Я тебе (не) подхожу - Ольга Белозубова

Алиса

— Хороший мой, славный, — сюсюкаю я, нежно поглаживая черную матовую поверхность ноутбука. — И что бы мы без тебя делали?

У нас с ноутом взаимная любовь вот уже три недели — то есть с тех самых пор, как он появился в нашем доме. Я бережно его протираю, закрываю крышку с почтением, а не хлопая с размаху, шнуры в разъемы и те засовываю с осторожностью. Даже отдельную полочку для хранения выделила.

Топаю на кухню, чтобы заварить себе чаю, а когда возвращаюсь, вижу, как ноут поглядывает на меня своим небольшим экраном, мерцает, будто зовет к себе.

— Иду-иду, — бормочу я и воровато оглядываюсь: вдруг тетя заметит.

Еще решит, что племянница совсем с катушек съехала, уже и с техникой разговаривает.

Я ведь и правда периодически это делаю. Хотя… она вон тоже со своей машиной беседует, и что? И ничего.

«Моя пре-е-елесть», — именно так мне хочется отвечать каждый раз, когда приходит время отдавать ноутбук тете.

Ну а как прикажете не любить ответственного кормильца, который так исправно нам служит? Тьфу-тьфу-тьфу, стучу по дереву.

А если еще учесть, что в день покупки мы едва не лишились как ноута, так и денег…

В общем, мы с тетей решили поискать нового члена семьи на «Авито», выбирали тщательно, часа четыре, не меньше. В конце концов остановились на одном варианте, который, как я и хотела, потянет нужные программы, а не падет смертью храбрых при попытке открыть два браузера одновременно.

Ничто, как говорится, не предвещало беды.

Мы с тетей уже следующим вечером поехали посмотреть на ноутбук вблизи, и все оказалось именно так, как на фото. Я повертела его со всех сторон, включила, проверила параметры и мысленно уже даже начала им пользоваться. Это было именно то, что нужно.

Пару минут поговорив с владельцем, мы положили покупку в рюкзак, и я отдала деньги, предусмотрительно снятые с карты.

По дороге домой едва не подпрыгивала на сиденье — не терпелось уже опробовать нового друга в деле.

Вскоре тетя наконец заглушила мотор, я выскочила из машины и направилась к подъезду.

— Добрый вечер, — поправила я рюкзак с ноутбуком за спиной и вежливо поздоровалась я с Марией Степановной, что сидела на лавочке.

На вид чистый божий одуванчик, а на самом деле — тот еще цербер.

Старушка подслеповато сощурилась и тоненько пропела:

— Добрый вечер, деточка. А Мариночка где?

— Паркует машину.

Деточка, Мариночка. Ага, ага. Может, кого-то этот камуфляж и способен обмануть, но не меня. Еще с неделю назад Мария Степановна так злобно рявкала на соседа-громилу, который затеял ремонт и решил незаконно увеличить площадь балкона, что слышали, наверное, за несколько кварталов.

Стоит ли говорить, что балкон так и остался прежних размеров?

В общем, я отвлеклась на соседку и не услышала вовремя какой-то непонятный треск за моей спиной.

— Лови-и-и! — раздался за спиной жалобный крик тети.

Я испуганно застыла, а потом почувствовала, как рюкзак будто бы стал легче.

И громкий мужской полустон-полувздох.

Медленно развернувшись, я увидела нашего нового соседа, Виталика Синельникова, рыжеволосого долговязого парня, который болезненно морщился и прижимал к себе ноутбук. Наш ноутбук!

— Не поняла… — пропищала я.

Оказалось, дно рюкзака попросту порвалось, и он начал падать. Если бы не подоспевший вовремя сосед, ноут точно разбился бы об асфальт. Однако Виталик успел подставить ногу и поймать его. И пусть Синельников был обут в свои излюбленные берцы на шнуровке, наверняка ему было капец как больно! Его аж перекосило, беднягу.

— Ой-ой, — запричитала я, — сильно больно?

— Скорее всего, обычный ушиб, заживет.

Угу, до свадьбы, что ли? Так его свадьба как раз состоялась месяц назад, и я даже подружилась с Юлей, его женой.

Блин, как неудобно вышло…

— Во-о-от такое, — развела руками в стороны я, — тебе спасибище! Ты даже не представляешь, как нас спас.

В итоге дело и правда обошлось огромным синяком, Виталик с тех пор зовет меня растеряшей, а ноут я ценю пуще прежнего.

Перевожу взгляд на часы: почти семь вечера.

Тетя вот-вот допечет булочки с корицей, и мы вместе пойдем в гости к Синельниковым. На лице сама собой возникает улыбка — они настолько красивая и органичная пара, что любовалась бы ими и любовалась.

У нас с Юлей даже срок беременности одинаковый — плюс-минус неделя. А еще я по ее рекомендации и знакомству попала к замечательному врачу, Наталье Игнатовне, которая ведет мою беременность. Чуткая, внимательная, бережная, она успокаивает и внушает позитив одним своим видом.

На самом деле после той злополучной эсэмэски от Назара в моей жизни — наконец-то! — наступила белая полоса. Полина помогла с работой тете, я через старые знакомства уже через пять дней нашла первого клиента, а теперь их у меня аж четыре.

Счет, на который я откладываю часть заработанного, потихонечку растет. Там, конечно, совсем не миллионы, даже не десятки тысяч, но и времени ведь прошло всего ничего. Если продолжу в том же духе, к концу беременности без проблем накоплю на все самое нужное.

Я кладу ладонь на живот и ласково шепчу: «Привет, моя роднулечка! Как ты сегодня?»

И пусть мой сыночек еще слишком мал, чтобы что-то ответить или пнуть меня в ответ, но я каждой клеточкой своего тела чувствую щемящую нежность и безграничное тепло.

Еще пара недель, и мы вместе с Юлей пойдем на первый скрининг. Признаться честно, волнуюсь жутко.

Я вижу, как Виталик успокаивает жену, как трепетно о ней заботится, как смотрит на нее — так, как будто она самое драгоценное на всей планете сокровище.

Так, как на меня в моих снах смотрит Назар.

И все мои попытки изгнать его оттуда не увенчиваются успехом. Понятия не имею, почему мне снится такая дребедень, он ведь ясно дал понять, что никаких чувств ко мне у него не было, нет и не будет. Да и мне после всего он на фиг не упал.

Наверное, это мое наказание за доверчивость, за то, что не послушала интуицию в тот самый, первый день, когда он подошел познакомиться.