Отравительница - И. В. Офелия

Внушительное деревянное полотно скрипнуло, когда я его толкнула. В доме было довольно темно, лишь несколько зажжённых газовых ламп вдоль стен и мягкий льющийся свет из его кабинета.

Дверь мягко закрылась за мной, и я направилась к кабинету, чья полоска света указывала мне направление.

Несмотря на ужасные воспоминания об этом месте, мне хотелось оказаться здесь ещё раз при других обстоятельствах. Его коллекция книг намного превосходила мою собственную, к чему я питала острую зависть. Чтобы прочитать их все, понадобится целая вечность, и я с радостью заперлась бы в этих четырёх стенах, чтобы начать уже сейчас.

Существа нигде не было видно, но, как ни странно, у меня было приятное ощущение, что мне рады в этом доме. Однако вместе со спокойствием появилось маленькое щемящее чувство ужаса в глубине моего живота. В конце концов, я уже привыкла бегать от него и защищаться. Я прекрасно отдавала себе отчёт в том, что мой план был глупым или, в лучшем случае, необдуманным. Но неординарные проблемы требовали радикальных решений.

Мои пальцы начали перебирать корешки книг. По меньшей мере двадцать рядов полок поднимались к высоким потолкам. Казалось маловероятным, что к верхним рядам вообще когда-нибудь прикасались, судя по тонкому слою пыли на обложках на уровне глаз.

Поэзия занимала нижние полки. Некоторые книги по истории, философии и праву располагались чуть выше. Многие из них, судя по всему, были первопечатными изданиями, поэтому я старалась не прикасаться к ним, боясь повредить хрупкие переплёты.

– Если ты не собираешься покушаться на мою жизнь сегодня вечером, я, так и быть, позволю тебе взять почитать одну из них.

Я взглянула на Сайласа через плечо, одарив его грустным взглядом.

Сайлас прислонился к дверному проёму, где, скорее всего, стоял уже несколько минут, наблюдая за мной. Он выглядел довольно небрежно: на рубашке были расстёгнуты несколько пуговиц, а рукава закатаны по локоть. Отойдя от стены, он подошёл к другому концу книжной полки, провёл пальцем по нескольким корешкам и затем взял один из томов. После этого он направился ко мне, пролистывая первые несколько страниц, чтобы убедиться, что это именно та книга, которую он хотел взять, и протянул её мне.

– Думаю, она тебе понравится.

Я бросила на него недоверчивый взгляд, прежде чем взять книгу из его рук.

– «Страх и трепет», – прочитала я название. – Это шутка?

– Это философия, – он ухмыльнулся. – На мой взгляд, ты похожа на экзистенциалиста.

Я открыла книгу, страницы зашуршали, когда я начала их пролистывать. Если это был чёрный юмор, то я его не поняла. Я захлопнула книгу и обратила внимание на новый декор на полу перед его письменным столом.

– Новый ковёр? – я приподняла бровь.

– Да, – он скорчил гримасу, проходя мимо меня к своему графину. – Я бы предложил тебе выпить, но я ещё не допил до конца твой самодельный коктейль.

– Почему ты просто не вылил его?

Он пожал плечами и налил себе стакан.

– У него приятный привкус. Немного пощипывает горло.

Сайлас сделал глоток и двинулся к своему столу, усевшись сверху и ожидая, когда я, наконец, расскажу о цели своего визита. Выражение его лица было несколько сдержанным.

– Ты сегодня выбрала красный, – прокомментировал он.

Он был прав. Я накрасила губы ярким гранатовым блеском. Мне пришлось сдерживать себя, чтобы не смазать его ненароком.

– Это не для тебя.

– Тогда для кого? – в его тоне чувствовалось лёгкое самодовольство.

– Для себя, – ответила я.

– Если ты так считаешь, пусть будет так, – он пожал плечами. – В данный момент меня больше интересует некое предложение, о котором ты упомянула по телефону.

– Не волнуйся, это довольно скромное предложение, – я неохотно оторвалась от книжной полки и направилась к середине комнаты.

– Думаю, мне нужно его сначала услышать, чтобы самому сделать выводы, – он потягивал яд из своего бокала, в то время как его поразительные бледные глаза неспешно следили за мной через отражение в стекле.

Я вдавила большой палец в ладонь, ёрзая на месте. Почему мне было так неловко спрашивать его об этом?

– Ты сказал, что «не можешь этого сделать», – начала я. – На кладбище.

– Я так сказал?

– Да, это было последнее, что ты сказал мне в тот день.

– Тебе лучше знать, – он уставился на меня. – И что же?

– Ты собирался меня съесть.

– Я никогда этого не говорил.

– Судя по тому, как дёргаются твои зубы, я вынуждена с тобой не согласиться, – я шагнула ближе. – Я не злюсь на тебя. Я понимаю, что это инстинкт, с которым ты не можешь справиться.

– Вы называете меня животным, мисс Лис?

– У меня для тебя припасены имена и похуже, но тем не менее, – продолжила я, остановившись перед ним, наши глаза находились на одном уровне. – Я готова предложить тебе сделку.

Он начал издавать более слабый вариант своих хищных щелчков, которые звучали приглушённо, словно он хотел всеми силами скрыть от меня тот факт, что я вызвала его интерес – или его аппетит.

– Я хочу обменять, – твёрдо сказала я. – Твою кровь на свою.

– Ты хочешь… мою кровь?

– Да, я хочу изучить тебя, – откровенно призналась я.

– И почему ты думаешь, что я позволю тебе это сделать?

– Потому что ты голоден. Ты плохо питаешься.

Его брови нахмурились.

– Глупости, – он сел прямее.

– Я провела много ночей, гадая, почему ты такой изнурённый. Я думала, что с едой у тебя всё в порядке, учитывая количество трупов, которые ты оставляешь после себя, но всё изменилось после той сцены на кладбище. Только тогда я увидела, насколько ты действительно истощён. Ты дрожал. Каждая клетка твоего тела хотела убить меня, но ты не сделал этого, – я сделала паузу на мгновение, тщательно обдумывая свои следующие слова. – Тогда ты сказал, что не можешь этого сделать, и это заставило меня задуматься: что тебя останавливает? Почему ты ведёшь себя так, будто тебе нужно специальное разрешение?

– Мне не нужно никакого разрешения.

– Тогда почему я до сих пор жива?

– От напряжения кровь густеет.

– Лжец, – я ткнула пальцем ему в грудь. – Кровь не густеет. Просто ты не только хочешь почувствовать её вкус, но и получить от этого удовольствие.

Он отвёл взгляд, отказываясь отвечать, словно упрямый ребенок.

– Пожалуйста, скажи, если я не права. Или ты вдруг изменился? Что случилось с желанием убить меня и использовать для своих нужд? Неужели у тебя появилось сердце так же быстро, как заживают раны,