Бог Разрушения - Рина Кент

Но Мия не просто обычный человек. Она уже запечатала свой голос и, вероятно, способна подавлять гораздо больше.

— Я знаю, что ты здесь, — мой голос доносится в темноте. — Твои способности прятаться в лучшем случае слабые, а навыки бега категорически отсутствуют

Я ожидаю, что она набросится на меня и воплотит в реальность свою любимую угрозу о том, чтобы отрезать мне яйца — или надрать мне задницу. Несмотря на то, что она угрожает с той же степенью смелости, что и ее брат, ее, как и его, легко спровоцировать.

Она также переняла некоторые черты от Киллиана. Вероятно, именно поэтому, вопреки предположениям, которые я допускал, она не показывается. Она даже не пискнула и не выдала, где находится.

Умная маленькая шалунья.

— Ты действительно веришь, что твоя маленькая попытка спрятаться увенчается успехом? Я Лэндон Кинг, а ты всего лишь добыча, ожидающая, когда ее съедят.

Это должно было сработать, но нет.

Она определенно не поддается на мои провокации.

Это одновременно и надоедливо, и, что удивительно, более захватывающе, чем я ожидал.

Мои глаза осматривают местность в поисках возможного укрытия. Там есть шкаф, но, учитывая ее никтофобию7, она не пошла бы на то, что пугает ее больше всего.

Все остальные варианты — под кроватью, на маленьком балконе и за наполовину разорванными занавесками — пусты.

Мои глаза прищуриваются при виде шкафа. Она никак не могла туда залезть. Если только не настроена на приступ паники.

На всякий случай…

Я двигаюсь в его направлении, но в тот момент, когда открываю шкаф, сзади раздается скрип. С противоположной стороны комнаты.

Прямо на сломанной лестнице.

Она не может…

Я бегу к лестнице и вижу, что Мия успела перелезть через имеющийся каркас лестницы. Она спряталась под ним, ожидая, когда я отойду достаточно далеко, чтобы провернуть этот трюк.

Хоть я и не застал весь процесс ее подъема, я вижу, как она поднимает вес своего тела на сломанную ступеньку.

Твою мать. Вот это впечатляющее спортивное тело.

Она запрыгивает на импровизированную крышу, выпрямляясь во весь рост, смотрит на меня свысока и показывает мне два средних пальца.

Гребаная Богиня под полной луной.

Серебристый свет заливает ее блестящую обнаженную кожу и щедрый изгиб ее грудей, подчеркивая вершины нежно-розовых сосков.

Трусики и ботинки добавляют остроты неземному образу.

Я откидываю голову назад от смеха.

— Я впечатлен.

Она приподнимает подбородок и поднимает средние пальцы выше. Как будто говорит мне, что ей насрать на то, что я о ней думаю.

Я хватаюсь за лестницу обеими руками.

— Я впечатлен, но ты здесь не единственная спортсменка.

Легко, вероятно, так же легко, как и она, я поднимаю весь свой вес руками над несколькими свободными ступеньками.

Выражение лица Мии меняется с торжествующего на безумное. Ее глаза мечутся по сторонам, как будто она ищет какое-то оружие, но слишком поздно.

Я уже близко.

В качестве последнего средства она пытается ударить меня ботинком по лицу. В последнюю секунду я успеваю увернуться, прежде чем она смогла бы размозжить мне голову.

Понимая, что от моего скорого и очень реального шанса поймать ее, у нее нет никакого спасения, она убегает.

Я подпрыгиваю, ступенька ломается под моим весом, и я приземляюсь на не очень прочную крышу.

Мия бежит к единственному доступному спасению — разрушенной части крыши.

Мои мышцы горят от приложенных мною усилий, но открывшийся мне вид стоит того.

Мия бегает вокруг, почти полностью обнаженная, ее груди подпрыгивают, а соски затвердели. Мой член выпирает и упирается в брюки от потребности прикоснуться.

— Не советую тебе идти дальше, — я засовываю руку в карман и неторопливо иду к ней. Даже останавливаюсь, чтобы стряхнуть пыль с моих выглаженных брюк и рубашки. — Эта часть так же опасна, как и поле применения ядерного оружия.

Она слушает?

Конечно же, нет.

Она внезапно покачивается, и пол уходит у нее из-под ног. Скрип дерева эхом разносится в воздухе, и за ним следует ее вопль.

Первый раз, когда я слышу испуганный звук, слетающий с ее милых губ. Затем Мия поскальзывается и падает в яму, которую сама же и сделала. Единственное, что удерживает ее от падения на второй этаж — это локти по обе стороны от дыры.

Я встаю над ней и ухмыляюсь.

— Нашел тебя.

К счастью, еще не изобрели орудие убийства, которое можно привести в действие взглядом. Иначе я бы уже превратился в жареное мясо.

Я протягиваю ей руку.

Она не берет ее.

Вместо этого она пытается подняться.

— Не будь самоубийцей, — я указываю подбородком в направлении своей руки. — Возьми.

Она украдкой бросает на меня взгляд, затем, словно одержимая своими упрямыми демонами, снова пытается подняться.

Пол трясется подо мной, когда дыра поглощает ее. В последнюю секунду я ловлю ее протянутую руку и со всей силы вытаскиваю.

Мы оба падаем назад на пол. Вот и все, что нужно для того, чтобы стряхнуть пыль с моей одежды.

Моя рука сжимается на спине Мии с тех пор, как я понял, что она упадет на меня сверху.

И они еще говорят, что я не джентльмен. Богохульство.

Грудь Мии неистово поднимается и опускается над моей, как на войне, которая вот-вот начнется. Я провожу рукой по ее спине и боку, затем по изгибу ее груди.

Она лежит на мне, обнаженная, готовая к тому, чтобы мой член вошел в ее маленькую тугую киску, и это опьяняет.

На самом деле, мой член делает неброские намеки и упирается в низ ее живота.

Мия приподнимается и ударяет меня по плечу, затем показывает:

— Прекрати лапать меня, извращенец.

— Я просто хочу убедиться, что ты нигде не пострадала. Мы должны быть очень осторожны, когда дело касается здоровья моей маленькой музы, — я провожу пальцем по ее соску, и она вздрагивает.

Затем бьет меня в грудь.

В одно мгновение она оказывается на мне, в другое — я переворачиваю нас так, что она оказывается подо мной. Ее вздох эхом отдается в воздухе, но превращается в жуткую тишину, когда я оказываюсь между ее ног.

Я раздвигаю их, наслаждаясь ее стоном, когда лижу внутреннюю сторону ее бедра, а затем кусаю. Сильно. Пока она не сжимает меня между своих бедер.

Однако это еще не конец.

Далеко нет.

Я срываю с нее трусики и наслаждаюсь видом ее молочно-белой кожи, которая кажется голубоватой в свете полуночной луны.

Первый раз вызвал у нее дрожь, а мой член просил продолжения. Поэтому я делаю это снова, проводя