Виртуальный роман - Алёна Токарева

я бы поспорила, но не стану. Всё-таки не хочется совсем уж падать в глазах собственного ребёнка. Догадываться — одно, а знать наверняка — другое. Интимная жизнь родителей для детей — табу. Сама знаю, как неприятно думать о маме с папой в данной плоскости. Причём возраст детей неважен — хоть в десять лет, хоть в сорок мозг отказывается признавать, что они занимаются «этим самым». Как будто мы, дети, появились у них от святого духа! Ну, умом-то всё понимаешь, однако развивать подобную тему в своём воображении не тянет.

— Ладно, хватит болтать, — благоразумно закруглила я разговор. — Еда у тебя в холодильнике имеется, разогреешь в микроволновке. А чай заваришь. Я буду поздно, так что ложись спать.

— Привет твоему Ромео! — донёсся до меня ехидный голос моего парня, но уже из-за двери.

Ох, и задам тебе жару, сынок, когда вернусь! Будешь знать, как дерзить матери. Хотя Ромку тоже можно понять — бросаю его одного, друга увела… Ну, ничего. Зато ему компенсация — полная свобода от материнского надзора. На некоторое время, конечно.

Тут я выпорхнула из подъезда и обо всём забыла. Тимур уже поджидал меня на своём железном коне, который готов был стартануть.

Наши свидания повторялись с завидной регулярностью. Как вечер — Тимур звонил в дверь, и я выбегала ему навстречу, словно восторженная школьница. И каждый раз был лучше предыдущего. По крайней мере, мне так казалось.

Я настолько увлеклась мачо-байкером и своей новой жизнью, что даже сходила в салон и перекрасила волосы, добавив несколько контрастных прядок. Очень смелое решение, ведь всегда была консерватором. Но мне неожиданно понравилось!

— Класс, мам! — не удержался от восхищённой похвалы мой ребёнок, когда увидел обновлённую мать. — Это ты для Тима стараешься?

Вот ведь поганец! Не может не иронизировать.

— Почему это для Тима? — с вызовом вскинула я на него глаза. — Для себя!

— Ну-ну… — опять съехидничал Ромка и поспешно ретировался в свою комнату.

Отчего я в последнее время вынуждена оправдываться перед собственным отпрыском? Мы с ним как будто поменялись ролями…

Ещё я приобрела кожаные брюки. В юности мечтала, но как-то не сложилось — то средств не хватало, то носить некуда, потом вопрос отпал сам собой. А тут пошла и купила наикрутейшие кожаные штаны одного известного бренда. Отвалила, конечно, кругленькую сумму, но была довольна как слон. Тимур, похоже, не заметил. Ему больше нравилось, когда я без одежды. А вот Ромка обрадовался, словно это ему перепали клёвые штанишки.

— Ну, мам, ты даёшь! — воскликнул он. — Прямо байкерша! Тиму понравится.

Даю, сынок, даю, только не в том смысле. А Тиму твоему, вообще, по барабану. Ему другое нравится. Вслух, конечно, ничего подобного не произнесла. Только чмокнула своего парня, который меня подбодрил.

— Наташка, я тебя люблю… — вдруг однажды заявил Тимур, когда мы, раскинувшись на его широкой кровати, отдыхали после очередной любовной схватки.

Думала, он пошутил. Но нет. Сказал очень даже серьёзно, без тени улыбки.

— Ты… уверен? — растерялась я.

Просто хотела выиграть время и не знала, как реагировать. Запрещала себе даже мечтать о чём-то серьёзном и вовсе не собиралась связывать Тимура обязательствами.

Глава 29

— Абсолютно… — заверил меня он и притянул к себе. — Выходи за меня замуж!

Хорошо, что я не стояла, а лежала. Иначе точно рухнула бы, услышав подобное.

— Ты уверен? — снова проблеяла я каким-то не своим голосом, старательно прочищая горло.

— Вот заладила! — удивлённо посмотрел на меня Тимур. — Конечно, уверен!

И чмокнул в нос. Я поморщилась и чихнула.

— Будь здорова, болезная моя! — насмешливо проговорил он. — Ну как?

— Знаешь, мне домой пора… — засуетилась я, старательно избегая его взгляда.

Вот так всегда. Чуть что — спасаюсь бегством! Как маленькая, честное слово. Ушибла коленку и с рёвом бегу домой. А что мне делать, скажите на милость? Соглашаться? Полный бред. Хороша же я буду — престарелая жёнушка рядом с молодым парнем! Умора. Тогда, значит, надо дать отлуп? Ну не могу, не могу! Это выше моих сил. Хочу быть с ним, не в состоянии от него отказаться! Как же поступить? Мой мозг лихорадочно заметался в поисках компромиссного решения. Ага, вы, Наталья Владимировна, хотите и рыбку съесть, и кости сдать. Ведёте себя, словно собака на сене. И сам не ам, и другим не дам! Очень кстати вспомнились эти поговорки. Из меня они вылетают при любых жизненных обстоятельствах. Прямо на автомате.

— Наташ, я задал тебе вопрос…

Тимур, затаив дыхание, пристально смотрел на меня. Его глаза-льдинки как будто даже посветлели. Я заметила — у него так бывает при сильном волнении. Думала, может, удастся соскочить с этой темы, но, похоже, он никак не хотел «соскакивать».

— Зачем? — с тоской пробормотала я. Что-то язык меня совсем не слушался, был словно ватным. — Нам и так хорошо…

Чувствую, вот сейчас Тимур воспримет моё поведение как отказ и прекратит всякие отношения. Он ведь не захочет притвориться, что ничего не случилось. Сделал предложение — его не приняли. Нормальный мужик в таких случаях уходит. И на кой ляд он полез ко мне с этим замужеством? Прекрасно встречались, и все были довольны. А теперь придётся расстаться. При одной этой мысли у меня заныло сердце.

— Ты что, меня не любишь? — глухо проговорил он.

— Люблю, Тим, очень люблю! — бросилась к нему я.

— И я люблю тебя… очень, — признался он. — Тогда в чём же дело? Когда люди любят друг друга, они женятся. По-моему, так…

— Я намного старше тебя, Тим… — заныла я. — Какая из меня жена? Ты сам очень скоро пожалеешь…

— Опять ты за своё! — он не на шутку рассердился. — Сколько можно талдычить одно и то же! Если бы для меня это было важно, я бы не был с тобой…

— Это ты сейчас так говоришь… — снова завела я свою пластинку. — А что будет потом? Я не хочу тебя терять. Просто не выдержу…

— Мы уже не раз обсуждали данный вопрос… — напомнил Тимур. — Никто не знает, что будет дальше. Сейчас нам здорово — так давай жить и радоваться!

— Мы и радуемся! — горячо заверила его я. — Разве нам плохо? Давай оставим всё, как есть…

— То есть ты мне отказываешь… — с горечью констатировал он.

Я удручённо молчала, не в силах сказать ни да ни нет.

— Спасибо тебе… — наконец, пролепетала я. — Но можно немного подумать?

Тимур ничего не ответил. По его заострившимся скулам я поняла, что он обижен и уязвлён. Поднялся с постели и стал медленно одеваться, а потом ушёл на кухню.