая уникальные артефакты в качестве призов. И после этого вы всерьёз думаете, что ему есть дело до ваших жалких «сокровищ»?

Хоть вся эта история вызывала у Шэнь Цинцю изрядные сомнения, он предпочёл придержать их при себе, ведь великий мастер Уван продолжал вещать, будто заведённый:

– Старый глава Дворца незамедлительно поставил в известность об этом глав всех великих школ, и они втайне разработали план: Су Сиянь виделась с Тяньлан-цзюнем дважды в месяц, и во время очередной встречи объединённые силы совершенствующихся возьмут владыку демонов в окружение. Что до дальнейшего, то лучше я передам слово главе школы Юэ как очевидцу тех событий.

– Боюсь, что я не так уж много могу добавить к словам великого мастера, – отвесил ему почтительный поклон Юэ Цинъюань. – Тяньлан-цзюнь никак не ожидал, что вместо Су Сиянь наткнётся на засаду. С ним был лишь один из его сподвижников – генерал Чжучжи-лан. По неосторожности попав в окружение, Тяньлан-цзюнь был побеждён превосходящими силами и взят в плен.

Да уж, из песни слов не выкинешь – его попросту задавили числом, застав врасплох. Справедливости ради, Юэ Цинъюань беспристрастно излагал события того дня, не пытаясь приукрасить неприглядную правду. Многие из тех, кто вырос на хвастливых рассказах своих старейшин о сражении на горе Байлу, впервые услышали, как оно было на самом деле, и почувствовали себя не в своей тарелке – но были и те, кто преисполнился негодования.

– Пытаясь защитить своего господина, – продолжил Юэ Цинъюань, – Чжучжи-лан был поражён могущественным артефактом, принадлежащим моему учителю, удар которого заставил демона принять изначальную форму – получеловека-полузмея – и обратил его в бегство, а Тяньлан-цзюня заточили под горой Байлу.

Так вот почему, когда Шэнь Цинцю повстречал Чжучжи-лана в пещере гриба солнечной и лунной росы, тот пребывал в столь плачевном состоянии – всему виной громы и молнии предыдущего главы хребта Цанцюн. А учитывая незамысловатые понятия Чжучжи-лана об отмщении и благодарности… Додумать эту мысль Шэнь Цинцю не успел: Система вновь дала о себе знать настойчивым пиликаньем очередного уведомления:

【Запущено новое задание! Помогите персонажу «Ло Бинхэ» пройти ответвление сюжета «Монастырь Чжаохуа». Цель задания: количество баллов положительного образа должно достигнуть не менее 200!】

Что ещё за баллы положительного образа?

Тут-то Шэнь Цинцю наконец осенило: он вспомнил, в чём заключалась суть арки с монастырём Чжаохуа.

Она была напрямую связана с отцом Ша Хуалин, Цзючун-цзюнем. Этот злополучный представитель знати мира демонов пострадал от своей неблагодарной дочурки, которая обратилась против собственной семьи[107], ради нового господина вырыв яму родному отцу. Потеряв свои земли, он какое-то время странствовал по южным рубежам, собирая разношёрстную армию в надежде вернуть утерянное[108] и отплатить Ло Бинхэ. Однако пресловутый ореол главного героя и его неуязвимое бриллиантовое тело лишали его малейших шансов как на первое, так и на второе…

Потерпев неудачу по всем фронтам, Цзючун-цзюнь долго копил неутолимую обиду в своём истерзанном сердце. И что же ему оставалось делать?

Разумеется, найти того, на ком можно её выместить!

И так уж вышло, что этим «кем-то» оказались монахи Чжаохуа…

Это нападение как две капли воды походило на то, что некогда учинила Ша Хуалин на пике Цюндин: преисполнившись самоуверенности, демоны крушили всё направо и налево, позабыв о небесных и земных законах, словно им жить надоело. Читая эту часть, Шэнь Цинцю поневоле фыркал, диву даваясь, до чего же схож образ мыслей отца и дочери.

Так вот, в оригинальном сюжете именно из-за того, что разношёрстный сброд Цзючун-цзюня не давал покоя как монахам, так и мирянам в окрестностях монастыря Чжаохуа, и созвали общее собрание совершенствующихся – не чтобы посудачить о личной жизни Тяньлан-цзюня, а чтобы наконец разобраться с этой докучливой бандой отчаявшихся мародёров, которые своими нападениями упорно старались привлечь к себе внимание.

Однако сама по себе причина сбора не имела значения – важным в этой второстепенной арке было то, что она предоставила Ло Бинхэ возможность грести эти самые баллы положительного образа лопатой.

Во время собрания демоны в подчинении Цзючун-цзюня смешались с толпой людей, поджидая удобного момента, чтобы «преподать урок этим плешивым ослам[109]» (так и было дословно сказано в романе). Однако стоило им высунуться, как Ло Бинхэ прекрасным и дерзким манёвром пресёк нападение на корню. Благодаря такому развитию событий мнение о нём сместилось от «злодея[110], коему нет прощения» до «не совсем потерян для общества».

Не подавая вида, Шэнь Цинцю осмотрелся и безошибочно подметил среди собравшихся тех, чей облик и манера держать себя выбивались из общей массы. Итак, сцена готова и актёры на местах!

В оригинальной истории не обошлось и без трёх прекрасных даосок, причём совместная работа Ло Бинхэ