Второй шанс для него - Моника Мерфи

– Просыпайся. – Я сдергиваю с Оуэна одеяло, и он пытается ухватиться за него, с мучительным стоном переворачиваясь на спину.

– Черт, Фэйбл, что ты здесь делаешь? И почему будишь меня как какой-то армейский сержант?

– Ха, будь я сержантом, звук моего свистка уже разрывал бы твои ушные перепонки, а я бы отдавала команду пробежать несколько кругов, и живо! – Я награждаю его щипком за ногу и бросаю в него смятое в комок одеяло. – Ты можешь опоздать в школу.

Он приоткрывает глаза и смотрит на часы на своем расшатанном прикроватном столике.

– Да еще и семи нет. Какого черта ты в такую рань поднялась? Что вообще ты здесь делаешь? Думал, ты снова останешься на ночь у своего нового любовника.

Да, точно, я тоже так думала. Прошлым вечером я даже намеревалась попросить Дрю остаться со мной здесь, чтобы я могла побыть с Оуэном. Но небольшой спор разрушил эти планы.

– Я хотела побыть дома и поговорить с тобой. – Я сижу на краю кровати, оглядывая его комнату. Это катастрофа. Моя, конечно, выглядит ненамного лучше, но по крайней мере у меня не валяются повсюду вонючие носки и посреди комнаты нет кучи грязной одежды, высотой, клянусь, мне по пояс. – Ты должен срочно убрать свою комнату, я бы сказала даже продезинфицировать.

– Моя сестра произнесла слово «придурок»[2]Думаю, именно его я услышал. – Брат садится и скребет в затылке. – Не могу поверить, что ты прокатила своего нового парня ради меня. Должно быть, хочешь поговорить о каком-то серьезном дерьме.

– Неужели обязательно выражаться? – Я говорю словно мамочка. Мне нужно что-то делать с его языком. Хотя на самом деле кто я такая, чтобы судить. Я сама много лет ругалась. Это был мой первый бунт против матери, и я никогда не сдавалась.

– Погоди минутку. Ты сама ругаешься как грузчик. – Он пытается сдержать зевок и чешет голую грудь. – О чем ты хочешь поговорить?

– Я тут подумала… – Я обрываю обтрепанные нитки с его изношенного одеяла. Мне действительно жаль, что у меня нет достаточно денег, чтобы купить нам хорошие вещи. – Хочу найти другую квартиру.

Он мгновенно затихает, и я вижу шок и неверие, написанные на его лице.

– Ты хочешь уехать? И оставить меня с мамой совсем одного?

– Нет. – Я качаю головой. – Нет, нет, нет. Я бы никогда так не поступила. Хочу уехать от мамы. Хочу жить с тобой вдвоем. – Когда он не произносит ни слова, продолжаю. – Ее никогда здесь не бывает. Она всегда со своим новым бойфрендом, и у нее больше нет работы, значит, она не может платить арендную плату. За все плачу я, и поверь, это тяжело. Я не зарабатываю кучу денег. Работаю всего лишь неполный рабочий день, хотя мой новый босс готов дать мне больше часов.

– Здорово.

– Все так, но здесь у нас слишком большая квартира. Наверняка смогу найти с двумя спальнями в районе получше и за меньшие деньги. Что думаешь? Ты хотел бы переехать?

– Я пойду туда, куда пойдешь ты, – говорит он, но я слышу колебания в его голосе.

– Но что?

– Но… мне только четырнадцать. Разве это законно? Разве мама не должна сделать тебя моим опекуном или кем-то в этом роде, если я буду жить с тобой?

– Зачем ей это нужно? Да ее даже не заботит, здесь мы или нет. Ей будет наплевать, если ты станешь жить со мной.

– Может, и так. – Он роняет голову, сминая одеяло у себя на коленях.

Дерьмо. Он хочет верить, что мама на самом деле думает о нем. В конце концов, он всего лишь ребенок. Кому хочется признаться в том, что мать ни капельки о нем не заботится? Я сама до сих пор не совсем смирилась с этим. Но я выстроила стену, защищаясь от боли, и сказала себе, что это не имеет никакого значения. Я в ней не нуждаюсь.

– Оуэн. – Я касаюсь его колена, и он поднимает глаза, встречаясь со мной взглядом. У нас обоих мамины глаза, хотя я всегда считала, что у него красивее. У него самые густые и темные ресницы, что я когда-либо видела, даже непонятно, откуда они у него взялись при его светло-русых волосах. Однажды девчонки будут сходить с ума от этих глаз, если уже не сходят. Мой брат красивый. Дерзкий и чувственный. Мне жаль девушку, которая влюбится в него, кем бы она ни была. – Я хочу, чтобы ты переехал со мной. Не хочу уходить в одиночку.