Горный ангел - Патриция Макаллистер

Глаза Холта гневно сверкнули, но он промолчал. Эйнджел сделала шаг вперед.

– Я требую ответить, по какому праву вы задержали нас, шериф! На карту поставлена человеческая жизнь, и мне бы не хотелось сообщать вашему начальству в Денвере о вашем поведении.

Гаррет уставился на нее с удивлением.

– Ах ты, маленькая дрянь! – словно опомнившись, заорал он.– Строишь из себя приличную женщину, права качаешь! А не ты ли вертела задницей перед семи мужиками в салуне Лили?

– Заткнись, Гаррет, – негромко произнес Холт.

– Ну ты и наглец, парень! – уродливое лицо шерифа скривилось в гримасе притворного изумления. – Ты отлично знаешь, зачем я здесь, – снова наставив на Холта ружье, сказал шериф, явно испытывая удовольствие от прикосновения к курку. – Так что давай колись, не то твоей милашке придется туго!

– Холт, что он такое плетет? Холт не ответил.

– Не будь дураком, Гаррет! Ты же знаешь, я не имел и не имею ничего общего с повстанцами. Я даже в салун почти перестал захаживать, до такой степени я занят своим прииском!

– За твою голову, парень, назначена немалая на града, и провалиться мне на этом месте, если я не получу ее! – гнул свое шериф. – Можешь оборвать все плакаты с твоей рожей и объявленной наградой за поимку, которые расклеены по всему Оро и Чистому Ручью, но Колорадо состоит не из двух городов!

– Холт! – резко повторила Эйнджел. – В чем он тебя обвиняет?

– Кажется, шериф считает, будто я причастен к волнениям индейцев на юге округа, – словно извиняясь, пояснил Холт, обернувшись к Эйнджел.

– Ты действительно имеешь к этому какое-то от ношение? – не отступала Эйнджел.

Помедлив, Холт снова повернулся к шерифу:

– Как я уже говорил, шериф, прииск и молодая жена требовали от меня слишком много сил, чтобы шататься по горам и лесам. В любом случае у тебя нет никаких доказательств!

– Доказательств? – Гаррет чуть не подавился. – Да в суде никто не поверит тебе, краснокожему ублюдку! К тому же ты знаешь, кто у нас судья.

– Фелтон Гаррет, – с презрением сказал Солт. – От твоего брата так же сильно воняет взятками, как и от тебя!

– Ах так! – зарычал Ред, хватаясь снова за ружье. Не раздумывая ни минуты, Эйнджел встала между ними, надеясь, что шериф не станет стрелять в нее. Она видела, что при каждом обращенном на нее взгляде в глазах шерифа снова загоралось похотливое желание, и она не ошиблась.

– Так мы ни до чего не договоримся, мальчики, – резко меняя тактику, игриво сказала Эйнджел. – Не будем же идиотами и попробуем найти компромисс за чашкой кофе! Ведь это запах кофе и цикория, я не ошибаюсь?

Ошеломленный таким поворотом, Гаррет молча кивнул, за что был немедленно вознагражден ослепительной улыбкой. Хладнокровно миновав дружков Гаррета, стоявших с разинутыми от удивления ртами, Эйнджел подошла к костру и протянула руку к висевшему над огнем чайнику.

Затем она подала обоим мужчинам по оловянной кружке, и тем ничего не оставалось, как взять их. Не Обращая внимания на убийственный взгляд Холта, она спокойно налила ему в кружку кофе и повернулась к шерифу. Одним резким движением она вы плеснула остатки горячего кофе Гаррету в пах. Шериф взвыл от боли, а Холт, не теряя времени, выхватил у него из рук ружье.

– Я бы на вашем месте не стал этого делать, – с угрозой в голосе сказал Холт дружкам шерифа, схватившимся было за оружие. Заметив, что Эйнджел аккуратно подняла опрокинутые кружки, Холт невольно улыбнулся и велел ей собрать оружие и сложить его в фургон. Между тем шериф, изрыгая грязные ругательства, прыгал вокруг них, прикладывая снег к обожженному месту.

– Ты сможешь управлять фургоном? – спросил Холт у Эйнджел.

– Отлично справлюсь, особенно если мы впряжем еще нескольких лошадей, – отозвалась она.

– Ну, это нетрудно сделать, – усмехнулся Холт, поняв ее намек, и приказал одному из бандитов привести лошадей Гаррета и его спутников.

– И без фокусов! Мне бы не хотелось, чтобы кто-нибудь из вас погорел раньше времени, как шериф! – пояснил он.

Ни один из бандитов не сомневался в умении Холта обращаться с оружием, поскольку были наслышаны о его подвигах, поэтому беспрекословно кинулись выполнять его приказание.

Когда лошади были запряжены, Эйнджел уселась на козлы, а Холт устроился позади, не спуская ружья с Гаррета и его дружков. Фургон тронулся, Холт усмехнулся, вспомнив хитрость своей жены. Да, ей нельзя было отказать в смекалке. Может, не стоит отсылать ее домой...

– Мы победили, Холт!

Глядя на заснеженную долину, где уже виднелись окраинные дома Денвера, Эйнджел чуть не плакала от счастья.

Она забыла о голоде и холоде и радостно прижалась к Холту.

– Ну, как там Жан-Клод? – обнимая ее, спросил Холт.

– Он спит, я вижу, как он дышит.

– Отлично! Мы сумели довезти его до Денвера, и если он сейчас умрёт у нас на руках, я просто убью его!

Эйнджел улыбнулась, услышав комическую угрозу Холта, и он тоже улыбнулся ей в ответ. Шестерка лошадей мигом домчала фургон до цели. Представив себе, как шериф Гаррет с дружками пешком добираются до Денвера, Эйнджел улыбнулась. Наверное, они отморозили себе всю свою мужскую гордость. А к тому времени, когда они доползут до города, Эйнджел с Холтом будут уже далеко...

Фургон въехал в город, когда деловое утро было уже в полном разгаре. Запряженные лошадьми каре ты и коляски заполнили улицы, мальчишки, продававшие свежие газеты, звонкими голосами выкрики вали последние новости. Остановив фургон, Холт спросил у какого-то прохожего дорогу до ближайшей больницы. Им потребовался целый час, чтобы по переполненным людьми и экипажами улицам до браться до деревянного домика, оказавшегося городской больницей.

Жан-Клода не хотели принимать, пока Холт не выложил из кармана пригоршню монет. Вскоре появился дежурный врач, худой и сгорбленный старик с шаркаю щей походкой и подслеповатыми глазами.

– У него пневмония, – осмотрев раненого, сказал врач.

Наступила странная пауза. Эйнджел и Холт переглянулись.

Поцокав языком, врач спросил:

– Он ни разу не приходил в сознание? Холт отрицательно покачал головой.

– Тогда плохи его дела. Может, следует ему пустить кровь...

– Пустить кровь?! – в ужасе воскликнула Эйнджел, – Да он уже потерял не меньше галлона крови, и это никак не поможет вылечить рану на голове!

Нахмурившись, доктор посмотрел на Холта.

– Это ваша жена? Холт нехотя кивнул.

– Весьма прямолинейная особа, – неодобрительно качнул головой доктор. – Прошу не забывать, что это я врач, а не вы!

– Может, кто-нибудь еще посмотрит его, сэр? – вежливо поинтересовался Холт.