Горный ангел - Патриция Макаллистер

– Да, моего мужа, но его здесь еще нет, – ответила она на отличном французском, чем немало удивила ставшего вдруг крайне почтительным метрдотеля.

– Не хотите ли подождать мужа за столиком, мадам?

Эйнджел кивнула в знак согласия, и метрдотель про вел ее к удобно расположенному столику, зарезервированному для особо почетных гостей. Благодарная улыбка Эйнджел обещала неплохие чаевые. Подав ей меню, метрдотель удалился, потирая руки в предвкушении.

Значит, не зря она провела столько утомительных часов с мадам Фонт, изучая французский язык. По грузившись в изучение меню, Эйнджел улыбнулась, вспомнив, как отец настаивал на том, чтобы она изучала французский, латынь и классическую литературу, чтобы заполучить богатого мужа. Эйнджел почти не сомневалась, что Холту Мерфи наплевать на Чосера или «Макбета». Более того, она поймала себя на том, что и ей захотелось стать похожей на Холта в этом смысле.

Эйнджел заказала консоме, фрикассе из телятины, взбитые сливки на сладкое. Она была по-настоящему; голодна и к тому же соскучилась по хорошей кухней особенно после изнуряющей диеты, состоявшей из сухарей и вяленого мяса. Время от времени к ней подходил метрдотель, справляясь, все ли в порядке, всем ли она довольна, и сообщал, что ее муж еще не приходил.

Наконец его позвали на кухню, чтобы уладить возникшее недоразумение, и десерт Эйнджел доедала в спокойном одиночестве. Насладившись последней ложкой великолепных свежих взбитых сливок, она аккуратно вытерла рот кончиком салфетки. Пожалуй, она засиделась. Пора подниматься в свой номер, пока не пришел Холт. Она заранее попросила метрдотеля прислать счет в номер и теперь могла совершенно незаметно покинуть обеденный зал.

Случайно взглянув в окно, Эйнджел вдруг очень близко увидела человека, который следил за Холтом. Вне всяких сомнений, это был тот самый человек, которого она нанимала для доставки своего письма в Колорадо. Сейчас он снова возвращался на свое прежнее место у парикмахерской на противоположной стороне улицы. Значит, Холт скоро вернется. Почувствовав легкую тревогу, Эйнджел встала из-за стола. Как раз в этот момент из кухни вышел метрдотель и, увидев, что Эйнджел отложила в сторону салфетку, тут же подлетел к ней.

– Мадам! – француз любезно отодвинул ее стул, изображая на своем лице озабоченность. – Все ли вам у нас понравилось?

– О да, все было просто великолепно! – торопливо заверила его Эйнджел. – Но мне, к сожалению, нужно идти. Скоро должен вернуться мой муж.

– Наверное, он тоже проголодался и захочет по ужинать? – с надеждой в голосе предположил метрдотель. – Может быть, вы подождете его здесь?

– Н-не думаю, – нерешительно сказал Эйнджел. – Уверена, он уже поужинал где-нибудь.

– Неужели? Какая жалость, мадам. Но я смею надеяться, что в следующий раз вы придете к нам вдвоем?

– Обязательно!

Француз склонил голову в знак благодарности.

– Рекомендуйте всем вашим друзьям обратиться к Пьеру, и я окружу их особым вниманием!

– Не сомневаюсь! – Эйнджел начала уже терять терпение.

К счастью, в обеденный зал вошел еще один посетитель, и метрдотель поспешил ему навстречу. Она со бралась уходить, когда до ее слуха долетел высокий тенорок метрдотеля, подобострастно кланявшегося перед клиентом:

– Прошу вас сюда, монсеньер! Ваша прелестная жена ждет вас за лучшим столиком!

Эйнджел с удивлением обернулась, ожидая увидеть Холта, и чуть не задохнулась от неожиданности, увидев Уилларда Крэддока, направлявшегося к ее столику.

– Ну зачем же так смотреть на меня, дорогая! – засмеялся он, заметив, как побледнела Эйнджел. Вы ждав, пока Пьер положил перед ним меню и удалился, он положил на стол свои толстые кулаки и угрожающе наклонился к Эйнджел.

– Думала, от меня так легко отделаться, девочка? Стой, не уходи! Ты должна выслушать меня!

–И слушать не хочу! – жестко произнесла Эйнджел, внутренне напрягаясь от страха.

– Придется, ведь ты все еще хочешь получить обратно свое поместье, Бель-Монтань?

Услышав эти слова, Эйнджел задержалась, и Крэддок победно ухмыльнулся, придвигаясь вместе со стулом поближе к ней. Запах лука и давно не мытых волос ударил в нос Эйнджел, и она с неприкрытой ненавистью взглянула на него. Но Крэддок только покачал жирным пальцем у нее перед носом.

– Ну-ну-ну, моя девочка! Этого я больше не по терплю! Ты должна благодарить меня за то, что я спас Бель-Монтань, твое родовое гнездо!

Его маленькие глазки с интересом заглянули в вазочку для десерта, а пухлые губы огорченно скривились – вазочка была дочиста опустошена Эйнджел. Прочтя в глазах девушки отвращение, он решил, что пора приступать к делу.

– Цена прежняя, моя дорогая. Поместье будет снова твоим, если ты согласишься на мое первоначальное предложение.

– Это какой-то абсурд! – сердито воскликнула Эйнджел, отодвигая от себя салфетку. – Мы уже говорили об этом много раз. Я не собираюсь иметь с вами никаких дел!

В ответ Крэддок лишь фыркнул.

– Ты просто очаровательна, когда сердишься! Очаровательна! Я не мог забыть тебя после того, как ты уехала из Миссури. Однако найти тебя оказалось делом весьма несложным, я знал, что ты приедешь на днях в Денвер!

Эти слова насторожили Эйнджел. Кто мог сообщить Крэддоку об этом?

– Скоро я выкуплю у вас Бель-Монтань, – уверенно заявила она. – Вот увидите, у меня будет столько денег, что я смогу купить два таких поместья!

– Имеется одна заминочка, дорогая! – Крэддок ухмыльнулся и положил свою влажную ладонь на руку Эйнджел. – Я не собираюсь продавать Бель-Монтань.

– А я не собираюсь покупать его на ваших условиях! – Эйнджел резко убрала свою руку. – И советую вам вспомнить, что я теперь замужем!

Крэддок презрительно фыркнул.

– Замужем за этим краснокожим, на которого объявлен розыск? Уверен, это не станет серьезным препятствием. Только скажи слово, дорогая, и твой... твой муж... с ним произойдет несчастный случай...

– Довольно! – Эйнджел резко встала. – Прочь от меня! И не попадайтесь больше на моем пути! Если только я замечу, что вы следите за мной, я обращусь в полицию!

Крэддок едва заметно ухмыльнулся.

– Может, начнем с шерифа Гаррета? Или сразу с его брата, судьи Фелтона Гаррета, а? Оба они мои старые приятели!

– Вы блефуете, Крэддок! – воскликнула Эйнджел, но по телу пробежала холодная дрожь ужаса.

– Если кто и умел блефовать, так это твой отец, деточка. И все равно он проиграл мне в покер все, что имел, кроме тебя, дорогая. Я предлагал ему поставить на карту тебя, но он был упрямым человеком и ни за что не соглашался сделать это.

Резко повернувшись, Эйнджел выбежала из зала, стараясь не слышать слов Крэддока, который не стал ее преследовать и остался сидеть, хитро улыбаясь и довольно хмыкая. Теперь ему некуда было торопиться – все равно она у него в руках! Осталось лишь расправиться с ее краснокожим мужем, и тогда она сама придет к нему!