Виртуальный роман - Алёна Токарева

— Ну да, — кивнул мачо-байкер, ничуть не смутившись. — Мы ездили на байке за город, и я познакомил Наталью Владимировну со своей тусовкой…

— Вот здорово! — восторженно воскликнул Ромка.

Похоже, его внимание переключилось. Наши с Тимуром непонятные отношения отошли на второй план, а Ромку охватил вполне объяснимый мальчишеский восторг, когда он представил себе поездку на крутом байке.

— Ой, а я тоже хочу… — поделился мой ребёнок.

Даже, по-моему, слегка надулся оттого, что его не взяли с собой.

— Обязательно прокачу тебя, дружище! — улыбаясь, пообещал Тимур. — Если, конечно, мама позволит…

Он покосился в мою сторону. Я облегчённо вздохнула — мы ушли от опасной темы знакомства.

— Ну, там видно будет… — уклончиво ответила я. — А сейчас мойте руки и будем обедать!

Уже успела сбегать на кухню и поставить борщ на огонь.

— Да я вроде бы недавно завтракал… — заявил Ромка.

— Опять дрых до полудня? — сварливо заметила своему парню, который, чего уж греха таить, был с ленцой. — Ты же знаешь — кто рано встаёт, тому Бог подаёт…

— А кто поздно, тот сам забирает! — пришёл ему на выручку Тимур и хитро подмигнул глазом-льдинкой.

Вот ещё острослов выискался! Спелись они с моим дитём, однако. Несмотря на поздний завтрак, Ромка уселся за стол. Поесть он любил. Организм-то активно растущий — пусть себе питается на здоровье. Я разлила по тарелкам ароматный дымящийся борщ, подала хлеб и овощи, и эти два пацана принялись за дело.

— Очень вкусно… — промычал Тимур с набитым ртом. — Спасибо!

— Ешь-ешь… — проговорила я. — И помалкивай, а то подавишься. Благодарить будешь потом.

Ну вот есть занудная училка! Всё-таки Тимур — не подросток Ромка, а молодой мужик, и поучать его не следует. Но мачо-байкер, похоже, не обратил внимания на мои указания. Он уписывал борщ за обе щеки. Видно, и, правда, вкусный. А, может, просто здорово проголодался. Я смотрела на этих двоих и удивлялась, как легко Тимур вписался в нашу маленькую семью. У меня было такое ощущение, что после долгого отсутствия он, наконец, вернулся домой и занял своё законное место. Что за бред! Какое такое «законное место»? Придут же в голову подобные глупости!

— Второе подавать? — спросила я, отгоняя свои весьма странные мысли.

— Угу, — слаженно кивнули головами мой сын и…

Не знаю даже, кем считать Тимура. Другом? Поклонником? Или и тем, и другим? Пожалуй, что теперь он — мой добрый знакомый, но не более. Тут мы и остановимся. Знакомых бывает много — с ними можно какое-то время общаться, а потом они по той или иной причине исчезают, но им на смену приходят другие.

Я принесла второе, которое было съедено с неменьшим аппетитом. Теперь можно считать, что Тимура отблагодарила за удачное избавление от насильника. Но на этом — точка. Попрощаемся, и каждый пойдёт своей дорогой. Эх, вашими бы устами, Наталья Владимировна, да мёд пить! Знала бы я, что всё только начинается!

В тот день мачо-байкер, мило попрощавшись, ушёл. После обеда мы ещё немного посидели втроём, попили чаю и рассказали Ромке о нашем небольшом путешествии, конечно, благоразумно умолчав о досадном недоразумении с Максом-Волкодавом. Понятное дело, малость присочинили. Я поделилась своими впечатлениями о поездке на байке. Без прикрас, мне неожиданно понравилось. А, может, дело не в байке, а в том, кто им управлял? И, слетай я хоть на вертолёте, с Тимуром мне бы всё пришлось по душе?

Опять за старое! Ну почему в голову всё время лезут абсурдные недозволенные мысли? И почему у меня на душе птички поют? Ну, побывал мачо-байкер в нашей скромной берлоге — что из того? Как пришёл, так и ушёл. Я посмотрела на себя в зеркало — ишь, румянец какой, глаза блестят! Прямо девица на выданье, ей-богу… Значит, так. Больше никаких сближений с Тимуром, никаких поездок и бесед. Поздоровались как добрые соседи — сталкиваться-то друг с другом во дворе нам в любом случае придётся! — и разошлись по своим делам.

На этом я успокоилась и легла спать с твёрдым намерением выбросить мачо-байкера из головы. Дня три прошли на редкость размеренно. С Тимуром мы ни разу не встретились, он не приходил и не звонил, и я облегчённо вздохнула. Похоже, тоже принял разумное решение — нечего связываться с возрастной тёткой, за которой тянется богатое прошлое, а лучше обратить внимание на юных дев без оного. Это Тимур так решил или я за него? Хотя какая разница! Какая разница, какая разница… Обидно, слушай! Что же он ходил-ходил за мной и вдруг так легко исчез с горизонта… С одной стороны, я вроде как избавилась от проблемы, но, с другой, чувствовала досаду и уколы ревности — и чем дальше, тем больше.

А тут ещё Ромка подливал масла в огонь.

— Мам, а Тим к нам больше не придёт? — то и дело спрашивал он.

— А с какой стати ему к нам приходить? — высокомерно отвечала я, старательно изображая равнодушие.

— Ну вы вроде как с ним подружились… — хитро прищуривался мой отпрыск. — На байке катались…

Хорошенькое слово «подружились»! Насколько мне известно, дружбы между мужчиной и женщиной не бывает. Может, кто-то один и «дружит», а другой просто на время смиряется с такой ролью, лишь бы хоть в каком-то качестве быть ближе к объекту своей любви. По моему разумению, дела обстоят именно так и никак иначе. Или я ошибаюсь? И всё-таки истинная дружба между мужчиной и женщиной возможна? Мне такие случаи не встречались. Наверное, если только друг или подруга нетрадиционной ориентации. Или оба сразу. А в стандартных ситуациях вряд ли.

— Ну прокатились разок на байке — и что? — продолжала я свой диалог с Ромкой. — Так сказать, в порядке ознакомления…

— Но тебе же понравилось… Ты сама говорила! — удивлялся он такому непостоянству с моей стороны.

Эх, сынок, не знаешь ты женщин! Мало ли кто что говорит… Недаром бытует мнение — послушай женщину и сделай наоборот. Она может сказать «нет», но при этом подразумевает «да». Вот поди догадайся!

— Понравилось, — соглашалась я, чтобы уж совсем не сбивать его с толку. — Но в порядке исключения. Стара я, знаешь, для такого экстрима…

— Да ладно, мам! — восклицал добросердечный сынуля. — Какая же ты старая! Старые — это бабушки, которые сидят у нас на лавочке возле подъезда…

— Ну, ждать совсем недолго, — философски заметила я. — Скоро к ним присоединюсь…