Сводные враги - Виктория Вестич

Алекс

- Мне бы переодеться во что-нибудь, - первое, что говорит Милана, когда просыпается.

И я слишком ее понимаю. Просто каким-то шестым чувством знаю, что ей физически некомфортно в этом свадебном платье. Словно раз за разом она переживает кошмар, что произошел вчера. Стираю ладонью с лица остатки сна и сажусь на постели – Милана сидит напротив, на стуле.

- Сними платье и замотайся пока в покрывало. Я выеду в город и привезу тебе одежду.

- Что? Ты собрался уехать в город? – девчонка будто разом сбрасывает с себя оцепенение, - Это же опасно! Тебя сразу засекут!

- Милана, я не поеду в Москву, - качаю я головой, - только в соседний городок небольшой. И тебе стоит поехать со мной, чтобы показаться врачу.

- Нет! Нет, со мной все хорошо, правда. Только синяки… - торопливо лепечет она, глядя на меня огромными перепуганными глазами.

- Милана…

- Я не поеду! И тебе не нужно ехать! – вскрикивает она и тут же вцепляется в мою ладонь руками, - Пожалуйста, давай побудем здесь…

Тяжело вздыхаю и привлекаю ее к себе. Заключаю в крепкие объятия и пытаюсь договориться, как с маленьким ребенком:

- Даже если у тебя только синяки, все равно нужно купить в аптеке мази, бинты и все, что еще нужно. Плюс немного одежды, хотя бы на первое время, какой-то еды свежей, а то здесь только консервы. Это быстро. Все будет хорошо, слышишь? Ничего не случится, обещаю.

Лишь спустя полчаса уговоров она соглашается отпустить меня в город. Сама запирается в доме и следит за мной через окно. Возвращаюсь назад через пару часов. Знаю, что нельзя оставлять Милану надолго в таком состоянии – она испугана и растеряна, да еще и одна в этом домишке.

Она выходит встречать меня, замотанная в колючий клетчатый плед, как в платье. На бледной коже еще сильнее выделяются ссадины и синяки, и мысленно я клянусь, что посчитаюсь за каждый с Кириллом.

– Привез тебе персиков, – улыбаюсь я ободряюще, доставая из багажника пакеты.

Милана растягивает губы в напряженной улыбке, а сама напряженно вслушивается – не слышно ли звука работающей машины? Но в лесу слышно только щебетание птиц и она сразу успокаивается. Мы возвращаемся в дом и я сразу кладу один из пакетов на стул – здесь вещи для Миланы. Но не успеваю сказать ей об этом, как она зовет:

– Саша.

- Да? – оборачиваюсь я. Милана стоит, обхватив себя руками, и словно решается задать вопрос:

- Все плохо, да?

– С чего ты взяла? – спрашиваю, но осекаюсь, встречаясь со ней взглядами. Тяжело вздыхаю, подхожу ближе и заглядываю в глаза, – Перестань накручивать себя, Милан. Так будет только хуже. Я разберусь со всем, все будет в порядке.

– Может, будет лучше, если ты меня отвезешь? Ну, к мужу, – эти слова явно даются ей с трудом.

– Ты хочешь вернуться? К Кириллу??

– Нет. Просто… - Милана опускает взгляд, - ты сам говорил раньше, что от меня только проблемы. Не хочу, чтобы ты подставлял себя под удар. Чтобы ты пострадал.

Усмехаюсь едва заметно и поднимаю ее подбородок выше.

– Помнишь, что я обещал? Я тебя никому не дам в обиду. Помнишь?

– Помню, но…

– Никаких «но». Никто тебя у меня не отнимет. Никто, Милана.

– А как же Кирилл? У вас же так нельзя в клане, он скажет, что ты украл его жену.

– Плевать. Я не собираюсь никому тебя отдавать.

- Совсем?

- Если ты захочешь, то да, совсем, - отвечаю серьезно.

Милана застывает ненадолго, а после неожиданно встает на цыпочки, зажмуривается и порывисто льнет к моим губам своими. На миг перестаю дышать. Почти сразу во мне закипает кровь и я мгновенно перехватываю инициативу: впечатываю эту хрупкую девочку в себя и впиваюсь жадным поцелуем в губы. Мы целуемся долго, жарко, до ломоты в легких, когда перестает хватать воздуха.