Александр и Анастасия - Александр Прокопов

Настя не стала спорить с отцом. Она представила себе, что Серёга предлагает мне назначить «Чёрному» встречу, и пойти на неё под прикрытием. Она знала, что если Сергей мне предложит это, то я конечно соглашусь, чтобы скорее его поймать.

Машина вдруг заглохла, и как раз на перекрёстке. Отец вышел, а Настя осталась сидеть в машине. Вдруг внезапный визг другой машины, и лёгкий удар об их машину в то крыло, со стороны которого сидела Настя. Настя потеряла сознание. Другая машина умчалась. Отец подбежал к дочке, и увидев дочку бессознания, вызвал скорую помощь.

В это время я с Мишей и Олей шёл из техникума, и рассказывал им всё.

— Да, вам нелегко, — сочувственно сказала Оля, — но вы сильные, это даже видно из того, что ты рассказал, и вы преодолеете разлуку. Ты держись. Как мне вас жаль.

— Ой, Оль, только не надо…

Вдруг сердце сжалось с такой силой, что я потихоньку опустился на землю от боли, и в голове пронеслось: «Настенька!» Я понял, что с ней что-то случилось. Сердце отпустило и снова сжалось до боли. Миша с Олей очень испугались. Миша помог мне встать и довёл меня до лавочки.

— Что? Что с тобой? Ты меня слышишь? — спрашивала меня с беспокойством Оля, увидев, что правую руку я приложил к сердцу.

Я не мог говорить от боли, а на глазах выступили слёзы. Перед глазами стояла Настенька, и я видел, как она удаляется от меня. Когда сердце чуть отпустило, я прошептал:

— Настенька.

— Что Настя? Скажи яснее, я не пойму. Миша, срочно беги в кафе и вызови скорую помощь.

— Не надо скорую. С Настей беда. Миша, помоги мне дойти в милицию. — сказал я.

— Так, Оля, иди домой, а я потом зайду к тебе и всё расскажу.

Мы с Мишей пошли в милицию. Я надеялся, что ничего страшного не случилось, но сердце то и дело сжималось до боли, предвещая беду. Миша со мной говорил на отвлекающие темы, но знал, что мысли мои сейчас только о Насте. Пока мы шли Миша, видя, как мне плохо, предлагал меня отвезти в больницу или домой, но я отказывался, и мы потихоньку шли в милицию.

Дойдя до милиции, я увидел, что Сергей идёт в служебную машину и собирается куда-то уезжать. «Неужели и правда что-то случилось? Нет, может где-то что-то, но только не с Настенькой. — успокаивал я себя». Мы подошли к Сергею. Увидев меня, он побледнел. Видно было, что он не знает, как со мной разговаривать.

— Привет. Это Миша, а это Сергей. — коротко представил я их. Просто сейчас мне было не до того.

— Привет, Саша, а ты что тут делаешь?

— Пришёл кое-что узнать, а ты куда-то едешь?

— Да… У нас проблема… — он замолчал, но через несколько секунд продолжил. — В общем держись. — после этого слова, сердце сжалось в несколько раз сильнее. — Настя в седьмой больнице. Больше пока ничего не знаю.

Мы с Михой помчались в больницу. Я чувствовал себя очень плохо. Молился каждую секунду, чтобы она была жива. В больницу мы приехали быстро. В регистратуре нам сказали, что Анастасия Ракун в реанимации на втором этаже.

Мы побежали на второй этаж. Там уже были её родители. Её отец, увидев меня, подошёл ко мне и с гневным взглядом сказал:

— Пошли на улицу. — в его словах была злость, а в глазах читалось: «Была бы воля, задушил бы».

— Саша, — шепнул мне Миха, — я с вами.

Отец Насти это услышал, и ответил раньше меня:

— Не бойся, я его не убью.

Мы пошли на улицу. Я чувствовал его злость и ненависть ко мне. Я догадывался, что он мне сейчас скажет, но мне это было не важно. Сейчас самое главное, чтобы Настя выжила. Выйдя на улицу, мы чуть отошли от больницы в сторону.

— Слушай, — начал отец Насти, — отстань от неё. Не приходи больше и не ищи её.

— Она жива? — спросил я его с замиранием сердца.

— Да. — сказал он, и у меня камень упал с души. — Её ещё спасают, но как только она очнётся, я перевезу её в больницу другого города. Всё, иди отсюда.

Я не стал спорить, и потихоньку пошёл домой. Самое главное — она жива. Я дошёл до ворот больницы. Меня догнали Миша с Людмилой Сергеевной.

— Саша, постой. — услышал я голос её матери. — Саша ты куда? Мне Миша всё рассказал. Пошли обратно. — сказала она.

Мы вернулись в больницу. Когда я сел на стул около реанимации, и чуть посидел, мне стало не хватать воздуха. Я чувствовал, как плохо моей любимой. Все здесь присутствующие ждали, когда выйдет врач и сообщит, что с Настей. Пришла Оля, она сначала подошла к родителям Насти, а потом к нам с Мишей.

— Саша. — сказала Оля. — Держись, держись.

— Спасибо Оля. Но почему такая жизнь, чем Настенька всё это заслужила? За что ей это? На её месте должен быть я.

— Не говори так. Самое главное она будет жить.

— Да, да конечно.

Мы просидели несколько часов в ожидании врача. Я думал лишь о ней. Наконец, врач вышел, и мы все подбежали к нему. Он начал говорить:

— Она жива. — все вздохнули с облегчением. — Но, — продолжил врач, — она не сможет ходить.

Все замолчали. «Боже. — пронеслось у меня в голове. — Это я виноват, что Настенька, любовь моя, стала…» Я даже в мыслях не могу сказать это слово. Она теперь меня видеть не захочет. Я поймал на себе гневный взгляд отца Насти. Он быстро подошёл ко мне, и несмотря на то, что это больница, взял меня за грудки. Миша и Серёга подбежали и начали оттаскивать его от меня, но он всё же мне сказал:

— Ты мою девочку… Держись от неё подальше.

Когда его успокоили, врач продолжил:

— Её сейчас переведут в палату. Она ещё не очнулась, но я могу ненадолго пустить к ней двух человек.

Отец Насти