Сводные враги - Виктория Вестич

- Какая ты сообразительная девочка, - издеваясь, хвалит Волков, и пожимает плечами, - Дима дохрена всего хотел. Уйти из клана, еще и бизнес за собой оставить, а это – крах всего. Нечего было артачиться, когда ему сказали, чтобы сидел тихо и не высовывался. Но твой папаша принципиальный, хотел сдать нас. А со своими так поступать нельзя. Так что туда ему и дорога.

- Сдать вас? – глухо переспрашиваю я. По лицу беспрерывно текут слезы, но я не могу отвести взгляд от своего мужа и перестать слушать ужасные вещи, которые он говорит. Пытаюсь быстро сообразить, что сделать, и придумываю. Знаю, что рискую, но другого выхода нет.

Пока Кирилл отвлекся и ходит по комнате, с воодушевленным блеском в глазах, я украдкой набираю единственный номер в телефонной книге. Слышу приглушенный голос «Алло? Милана?» и зажимаю динамик пальцами. Нельзя, чтобы Кирилл услышал Сашу, зато он точно сможет услышать все, что скажет Волков…

- Именно. Видишь ли, девочка, если ты хочешь иметь хорошие бабки, а не гроши, которые зарабатывает «честный бизнес», приходится иногда марать ручки. Перевозить кое-что запрещенное, убирать чересчур разговорчивых свидетелей. Делать грязную работу.

- Какую сделал твой отец, когда ты убил несколько девушек? Я поискала новости о твоей семье сегодня. Расследование ты, может, и спустил на тормоза, но вот всех людей не заткнешь – они все помнят.

- Кого угодно можно заткнуть, Милана, и они замолчат. Можно запугать, сунуть денег или решить проблему кардинально, - он сделал из пальцев пистолет и импровизированно выстрелил себе в висок.

- Папа бы отдал все, чтобы жить, он молчал бы. А вы убили его! – выпалила я и мельком взглянула на дисплей. Сердце радостно зашлось – вызов не сбросился, разговор шел, а это значит, что Алекс должен все слышать. Осторожно я вытащила его совсем, боясь, что попросту перекрою микрофон, и продолжила удерживать телефон уже под столом.

- Твой папаша не испугался даже когда его припугнули тобой и Галиной. Так что с ними обоими разобрались кардинально. Нет человека – нет проблемы, знаешь такое выражение?

Горло сдавило спазмом. Если на момент папиной смерти я была младше и прошло уже несколько лет, я как-то научилась с этим жить, смирилась, то мама… она погибла меньше года назад и слова о ней резали по живому, вскрывая только затянувшуюся рану.

- Чем вам помешала моя мама? – сдавленно шепчу я, даже не пытаясь вытереть поток слез.

- Галина. Мы узнали, что она потратила часть денег из наследства твоего папаши на поддельные паспорта. Как чуяла, дура, что у клана на тебя есть планы. Пугать ее бесполезно, да и опасно. Все же хорошие знакомые у нее все равно оставались, да и эти… Громовы бы вступились. Сидела бы тихо и не вякала, может сейчас и жила бы спокойно.

- Вы ее убили…

- Даже романтично вышло, скажи? – ухмыляется мой «муж», облокотившись о спинку стула. – Надо было сразу их убрать, но уж слишком подозрительно бы это выглядело. Вообще всю вашу семейку кокнуть стоило – и не было бы всех этих проблем.

- Вы уроды… ты и твой папаша. Вы поплатитесь за все, понял?! – резко подаюсь я вперед.

Телефон выскальзывает из ладошек и с жалобным тресканьем падает на пол. Кирилл наклоняется, поднимает его с пола и лицо искажает судорогой от ярости, когда он понимает, что все это время разговор слышали посторонние.

– Ах ты тварь! – рычит он, сжимая в руке смартфон.

Он швыряет его в стену, подлетает ко мне и отвешивает тяжелую пощечину. От удара все меркнет перед глазами и звенит в ушах. Я хватаюсь, поскуливая, за щеку, а Кирилл склоняется и шипит в лицо:

– Думаешь, тебя это спасет? Ошибаешься. Так уж вышло, малышка, что ты больше не нужна. Зря ты позвонила своему благородному рыцарю – могла бы пожить подольше, я бы с тобой позабавился. А теперь… сама виновата, – пожимает Кирилл плечами с самодовольной усмешкой на губах и кивает кому-то за моей спиной.

Я испуганно дергаюсь в сторону, но сильная рука фиксирует голову и прижимает к носу пропитанную чем-то тряпку.

– Вечных снов, женушка, – слышу слова мужа перед тем, как сознание окончательно уплывает.