Во имя любви - Анна Кэмпбелл

В эти мгновения Кэмден чувствовал себя самым отвратительным и низменным негодяем. Ибо теперь, при более внимательном взгляде на леди Марианну, он заметил слегка опущенные уголки губ и настороженность во взгляде, что свидетельствовало о том, что она была глубоко несчастна и считала себя униженной. Но ужаснее всего было то, что эта история непременно станет достоянием гласности. И сплетники будут отнюдь не благосклонны к женщине, брошенной Кэмденом Ротермером.

Изящная шея леди Марианны дернулась, когда она сглотнула. И все же ее голос зазвучал с достойным восхищения спокойствием.

– Однако я не нашла в газетах имени этой леди. Она итальянка?

– Нет.

– В таком случае – англичанка?

Кэмден настолько привык к инкогниту Пен, что ему пришлось напомнить себе о том, что ее имя будет у всех на устах всего через несколько дней.

– Мою жену зовут Пенелопа Торн. Это сестра лорда Уилмота.

Шок от услышанного оказался настолько силен, что лицо леди Марианны сделалось совершенно непроницаемым.

– Я знаю о репутации мисс Торн… – пробормотала девушка.

Да уж… Вполне можно было представить, что она слышала.

– Мы с ней вместе выросли. А встретились, когда я поехал в Италию, чтобы сообщить ей о смерти ее брата.

Леди Марианна молча смотрела на него, и казалось, что она не вполне понимала смысл его слов.

– А… значит, это давние отношения?.. – пробормотала она наконец.

– Вот именно. – Кэм утвердительно кивнул, подразумевая дружбу, но леди Марианна наверняка предположила, что детская привязанность стала любовной страстью.

О Господи, ну почему все так помешаны на любви? Ведь наверняка помимо этого чувства, не сулящего ничего хорошего, в жизни были и вещи поважнее.

– Леди не было в Англии несколько лет. Наверное, она не откажется от подруги, способной помочь ей освоиться в обществе, – проговорила Марианна. – Надеюсь, ее светлость заедет к нам в гости, когда будет в городе.

«Святые небеса! Ведь Марианна Ситон – просто образец совершенства!» – мысленно воскликнул Кэмден. Но интересно, почему же он не испытывал сожалений от того, что вместо этого восхитительного существа заполучил в жены своенравную Пенелопу Торн с ее не слишком-то безупречной репутацией?

– Вы очень добры, леди Марианна, – сказав это, Кэмден тотчас понял, что нисколько не покривил душой. – Видите ли, мы с вами…

И вновь леди Марианна взмахнула своей изящной рукой.

– Больше не надо ничего объяснять, милорд.

Великодушие леди Марианны окончательно выбило Кэма из колеи. Он поступил очень дурно по отношению к этой женщине, связав себя нерушимыми узами с Пенелопой Торн. И случилось это в тот момент, когда он спасал Пен от пьяных негодяев в горной гостинице. Он был глупцом, полагая, что могло сложиться иначе.

Поднявшись на ноги – леди Марианна явно желала поскорее положить конец этой беседе. – Кэмден спросил:

– Ваш отец сейчас в Лондоне? – Он сомневался, что старик воспримет новость так же спокойно, как его дочь.

– Нет, он сейчас в нашем родовом поместье. А я приехала в Лондон лишь для того, чтобы сделать кое-какие покупки и посетить венчание своей бывшей гувернантки. На следующей неделе я возвращаюсь в Дорсет.

– В таком случае желаю вам всего самого наилучшего, – сказал Кэм, отвесив вежливый поклон.

Покидая роскошный особняк Ситонов, Кэмден испустил весьма недостойный вздох облегчения. Короткая беседа еще раз доказала: леди Марианна – слишком совершенна, чтобы стать его женой. Пен была прискорбно далека от совершенства, и все же она будоражила его кровь. Одного этого было достаточно, чтобы сделать ее своей женой. Мысль о том, что он скоро сможет обладать ею по праву, придавала походке Кэма небывалую легкость, когда он направлялся в сторону Ротермер-Хауса.