Покори мое сердце - Николь Майклз

И Эрик как-то раз уговорил ее устроить распродажу на фермерском рынке – она устраивалась на Мэйн-стрит по субботам. Калли прекрасно помнила то утро, когда к ее палатке подошла Анна и попробовала черничные рогалики. В те выходные рогалики удались на славу – были нежные, сочные внутри, хрустящие снаружи и еще – с тонким слоем сахарной пудры. Анна долго их нахваливала и на следующей неделе пришла со своей дочерью Клэр, чтобы попробовать сахарное печенье, а еще через неделю – булочки с корицей. На четвертую неделю Анна спросила Калли, не согласится ли та написать что-нибудь для ее блога.

Рецепт черничных рогаликов, оказавшийся на страничке Анны в следующий понедельник, стал настоящим хитом. В результате блог набирал все бо́льшую популярность, и Калли, наконец, взяла у отца небольшую ссуду, чтобы открыть кондитерскую. Она ни разу не пожалела о проделанной работе. Ей удалось выплатить долг в первые пять месяцев после открытия, а затем кондитерская начала приносить прибыль – не так уж плохо для девчонки со шкафом, заполненным диадемами.

Выехав из города, Калли свернула на шоссе, ведущее к дому Беннета. И почему-то ужасно волновалась. Глупо, конечно. Ведь они уже очень неплохо знали друг друга.

День выдался прохладный и немного пасмурный. Она не посмотрела прогноз, но было ощущение, что в любой момент мог начаться дождь. Тускло-серые, почти флуоресцентные лучи заходящего солнца уже не грели и лишь подчеркивали яркие осенние краски, и сейчас дорога к дому Беннета казалась еще более живописной, чем несколько недель назад; желтые, красные и оранжевые пятна украшали лес, по обочинам дороги – потрясающая картина!

Когда она подъехала, по лобовому стеклу застучали капли. Взглянув на дом, Калли увидела, что дверь гаража поднята, а Беннет с Мишей уже ждали ее. Огромный рослый мужчина и крохотная белая собачка – забавное зрелище. Но на этот раз Миша из-за дождя осталась на пороге.

Когда Калли выбралась из машины, собачка радостно взвизгнула, приветствуя гостью.

– Здравствуй, милая. – Калли почесала Мишу за ушами. – Ты так по мне соскучилась, да?

Тут Калли выпрямилась, встретилась взглядом с Беннетом, и ее тотчас же охватило желание – ведь она думала о нем весь день…

– Дождь начался, – сказала она.

Он кивнул.

– Да, вижу.

– Потренируемся внутри?

В этот момент где-то вдалеке прогремел гром, и Миша мгновенно убежала в дом.

Беннет как настоящий джентльмен взял сумку Калли, и она, ни слова не говоря, последовала за ним. Они прошли в гостиную, и он опустил сумку на диван. Калли окинула его взглядом. Сегодня он выглядел замечательно, впрочем как и всегда. И ей вдруг ужасно захотелось наброситься на него прямо здесь и сейчас. Мысленно отругав себя за несдержанность, Калли вытащила из сумки телефон, и Беннет показал ей, как подключить его к стереосистеме. После чего они стали двигать мебель, чтобы освободить побольше места.

Через несколько минут Калли сказала:

– Давай сначала повторим то, что мы уже разучили.

Беннет тяжко вздохнул.

– О, я ждал этого с ужасом…

Она рассмеялась.

– Ты считаешь, мне сперва следует сесть на диету?

– О боже, нет! Я просто…

– Все понятно. Не переживай. – Калли включила музыку и начала считать. Минуту спустя они закружились в вальсе.

– Вы что, тренировались, тренер Кларк? – спросила Калли, посмотрев на него с лукавой улыбкой.

Он тоже улыбнулся.

– Возможно.

Прошло еще несколько минут, и после прекрасно выполненной поддержки Калли остановилась и воскликнула:

– Просто идеально! Да-да, идеально! – У них действительно все замечательно получилось. – Беннет, ты становишься отличным танцором.

– Ну, я бы не стал так говорить, но и впрямь… вышло неплохо.

– Вышло замечательно! А теперь разучим другую поддержку. – Она снова включила музыку, и они опять завальсировали, обходя любопытную Мишу. И на этот раз все выходило еще лучше – совершенно естественно; Беннет уверенно вел ее в вальсе и при этом смотрел ей в глаза.

Дождь за окнами усилился, небо потемнело, и гостиная погрузилась в полумрак. Но они все равно танцевали и все так же смотрели друг другу в глаза. В какой-то момент, не удержавшись, Калли коснулась пальцами подбородка Беннета. Ох, как же она его хотела… И он желал ее столь же страстно – она видела это в его глазах.

И казалось, что каждый их шаг, каждое движение – все это являлось прелюдией к тому, что должно было вскоре произойти.

Когда же они остановились после наклона с поворотом, он вдруг прижал ее к себе и снова заглянул ей в глаза. Оба на мгновение замерли, крепко обнявшись. Тут музыка смолкла, и Беннет, судорожно сглотнув, пробормотал:

– Не могу больше танцевать. Хочу тебя.

Она улыбнулась и тихо ответила:

– Возьми.

Они еще несколько мгновений смотрели друг на друга. А потом Калли вдруг почувствовала, что их губы слились в поцелуе. Она тотчас же прижалась к нему и, обвивая рукой шею, приподнялась на цыпочки. Другую руку сунула ему под майку и начала, увлекая его за собой, пятиться к дивану. Но Беннет вдруг отстранился и пробормотал:

– Не здесь. – Он взял ее за руку и быстро повел по коридору.

И тут же послышался какой-то странный цокот; секунду спустя Калли сообразила, что это Миша последовала за ними.

Минуту спустя Беннет затащил Калли в свою спальню, и она невольно улыбнулась, когда он наклонился и, выставив собаку из комнаты, захлопнул дверь.

– Ой, ты такой строгий… – Калли рассмеялась.

– Милая… хватит болтать, – прохрипел Беннет, шагнув к ней.

– Все командует и командует! – Калли снова рассмеялась. – Ты собираешься меня отшлепать? – спросила она, когда Беннет стащил с нее майку. И тотчас же запустила руку в его спортивные штаны.

Он провел ладонью по ее груди и, ухмыльнувшись, спросил:

– А ты хочешь, чтобы я тебя отшлепал?

– Вообще-то… я к этому не привыкла. – Калли склонила голову к плечу. – Но для разнообразия можно попробовать.

– Хорошо, учту. А сейчас… – Он развернул ее спиной к себе и потянулся к застежке бюстгальтера. – Милая, сейчас я хочу… Я хочу…

– Чего же?

– Хочу тебя совершенно голую. В моей постели.

В следующее мгновение бюстгалтер соскользнул на пол, а Беннет прижался губами к ее затылку. По телу Калли пробежала дрожь, и она, тихонько застонав, спросила:

– Сто семьдесят миль в час, значит?

Беннет не сразу сообразил, что она процитировала его «лекцию» о реакциях мозга на прикосновения.

– Угу, – кивнул он. – А ты ведь, наверное, не знаешь, что язык мужчины обычно больше языка женщины.