Вот и всё! - Галина Ивановна Луценко

Затем он спокойно развернулся и вышел из квартиры. Я стояла в диком оцепенении и, посмотрев на себя в зеркало, поднесла руку к своим губам, коснувшись живительной влаги, которую оставили его губы. Неплохое завершение дня, учитывая начало. Я последний раз вдохнула манящий шлейф его ду-хов, которые он оставил, уходя, и поплелась в гостиную к подругам, устало плюхнувшись на диван.

— По ходу, я влюбилась, — обняв себя за плечи, я откинула голову на спинку дивана и тяжело вздохну-ла.

— Поздравляем, — сказала Света, и подруги весело рассмеялись.

— Он слышал весь наш разговор, пока поднимался к моей квартире, — отрешённо проинформировала я подруг.

— И что сказал? — живо поинтересовалась Дашка.

— Что, глядя на вас, паршивых я советчиц подыскала! — ответила я, и мы все вместе громко расхохо-тались.

— Я, между прочим, тоже, наверное, влюбилась, — неожиданно заявила Даша. — Просто пока мы за твою задницу переживали, то мне некогда было рассказать вам.

— И кто же этот несчастный мужчина? — спросила Света.

— Его зовут Юрий, — хвастливо пролепетала подруга, — этот тот самый секьюрити из Пришельца. И нас с ним свидание на выходных в этом же клубе. Так что я тоже времени зря не теряла. Что я хуже вас что ли?

— Этот, устрашающий душу, громила таки повёлся на твоё домогательство? — насмешливо спросила я.

— Ничего он не громила. У него спортивное телосложение. И он первый попросил мой номер телефо-на, так что не переживайте, я не покушалась на его честь и достоинство. Не завидуйте!

— Никакой зависти, Даша. Мы рады за тебя! — весело улыбнулась подруге Света.

Глава 11

Наконец мне показалось, что в моей жизни началось хоть как-то всё проясняться. В университете всё еще в мою спину пускали смешки, но я уже не так остро реагировала на это всё, так как была спо-койна, что вся эта история забудется через некоторое время. Андрей так и не разговаривал со мной, а я всё не могла собраться с силами, чтобы извинится перед ним. Меня останавливала злоба на него за то, что Артём так жестоко решил расправиться со мной за все полтора года моей беспрекословной власти над его другом и нашей необъявленной с ним войны. Хотя Андрей мог и не знать о мерзких происках своего друга. С другой стороны, мои поступки по отношению к Андрею были не менее мерзкими, но мне не хотелось подходить и разговаривать с ним. Если честно, мне уже было всё ровно. Михаил при-нял мой взбалмошный поступок, и я совершенно не представляю, чтобы он вздумал надуть на меня губы, как это делает сейчас Андрей.

Больше всего сейчас меня беспокоило моя грядущая встреча с Михаилом. Первый раз за последнее время, я спокойно могу подготовиться к ней с чистой совестью. Мне не нужно о чём-то врать, скры-ваться, переступать через чувство вины к Андрею. Это наше первое официальное свидание. Я так хочу его увидеть и просто не могу дождаться выходных, чтобы встретится с ним.

Поэтому в пятницу моим жизненно важным заданием было заняться шопингом с подругами и по-дыскать умопомрачительное платье, чтобы парализовать своим видом ядовито вертлявый язык Михаи-ла. Мне хотелось получить какой-то лёгкости от этой встречи, так как предыдущие наши с ним аудиен-ции просто были пронизаны напряжением и некой бельмесостью.

Окружив себя компанией своих подруг, мы отправились в городской торговый центр. Дашка также была озабочена подбором подходящего наряда, так как считала, что на этих выходных будет вершиться её судьба. Света же, наоборот, возжелала себе пассивной участи в наших с Дашкой спринтерских забе-гах по отделам женской одежды, за что получила в обещание покупку того красивого чёрного лакового ридикюля, с длинной позолоченной цепочкой. И тут, как это обычно бывает, в шестидесятом отделе дамских вечерних туалетов и цацок к ним, я увидела его. Оно скромно висело на манекене в углу тор-гового зала, и манило меня подойти к нему. Мне показалось, я даже слышала его тоненький тоскливый голосок с мольбой примерить его. Чёрное шикарное облегающее платье с классической длинной ниже колен и двумя переплётами в зоне декольте, протягивало ко мне свои элегантные ручонки и жалобно просилось пожить у меня в шкафу. Выбор был сделан, и обсуждению не подлежал.

— Не бойся! Ты моё, теперь я никому тебя не отдам, — прошептала я, заглядывая в пакет, который мне вручила доброжелательная работница отдела одежды.

Даша также приобрела себе красивое платьице бордового цвета, и мы все вместе отправились об-мывать удачные покупки в недавно открывшуюся в нашем городе забегаловку с тайской едой.

— Куда он пригласил тебя? — спросила Света, наматывая соевую лапшу на вилку.

— Ещё не знаю, — печально улыбнулась я, — он мне ещё не звонил.

— Так что ты тогда носишься с приготовлениями? Может он и не позвонит вовсе? — подозрительно посмотрела на меня подруга.

— Позвонит, — уверенно заявила я.

— Вот Юра о Михаиле очень хорошо отзывается, — поддержала меня Даша, — он говорит, хозяин у них очень строгий, но зато справедливый. Даже был случай, что у них сотрудник клуба сильно заболел, нужны были деньги на операцию, Михаил сам лично к нему в больницу ездил, и деньги на лечение давал.

— А я вот и думаю, он же, как в квартиру к Сашке заходил, у него над головой прям сияние какое-то было. Мне ещё тогда так на душе хорошо от его прихода стало, прям благодать по квартире пошла, сра-зу ясно стало, что святой человек передо мной, — в притворном восхищении протянула Света.

— Так и есть, ты всё правильно подметила, — весело ответила я.

— Да в мужике, по-любому, должна быть какая-то червоточинка, понимаете? Не может быть он идеа-лен. Это скучно как-то! — настаивала Света.

— Может ты и права, — печально улыбнулась я, — а вот, кажется, и возможность проверить правдивость твоих слов.

И я, приложив палец к своему рту, как просьбу к подругам замолчать, отвернулась к окну, принимая долгожданный входящий звонок своего телефона.

— Ало, — ответила я.

— Привет, — услышала я его нежный голос. — Как дела?

— Всё хорошо.

— Что, совсем никаких происшествий за неделю? — насмешливо удивился Михаил.

— Привет. Никаких.

— Неужели? Твой рейтинг неудач резко начал падать?

— Ну, неделя ещё не закончилась, так что...

— Ты помнишь, что ты моя должница?

— Помню.

— Так что на счёт завтра? — решительно спросил мужчина.

— Так что на счёт завтра? — повторила я его фразу.

— Вечером, около десяти! — смело продолжал он.

— Хорошо, тем более что у меня нет выбора, я же должница! — язвительно хмыкнула я.

— Хорошо, что ты это понимаешь, — спокойно произнёс