Ты — мой ангел - Алекс Стрейн

– Значит, этот платок в траве… книга… шаги в комнате… – прошептала Хелен, потрясенная вероломством дяди.

– Шаги в комнате – достижения электроники в виде нескольких встроенных микрофонов для объемного звука; шашни с Одри – он знал о вашей неприязни и что вас это расстроит; брошенный в траве платок, вызвавший страшные воспоминания; ночные кошмары… Адамсу нужно было убедить нужных людей в вашей невменяемости.

– Теперь все встало на свои места, – отрешенно отметила Хелен, и Марк обеспокоенно взглянул в ее лицо.

Но Хелен действительно была почти спокойна. Самым страшным для нее была неизвестность и страх, что с ней действительно что-то не в порядке. А теперь загадки были разгаданы, и, как ни тяжело Хелен было осознать коварство и предательство дяди, в ее душе наступило относительное затишье.

– А какова ваша роль во всей этой истории?

– У нас с Робертом был заключен контракт на длительный срок, в течение которого мы должны были вкладывать некоторые суммы в наш проект. Но до меня дошли слухи, что у него возникли сложности. Я думал, все дело в том, что он разорен, но тщательно скрывает свое истинное финансовое положение. Я даже предположить не мог, что эти деньги не принадлежат ему. Чтобы все выяснить, я попросил своего кузена Марка решить этот вопрос. Но я не ожидал, что он займется этим лично.

– Поэтому вы так и удивились, увидев его в доме дяди.

– Да. Но, к счастью, вы одна оказались такой наблюдательной.

– А ваш проект? Без денег дяди он под угрозой?

– Нет, Марк решил мои проблемы.

– Марк вложил деньги в ваш проект?

– По-моему, ты засиделся, Джордж, – подал голос Марк.

Джордж тут же поднялся.

– Да, точно, я засиделся. До свидания, Хелен, до скорой встречи.

– До свидания, – только и оставалось пробормотать ей.

Проводив Джорджа, Марк вошел в гостиную и сел рядом с Хелен.

– Марк, я могу получить объяснения? Почему твой кузен обратился за помощью именно к тебе? И как мог бизнесмен стать дядиным служащим?

– Все дело в том, дорогая, что я вовсе не бизнесмен. Я сотрудник специального отдела ФБР и довольно длительное время входил в доверие к твоему дяде, прежде чем стал его помощником. Нам необходимо было выявить сеть торговцев краденым редчайшим антиквариатом и дорогостоящими произведениями искусства. А это, как ты понимаешь, очень кропотливое дело.

– Роберт был вором?

– Нет, он и Адамс были посредниками. При этом твой дядя выполнял функции бухгалтера, а роль лидера принадлежала Адамсу. Джордж знал, где я работаю, но не знал, чем именно я занимаюсь. Он хотел, чтобы я всего лишь навел справки по своим каналам, не зная того, что я вхож в дом Роберта. Что касается моего материального положения… Наша семья довольно состоятельна, к тому же я умею выгодно вкладывать деньги – и при этом все абсолютно законно!

– Кто бы сомневался, – пробормотала Хелен. – Зато деньги Гамильтонов незаконные…

– Нет, Хелен, все не так. Деятельность твоего дяди и Адамса – это их дополнительный заработок, не имеющий никакого отношения к твоему наследству. Я это знаю совершенно точно, так что не стоит беспокоиться на этот счет.

– Я вдруг поняла, что совершенно тебя не знаю.

– Тебя это пугает?

– А с другой стороны, передо мной открываются неизведанные горизонты. Обожаю открывать что-то новое!

– Ты не представляешь, как я рад, что ты так оптимистично смотришь на вещи. Надеюсь также, что у тебя не займет много времени признание бесспорных фактов.

– Каких фактов?

– Например, что ты влюбилась в меня с первого взгляда.

Хелен открыла рот, чтобы возмутиться, но, передумав, улыбнулась.

– Ты прав.

– И еще то, что ты в упор не видела, что со мной происходит то же самое.

– Ты тоже влюбился в меня с первого взгляда? – неуверенно спросила она.

– Скорее, я заболел тобой с первого взгляда. Но ты все время вставала поперек дороги, путала мне все карты и везде совала свой хорошенький носик. Я жутко злился, боялся, бесился, ревновал… Короче, едва сдержался, чтобы не наброситься на тебя, и это был не лучший период моей жизни!

– Бедняжка, – пробормотала Хелен и спрятала лицо на его груди, чтобы Марк не заметил улыбки на ее губах.

Ее пальцы расстегнули пуговичку на его рубашке и принялись своевольничать.

– Но я хочу сказать тебе одну вещь, Хелен, – сказал Марк слишком серьезно, тихонько прихлопывая ее шаловливую ладошку. – Я не желаю быть просто телом на одну ночь.

– Что?

– Ты богатая девушка, Хелен, но я не собираюсь становиться твоей игрушкой.

– А ты, оказывается, богатый мужчина, и я не собираюсь становиться просто твоей наложницей! И не смей намекать, что ты хочешь бросить меня!

– Никогда. Теперь, когда мы пришли к этому соглашению, ты должна мне сказать это, Хелен.

Сейчас или никогда!

– Дело в том, мистер Макиавелли, что я умудрилась влюбиться в настоящего тирана, который заставляет меня совершать совершенно невозможные поступки!

– Да, вам можно только посочувствовать, мисс Гамильтон. Но вы должны принимать его таким, каков он есть, будь он хоть трижды тираном, сатрапом и деспотом в одном лице!

– Что ж, мне придется это сделать… – Хелен посмотрела в его непостижимые глаза и поняла, что больше не может вести игру, это было выше ее сил. – О, я люблю тебя, Марк!

– Говори мне, Хелен… – повелел Марк, проявивший нечеловеческую силу воли, сдерживая себя, и слова легко полились из ее уст.

Неизвестно, как они так долго – целую вечность! – могли находиться в ней и не найти выхода!

– Сначала я думала, что ты демон во плоти, черный, страшный и недосягаемый, но чем дальше я пыталась быть от тебя, тем сильнее меня тянуло к тебе. А потом поняла, что ты не можешь быть демоном. Ты мой ангел… Ты моя жизнь… Ты моя любовь… Марк…

– Хватит, Хелен. Пока достаточно… – Эмоции переполнили его, и Марк принялся целовать Хелен.

– Пока?! – задыхаясь от его поцелуев, воскликнула она.

– Мое эго вполне удовлетворено.

– Марк, ты…

Он тут же схватил ее, бросил на диван и склонился над Хелен, придавив ее собственной тяжестью.

– Моя дорогая, обожаемая возлюбленная…

– Так уже лучше. Мне кажется, ты должен быть более нежным! – Ее ладони снова пробрались под рубашку Марка и принялись ласкать его спину.

– Мне очень жаль, Хелен, но раз ты уже дала мне это обещание, то сейчас я готов выдвинуть первое тиранское требование.

Хелен улыбнулась, представляя, чего он потребует, но она ошиблась.